![](https://habrastorage.org/getpro/habr/upload_files/195/217/4a0/1952174a0f356b7d66a8f7c2fc841888.png)
Незадолго до наступления Нового года компания RTM Group выпустила исследование о том, сколько судов с участием отечественного сектора IT состоялось в России в 2021 году. Выяснилось, что за год было вынесено свыше 623 тыс. судебных решений всех видов (гражданских, административных и уголовных), и это на 20% больше, чем в предыдущем, 2020-м. Но и это еще не все: аналитики RTM предсказывают, что в год Тигра эта цифра вырастет еще на четверть, а судьи, скорее всего, ужесточат политику вынесения решений.
Общая сумма исков по решениям, касающихся ИТ, составила 95 млн рублей. 76 из них присудили за незаконное использование компьютерных программ. Причем значительная часть этой суммы (более 49 млн рублей) пришлась на дело разработчика софта IFS Payment Services (ООО «Ай Эф Эс Расчетные системы») против банка «Резервные финансы и инвестиции» за незаконное использование программного обеспечения.
По версии истца, РФИ банк незаконно использовал основное программное обеспечение для работы с платежными системами TPII. Этим софтом у нас в стране пользуются практически все главные игроки на рынке пластиковых карт — такие, как процессинговый центр «Кардцентр», Сбербанк, Альфа-Банк и Газпромбанк.
Программа «Techniq Plus II» по заявке № 2009615098 от 18.09.2021г. была зарегистрирована Роспатентом еще 11 ноября 2009г. за № 2009616223 на имя ООО «Ай Эф Эс Расчетные системы» в Реестре программ для ЭВМ.
Истцом было установлено, что «ответчик вследствие утечки,
организованной бывшими сотрудниками истца, неосновательно получил в
пользование программный комплекс истца» и незаконно им пользовался. IFS Payment Services обратились в суд с требованием о пресечении незаконного использования объекта интеллектуальной собственности, а также о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости спорного объекта в размере 49 160 000 рублей.
13 апреля Арбитражный суд Москвы в лице судьи Андрея Чадова согласился с выводами и заявленными требованиями истца. При этом в мотивировочной части вынесенного решения был указан тот факт, что «на протяжении судебного разбирательства сторона ответчика не проявляла разумности и добросовестности, в том числе в отношении проведенной судебной экспертизы, уклонившись от исполнения предписания суда о допуске экспертов к программным комплексам», что привело «к невозможности для экспертов установить истинные фактические обстоятельства». Позднее «РФИ Банк» и сам заявил ходатайство о проведении компьютерно-технической экспертизы в выбранном им экспертном учреждении, но оно было отклонено судьей.
Подобная правовая позиция столичного АС вызвала серьезные опасения в экспертном ИТ-сообществе России. Ни для кого, в общем, не секрет, что де-факто судебная система в России давно уже основывается во многом на прецедентах ранее вынесенных решений по аналогичным делам (несмотря на то, что система права в РФ — по умолчанию романо-германская, континентальная, а не общего права, как в США, Канаде или Британии). Так вот, руководствуясь решением «IFS vs РФИ банк», теперь практически каждая IT-компания может затребовать доступ к системам любого предприятия, высказав подозрение в незаконном использовании своего софта.
Соответственно, это может повлечь волну ответных исков, в которых ответчики будут делать упор на то, что теперь посторонние «айтишники» получат доступ к служебной и секретной информации, которой обладает предприятие. А ведь это может быть не только банк, но и, к примеру, государственный орган или вуз, или секретный завод Минобороны. А экспертизу исходных кодов, чтобы сравнить, похожи ли два программных продукта, провести либо не удастся, либо ее результаты могут быть не приняты во внимание благодаря лоббированию той или иной заинтересованной стороны.
И это — не считая финансовых потерь, которые даже по одному вышеприведенному кейсу составили почти 50 млн рублей. А если их одновременно будут десятки?... Последствия таких разбирательств для отечественной экономики, равно как и для репутации российского ИТ-сектора — представить, в общем, несложно.
На данный момент РФИ банк сумел добиться приостановки исполнения вынесенных по делу решений. Истец пытался оспорить это в Суде по интеллектуальным правам, но получил отказ буквально за несколько дней до Нового года. На 19 января 2022 года назначено следующее заседание. Так что финал этой истории пока еще неизвестен.
При этом, как отмечает заместитель главы комиссии по правовому обеспечению цифровой экономики московского отделения Ассоциации юристов России (АЮР) Борис Едидин, у судей и правоохранителей катастрофически не хватает профессиональной “цифровой” компетенции, чтобы разобраться в том, что возбуждается полицией и СК, а позже оказывается в суде. Отсюда и такие цифры. Выходов из этой ситуации эксперт видит лишь два: нужно либо запускать специальные программы профподготовки в области IT для полицейских, судей и прокуроров, либо выделять этот сектор, что называется, “наособицу”, создавая отдельные киберполицию и киберпрокуратуру, а также специальные судебные составы (подобно тому, как это сделали, учредив Суд по интеллектуальным правам).
Кстати говоря, одним из самых громких дел СИП в прошлом году стал повторный кассационный процесс компании “Дабл” против “ВКонтакте” о скрапинге данных. Финальное решение по нему будет вынесено в феврале 2022 года, но интерес оно представляет уже сейчас.
Еще в 2017 году “синяя сеть” подала иск против стартапа “Дабл”, который зарабатывает оценкой кредитоспособности людей по их открытым данным в соцсетях, посчитав, что компания без разрешения использует базу данных пользователей VK, которая является интеллектуальной собственностью последнего. А вот дальше началось расхождение инстанционных воззрений: первая иск отклонила, в то время как апелляция потребовала от “Дабл” прекратить незаконные действия. В итоге процесс растянулся аж на пять лет, и перспектива выигрыша стартапом только возросла.
Дело в том, что в июне минувшего года Европейский суд рассматривал практически аналогичное дело CV-Online Latvia v Melons, в котором пришел к выводу о том, что незаконным извлечение и использование сведений из БД можно признать только тогда, когда причинен вред владельцу таких баз. А как раз о причинении вреда ни в одном из исков по делу юристы “ВКонтакте” так и не заявили. Но вот станет ли это решение прецедентным для судей СИП — пока остается вопросом.
А какие дела вообще чаще всего становились предметом судебного рассмотрения в минувшем году? По словам управляющего партнера юридической компании ЭБР Александра Журавлева, все чаще суды в России рассматривают дела о конфликтах из-за использования пиратского софта, кейсы по криптовалюте, или споры о кражах аккаунтов и предметов в видеоиграх.
В качестве иллюстрации можно привести дело компании ДиСАИ, которая обратилась в нашу компанию в минувшем году. Эта организация-разработчик автоматизированной системы штрихкодирования товаров обнаружила другой сайт с аналогичным доменным именем — disai, — однако в совершенно другой доменной зоне. На нем конкурент организации без разрешения использовал товарный знак ДиСАИ в доменном имени сайта и в предложении о продаже аналогичных товаров/услуг.
Специалисты DRC помогли своему клиенту зафиксировать нарушение его прав на товарный знак, составили претензию в адрес конкурента. Получив её, нарушитель полностью удалил всю информацию с сайта, но права на администрирование доменного имени передавать отказался. Тогда юристы DRC подали в арбитражный суд иск с целью получения компенсации за нарушение и спорное доменное имя. В итоге Тринадцатый арбитражный апелляционный суд удовлетворил все заявленные требования, оставив в силе размер компенсации в 400 тыс. рублей, который запросил истец.
Но не только о гражданских делах, к сожалению, мы должны вспомнить в нашем рассказе. В апреле 2021 года глава Минцифры Максут Шадаев сделал заявление, которое де-факто было секретом Полишинеля, но все равно произвело серьезный эффект: министр вслух признал тот факт, что против практически всех российских IT-компаний имеются уголовные дела. Сказал он это в свете предложения создать отдельную инстанцию, которая будет заниматься подобными делами в сфере IT, но истинный смысл слов министра можно трактовать, как “государство будет держать вас на коротком поводке”.
В этой связи можно вспомнить начавшееся всего несколько дней назад в Черемушкинском суде Москвы рассмотрение дела по иску компании Wargaming (создателя всемирно известной онлайн-игры World of Tanks) к жителю Екатеринбурга Александру Кузнецову. Уральцу предъявили обвинение в создании и распространении вредоносного ПО (malware) по ч.2 ст. 273 Уголовного кодекса РФ. Управление «К» МВД России пришло к выводу, что Кузнецов создавал боты, которые автоматически играли за пользователей в “танчики” и “кораблики” и собирали для них очки в автоматическом режиме. Cвой ущерб в Wargaming при этом оценили в 670 млн рублей.
Как отметил “Коммерсантъ”, дело Кузнецова уже на стадии своего возбуждения сразу стало прецедентом: до этого времени в нашей стране за незаконное вмешательство в онлайн-гейминг еще никогда никого не арестовывали и не сажали. Чем оно закончится, пока остается неизвестным
Дело основателя компании Group-IB Ильи Сачкова еще не дошло до суда, но уже стало наиболее яркой иллюстрацией шадаевского тезиса. Илью обвинили ни много ни мало в госизмене (статья 275 УК РФ), им занялась военная контрразведка ФСБ — там считают, что бизнесмен работал на иностранные спецслужбы и передавал им данные, составляющие гостайну в области кибербезопасности.
Словно предчувствуя свою судьбу, еще год назад Сачков еще примерно год назад записал видео для своих родных и друзей, в котором допустил, что его или убьют, или посадят в тюрьму. Уже после ареста он обратился к Путину с просьбой отпустить его под домашний арест, но это письмо осталось без ответа, и Илья пробудет под арестом как минимум до марта наступившего года. А его процесс станет лакмусовой бумажкой для всей IT-отрасли в России.
Уже к лету, таким образом, мы узнаем, чего хочет государство от российской “цифры” на самом деле — сделать ее драйвером роста и одним из ключей, открывающем двери в новый, переформатированный ковидом мир, или поставить под контроль, запугав судами и тюрьмами и получив доступ к огромному массиву наших с вами данных, построив пусть и высокотехнологичную, но все же антиутопию.