Комментарии 35
Не совсем понял про световое перо.
Если светочувствительный наконечник смотрит на точку, которая уже есть на экране - тут все ясно. Координаты пера определяются сопоставлением движения луча и данных с фотосенсора.
Но как компьютер понимает, куда указывает перо, если я только собираюсь поставить точку и тыкаю в пустое (темное) место экрана?
есть пара алгоритмов: слежение за пером - под пером на самом деле рисуется точка и при его смещении программно двигается за пером. если же перо потеряли то делаем поиск пера: по экрану быстро проводм вертикальную линию из засвеченых точек например слево направо раз в секунду пока не найдем перо. ну и желательно не на полной яркости чтобы было не так заметно. либо оператору дают кнопку “поиск” после нажатия в центре загорается точка, на которую надо навести курсор и двигать в нужное место.
Но как компьютер понимает, куда указывает перо, если я только собираюсь поставить точку и тыкаю в пустое (темное) место экрана?
Это для Вас оно темное и пустое, а для пера люминофор немного светится.
Надо еще учитывать, что эти дисплеи были не растровыми, а векторными. Луч фактически рисует фигуру на люминофоре по координатам, поэтому софт в любой момент времени знает, по каким координатам в эту конкретную микросекунду светится дисплей.
Там обычно был прицел или курсор, который постоянно перерисовывался. Перо ловило момент, когда луч пробегал именно по этому курсору
25й кадр?
Но как компьютер понимает, куда указывает перо, если я только собираюсь поставить точку и тыкаю в пустое (темное) место экрана?
А кто вам сказал что оно пустое? Если глаз не позволяет увидеть сетку, выводимую на 1\30 секунды, то это не значит что её не видит световое перо.
в начале 1960-х годов объём оперативной памяти измерялся не гигабайтами и даже не мегабайтами, а десятками или сотнями килобайт
В начале 1960-х байтов ещё не было :) Деление машинного слова на 8-разрядные байты было впервые введено в Системе 360, анонсированной IBM в 1964-м году. Но даже если пересчитывать в привычные нам байты объёмы памяти тех машин, сотни будут возникать весьма и весьма редко и только в самых мощных и дорогих машинах. Скажем, у самой мощной чисто советской ЭВМ в лице БЭСМ-6 памяти было 32 Кслова, что с учётом её 48-разрядного слова даёт эквивалентный объём всего в 192 Кбайта (и замечу в скобках, что в плане объёма памяти в те годы мы ещё не отставали от Запада так уж сильно: объём ферритового ОЗУ больше ограничивается массогабаритными характеристиками, ну а колечки были плюс-минус одинаковыми что у нас, что "у них"; это с появлением полупроводникового ОЗУ отставание стало быстро нарастать, откуда и возникла грустная шутка про "мегабайт -- американское название килобайта"). А вот массовые, широко распространённые ЭВМ имели памяти ощутимо меньше (скажем, наша "Минск-22", если правильно помню, имела слово 37 бит и объём памяти 8 Кслов; у её наследника "Минск-32" объём памяти был увеличен до максимум 64 Кслов -- но это уже начало 1970-х).
Кстати говоря, у упомянутого в статье IBM 2250 по штату было 4 Кбайта памяти; была предусмотрена возможность расширить этот объём до 8 Кбайт.
Хорошее уточнение про архитектуру того времени. Перевод машинных слов в современные байты часто искажает реальное восприятие мощности старого железа
36 бит я еще понимаю, была такая мода. А 37-ой бит-то зачем???
А вот так сделали :) А "Стрела" была то ли 51-, то ли 53-разрядной. Были и 18-разрядные машины, и 24-, и ещё всякие разные -- что у нас, что у них. У ранних машин критерий определения разрядности нередко был, в двух словах, такой: определяли, какой диапазон вещественных чисел должна обрабатывать эта машина и какая точность требуется. Исходя из этого, определяли, сколько битов нужно для представления мантиссы и порядка -- вот вам и размер машинного слова. А коды команд уже втискивали в это слово, как получится.
... и все после этого выбирали 18, 36 и так далее, чтобы пользоваться готовыми компонентами или хотя бы схемами. А у той страны был свой — особый! — путь. Или просто от шпионов защались? Ведь у любого крышу снесет от 53-битного слова...
Какие, простите, готовые компоненты? Лампы? Так у них разрядности попросту нет, из них что угодно собрать можно -- как и из транзисторов. И, кстати, от 52-битного слова крышу, значит, не снесёт?
От 51-битного слова данных крышу, похоже, не сносило. Или, раз это "у них", это другое? (если что, это Burroughs B6800 -- причём не 50-е годы, как Стрела, а уже 70-е; IBM уже десять лет как байты изобрела).
Это, видимо, что-то очень специфическое было. Может, даде секта какая. Один бит для контроля четности и еще восемь — почти для того же самого, и все это в явном для программиста виде. Они случайно в космос этот аппарат не хотели послать?
Это целое семейство мэйнфреймов, на которые люто... кхм... онанировал небезызвестный Дейкстра (который как раз в Burroughs и работал), попутно поливая грязью IBMовские машины -- ведь там было всё просто и примитивно: обычные регистры, обычная память, никаких тебе тэгов с типами информации, никакой тебе виртуальной памяти за счёт сегментов переменной длины, а скучные страницы фиксированного размера... И такого на Западе было полно -- ничуть не меньше, чем у нас. И, к громаднейшему сожалению, мы не только скопировали удачные, в общем и целом, архитектуры Системы 360 или там PDP-11, но и стащили эти идеи тоже -- и воплотили их в советских Эльбрусах (да-да, наши тогдашние Эльбрусы "идеологически" -- аналог этих уродцев от Burroughs со всеми их "гениальными особенностями", хотя именно аналог, а не копия архитектуры -- в отличие от ЕС ЭВМ).
объём ферритового ОЗУ больше ограничивается массогабаритными характеристиками,
Он, в большой степени, ограничивался трудоёмкостью. Если вы его видели, то поймёте о чем я. Прошивка колец проводами - лютый треш. А по размером оно как раз небольшое было. Миллиметровые кольца много места не занимали. Провода -да.
ну кстати отставание было не из за того что не могли а из за решения ГКНТ и ЦК про копирование IBM/360, из за этого убили всю зараждающийся компьютерную эру, убито: МИР-2/3 Глушкова, БСЭМ-10 Лебедева, Наири, М серию, Урал, Днепр, и т.д. кстати тем самым ГКНТ где и Пеньковский слил на запад про секретные проекты (возможно из за этого убили первый радиотелефон ЛК-3 от НИИ-108/КБ-1), наводит на некоторые мысли. Ну так и так до судьбоносного решения 1967 года советская ЭВМ не отставала, а иногда была и впереди (Виртуальная память на БСЭМ-6, появилась на IBM/370, или Эльбрусы-1 те же создавались по сути под крышой ПВО)
БЭСМ-6 выглядела весьма посредственно по сравнению с современными или даже более ранними машинами Крэя (CDC 6600 и иже с ней). У IBM виртуальная память появилась не в Системе 370, а раньше, в модели 67 Системы 360, но она не была первой: раньше неё появились Atlas и какая-то из машин Burroughs. Советские же Эльбрусы, созданные уже после решения о копировании, вобрали в себя целую кучу архитектурно провальных идей, поэтому и умерли очень быстро -- оказались абсолютно бесперспективными (правда, на момент начала работы над ними догадаться, что они будут провальными, было достаточно проблематично: в теории всё выглядело красиво; примерно то же самое лепила и Burroughs -- и тоже сошла со сцены). Но если по процессорам в 1960-е мы были ещё более-менее (в разы уступая по производительности только самым мощным американским машинам, но будучи вполне на уровне основной массы), то по периферии всё было много хуже (недаром даже у БЭСМ-6 были магнитные барабаны мизерной ёмкости -- диски появились позже, будучи "заимствованы" у ЕС ЭВМ, т.е. у IBM), а с программным обеспечением вообще был полный швах (собственно, решение о копировании Системы 360 во многом было вызвано как раз желанием утащить готовое системное ПО).
Световое перо придумали в лохматых шестидесятых, а эпл до сих пор продает свой пенсил как великую инновацию. Маркетологи зря хлеб не едят)
То световое перо и современный пенсил — это две совершенно разные штуки...
Но назначение, в общем-то, абсолютно одинаково, различается принцип работы. Так что эпл реально врёт -- ничего нового она в этом не придумала, а лишь усовершенствовала достаточно распространённую вещь. (Я вообще не уверен, что она придумала хоть что-то, а не брала и доводила до ума чужие идеи -- но это отдельная тема)
у меня на СМ1420 был векторный дисплей в геофизической лаборатории в ТПУ в начале 90-х. Всякие изолинии на нем рисовали и на барабанном плотере печатали потом
Недавно на авито продавали световое перо или вот https://dlinyj.livejournal.com/901196.html
История становления интерактивной графики без истории великой корпорации Интерграф, основанной выходцами из ИБМ, не полна. Интерграф начался как раз, когда статья закончила описание — в 1969. (Интервью что ли кому дать для продолжения статьи... )))
А, световые перья — трудно назвать рабочим инструментом. Держать на весу руку и точно что-то указывать ею на протяжении хотя бы 15 минут — удел богатырей.
Потому пассаж о том, как якобы эта технология успешно применялась для проектирования электрических схем — шутка. Филипс указал это в отчёте лишь из маркетинговых соображений: мол, мы продвинутые и передовые. А, акции на бирже сами себя не поднимут. ;-))
За статью спасибо!!! Ностальгия аж накатила... ))
Плюсовать не могу, т.к. специальные учётки сбили карму за положительные комментарии о российских разработках.
В детстве многие из нас держали световое перо и даже не догадывались об этом. Я имею ввиду световой пистолет для приставки Денди. Единственно, именно для этой консоли софт определял положение более грубыми методами, специально рисуя белый квадрат на черном фоне, в угоду надежности работы алгоритма. Но сейчас есть homebrew программка, которая отслеживает координаты куда направлен пистолет и можно управлять ракеткой, но работает это только на ЭЛТ, где луч сканирует весь экран. По поводу того как это работает для любого места экрана - просто на экране есть объекты с разным уровнем яркости и всё поле экрана имеет фоновую заливку хоть и менее яркую.
Первые графические системы: рождение интерактивной графики