Как КиноПоиск делает своё медиа

    Это — подкаст с контент-мейкерами и руководителями в сфере контент-маркетинга. Гость 15-го выпуска — Лиза Сурганова, главный редактор КиноПоиска и ведущая подкаста «В предыдущих сериях», рассказывает о развитии собственного медиа крупнейшего кинопортала.


    Лиза Сурганова, главный редактор КиноПоиска и ведущая подкаста «В предыдущих сериях»



    alinatestova: Мы сегодня говорим о том, как запустить большую контент-машину на примере «КиноПоиска», у которого есть огромное количество user-generated content и собственного контента, очень интересного. Но в первую очередь я бы хотела узнать вот что. Все наши слушатели наверняка представляют, что делает главный редактор в медиа. Но что делает главный редактор «КиноПоиска»? Расскажи, пожалуйста.



    Елизавета: Это на самом деле не сильно отличается от любого другого медиа — в смысле моей работы. Я работала до этого в традиционных СМИ — в Lenta.ru, РБК, Forbes. И я пытаюсь строить свою редакцию по похожим правилам. Понятно, что медиа «Кинопоиска» сильно отличается от других, потому что это скорее маленькое медиа при огромном бренде. Наша аудитория — порядка 40 миллионов человек в месяц, а медиа читают примерно 10% от этого числа. Это немного меняет твоё восприятие работы и жизни, потому что нужно осознавать значение медиа внутри этого большого бренда, и у тебя чуть меньше ресурсов, чем обычно.

    Там, где все редакции работают со своими дизайнерами и со своей разработкой, мы работаем с общими дизайном и разработкой, у которых ещё миллион задач, связанных с продуктом, бизнес-задачами, онлайн-кинотеатром и так далее. Но [так работать] при этом очень интересно. Мы — не обособленное издание при «Кинопоиске», а мы встроены в работу всего сайта.

    Один из первых шагов, который я сделала, — добавить в нормальном виде редакционные материалы на страницы фильмов и персон на «Кинопоиске». Это — главная точка, с которой к нам приходят люди. Они переходят из поисковиков на страницу конкретного фильма или человека и оттуда уже переходят на наши материалы. Раньше они были представлены там где-то в уголке и очень плохо, а теперь мы за этим следим и специально выводим много хороших материалов. Есть и обратная сторона — как мы приводим трафик в «Кинопоиск». Многие люди приходят из поисковиков и соцсетей, и в наших материалах с обновлением дизайна — оно произошло осенью прошлого года — добавились объектные карточки.


    Это короткая справка со страницы фильма или персоны, которая встраивается прямо в статью. Никуда не переходя, можно нажать кнопку с целевым действием — добавить фильм в ожидаемые (список «Буду смотреть»), купить билет на этот фильм и посмотреть его онлайн.

    Тебе не нужно ходить на страницу этого фильма — ты можешь прочитать материал и сразу что-то сделать. Это классно работает, мы видим, что люди этим пользуются, и развиваем это.



    А: Ты упомянула, что у «КиноПоиска» более широкий спектр задач. Зачем тогда «Кинопоиску» развиваться именно в сторону медиа? Казалось бы, уже появились различные бренды-медиа вроде Т—Ж — это не является чем-то новым. С другой стороны, кажется, что на «КиноПоиске» достаточно много контента, и он постоянно генерируется сам. Для кого-то кажется, что это как если бы Хабр делал ещё одно медиа про Хабр.

    Зачем «Кинопоиск» решил ввязаться в строительство собственного медиа?




    Е: Тут несколько вопросов, я попробую по порядку ответить.

    Зачем «КиноПоиску» медиа? Вообще, действительно, очень многие немедийные бренды сейчас в это идут. И это важный знак того, что бренды понимают, что им нужны лицо и голос.

    Обычно этим голосом становится именно медиа, редакция. Она вырабатывает какую-то редакционную политику и придерживается её. Она решает, о чём писать, о чём не писать, как об этом писать. Она общается с пользователями в комментариях и соцсетях. Для «КиноПоиска» это всё очень важно, потому что иначе он просто сайт-агрегатор пользовательских рецензий, оценок и страниц фильмов. Он таким когда-то и был, но перерос это состояние.

    Помимо медиа, в « КиноПоиске» есть ещё афиша с продажей билетов и онлайн-кинотеатр. Это всё — постепенное развитие бренда. В целом мы хотим покрывать все интересы людей, связанные с кино. Если тебе нужна конкретная информация про фильм, ты приходишь на страницу фильма. Если тебе интересно почитать чуть подробнее или первым узнать какие-то новости о фильме — для тебя есть медиа. Ты покупаешь там же билеты, добавляешь фильм в ожидания, ставишь оценку, пишешь рецензию. Ты смотришь фильм онлайн там же.

    В идеале мы хотим стать [сервисом, который охватывает всё]. Мы уже им становимся, но хотим, чтобы все больше людей это осознавало. «КиноПоиск» сегодня — это не столько энциклопедия данных, сколько большой сервис, посвященный кино и всем интересам, связанным с кино.


    Дальше ты сказала про UGC. Да, его очень много у нас, но всё-таки я сторонник точки зрения, что журналистика — это ещё не блогерство. Сегодня это отличается от пользовательского контента качественно, иногда в разы. У нас много классных рецензий, и мы ровно поэтому не пишем свои рецензии на фильмы, потому что за нами это всё и так есть.

    Мы пишем другие статьи, которые людям раскрывают историю кино, помогают понять фильм, разобраться в нём. Мы пишем новости, в конце концов, — пользователи не пишут новости.

    Третье — мои личные соображения. На мой взгляд, в России сейчас нет большого СМИ о кино, которое бы рассказывало не конкретно об авторских фильмах. Есть «Искусство кино», есть «Сеанс» — такие очень старые, крутые журналы. Но они больше обращены в сторону авторского и фестивального кино. А мы пишем о разном кино — и о «Мстителях», и о Берлинском кинофестивале. И таких СМИ не очень много, а таких больших, как мы, — совсем наперечёт.

    И мы понимаем, что есть эта ниша и есть интерес.



    А: Можно ли сделать вывод, — ты начала говорить об этом — что появление собственного медиа — это показатель «взрослости» и развитости определённой ниши и бренда?

    Когда компания понимает, что ей не просто хочется использовать отзывы и что пишут другие люди на свободной основе. А когда она ещё вокруг этого делает образовательный, развлекательный и в целом полезный контент силами специально обученных людей.




    Е: Да, но я думаю, что не всем брендам это нужно.

    Совершенно не всем обязательно бежать сразу в медиа. Это сложно, дорого, и очень часто кажется, что это не оправдывает вложений. Это не маркетинг, где ты вложил сто рублей и получил или не получил 1500 переходов. [Медиа] — это имиджевая, важная штука для некоторых брендов. Особенно для тех, которые строят себя на общении с аудиторией и вообще как-то обращены к людям. Поскольку «КиноПоиск» во всём зависит от людей, обращённых к нему, то мы и стараемся с ними общаться на человеческом языке, и это задача медиа.

    А: То есть, на твой взгляд, [медиа] — это больше история для B2C-брендов? Тех, кто обращены к пользователям, нежели B2B-брендов, которые делают что-то для других компаний.

    Е: Я вообще всегда за то, чтобы все общались друг с другом человеческим языком. Я ненавижу канцелярит, такой советский стиль, и ненавижу рекламный стиль.

    Мне кажется, здорово, когда бренды как с компаниями, так и с пользователями и читателями, общаются внятным и хорошим русским языком.



    А: Если уж мы говорим, что это все-таки не маркетинг и не меряется прямолинейно — вложения, переходы, целевые действия. Как вы определяете для себя успех или неуспех задачи, направления или изменения, которое претерпевает сейчас «КиноПоиск»?



    Е: Понятно, что мы все равно смотрим на традиционные метрики — просмотры, share'ы, комментарии иногда. Ну, комментарии — спорная метрика. Понятно, что мы радуемся, когда статьи собирают много просмотров и уникальных посетителей. И в целом мы видим, что наше медиа растёт по аудитории. Как и в любом другом медиа, [важна] значимость твоих материалов — то, как люди их обсуждают в соцсетях, как их шерят, насколько они расходятся.

    Ещё одна метрика, которая несвойственна другим медиа — объектные карточки, про которые я говорила. Мы смотрим, как люди на них реагируют, какие действия они совершают.

    Мы видим, что люди прочитали новость о трейлере нового фильма Тарантино, и будет очень много нажатий на кнопку «Буду смотреть». То есть люди посмотрели трейлер, они поняли, что хотят посмотреть фильм, они нажали кнопку. Для нас это классная механика. Мы им можем потом напомнить, что фильм выходит в прокат, предложить им билеты или фильм онлайн.

    Мы узнаём об интересе пользователей из того, что они прочли, и можем напрямую это связывать с бизнесом. Когда я связывала это с маркетингом, я имела в виду, что нет прямой связки, как в performance-маркетинге. Совершенно необязательно, что человек прочёл статью и купил билет.

    Мы это прекрасно понимаем. Но я думаю, что он может прочесть статью, запомнить, что на этих выходных выходит фильм «Королевский корги», и потом он придёт в кинотеатр и купит билет. Это тоже здорово, это тоже наша задача.



    А: Как ты думаешь, насколько популярен будет в будущем этот формат сращивания определенного сервиса с контентом? У вашей аудитории есть возможность посмотреть фильм онлайн, или забронировать билеты, или прочитать об актёре. Грубо говоря, это — сервисная часть. Есть условные СМИ, у которых нет этой сервисной части, они просто дают какую-то информацию. Будет ли, на твой взгляд, какое-то обратное движение? Когда условные полезные карточки, ссылки, call-to-action-кнопки будут появляться и в медиа?



    Е: На этот вопрос гораздо лучше, чем я, ответил Илья Красильщик, бывший издатель «Медузы». Он написал большой пост про то, что вообще медиа становятся сервисом, а если медиа не является сервисом для своей аудитории, то оно ей не нужно. Почему? Потому что вокруг нас сегодня огромное количество информации. За внимание читателя борются не только СМИ, но и блогеры, соцсети — всё что угодно. Очень сложно человека поймать и затащить к себе на сайт.

    Кажется, что ровно в этом месте медиа и должны становиться сервисами, становиться полезными и предлагать какую-то важную информацию. На самом деле тут сложно делить. Практически любое медиа сейчас пишет о кинопремьерах недели. Это в большей степени сервисная штука. Ты человеку предлагаешь выбор. Рассказываешь о своей точке зрения, на что ему больше стоит обратить внимание, но в целом это афиша, расписание фильмов.

    А: То есть даже отсутствие какой-то непосредственной инфраструктуры или интерфейса сервиса не означает, что это не сервисная история?

    Е: Конечно. Та же «Медуза» делает карточки в разделе «Разбор». Они не столько про обычную журналистику, сколько про помощь людям. Чтобы им разобраться в сложном законопроекте, какой-то ситуации; понять, как поменять резину на машине. Это тоже важно. Мы иногда забываем про то, что мы такие базовые вещи некоторым людям не объясняем.

    А: Есть ли у «Кинопоиска» подобные материалы, где вы рассказываете о понятных вещах, которые могут быть неочевидны для пользователя?

    Е: Не знаю, насколько это базово, но на самом деле в этом большая задача нашего YouTube-канала и вообще нашего видеоотдела. Как люди смотрят кино? Для них это какая-то движущаяся картинка, актеры, смешной диалог. Посмотрели, вышли из кинотеатра и забыли.

    Как мы пытаемся развернуть эту историю? Мы пытаемся людям объяснять, как устроен язык кино и как кино с ними на разных уровнях разговаривает, доносит какие-то смыслы. И это штуки, которые сейчас в русскоязычном YouTube, кажется, никто хорошо не делает. Хотя это очень популярная вещь на Западе. Не буду скрывать, мы это не придумали. Видеоэссе были задолго до нас на западных каналах и очень популярны там. Нам просто кажется, что эта ниша в России не закрыта. Нам хочется ее закрывать. Такой просветительский, объясняющий контент.

    Когда-то мы пытались делать ролики про всякие киношные термины, но потом поняли, что интерес аудитории к ним не очень большой, и отказались от этого.




    А: Как вы определяете (помимо реакции аудитории — много смотрят или мало) и формируете на своём канале политику, о чем говорить? Как выбираете темы?



    Е: Мы так или иначе часто отталкиваемся от повестки. Может быть иногда очень отдаленная связь. Например, выходит новый фильм с Вигго Мортенсеном («Зелёная книга»), мы делаем ролик про его карьеру. Юбилей «Гарри Поттера» — мы делаем фильм про Гарри Поттера.

    Иногда не привязываемся и к этому. Просто понимаем, что есть какие-то большие и важные темы, режиссёры, фильмы, про которые людям всегда приятно смотреть. Мы понимаем, что эта тема попсовая, она сразу зайдет. Сейчас мы, например, сделали два ролика про Тарантино. Это, очевидно, один из культовых и самых любимых режиссёров в России. Эти два ролика набрали в сумме миллион просмотров. Один скоро наберёт [миллион] самостоятельно.


    А: А если говорить про тот же ролик с Тарантино, который у вас один из самых популярных на канале — про диалоги в фильмах Тарантино.

    Предположим, вы определили, что ситуативно, сейчас интересно рассказать про Тарантино. Как вы выбираете, о чем конкретно рассказывать? Что доставать, какие интересные вещи?

    Е: Тема каждый раз зависит от фильма и режиссёра.

    Понятно, что Тарантино — мастер диалогов, все это знают, все его цитируют. Вы наверняка знаете несколько фраз из «Криминального чтива» наизусть. Хотелось рассказать, как он именно в кино это показывает и как он их строит композиционно. Про это был ролик.

    До этого был ролик про то, как Тарантино цитирует другие фильмы, потому что он большой киноман. Известная история: он работал в видеосалоне, смотрел много фильмов, и поэтому все его фильмы напичканы какими-то цитатами, отсылками, аллюзиями и так далее. Ну это такие очевидные вещи [для тех, кто] немного разбирается в кино.

    Про Гарри Поттера. Когда мы обсуждали ролик, мы понимали, что люди очень любят эту франшизу. Мы всегда выбираем темы для видеоэссе, связанные с фильмами, про которые визуально интересно рассказывать. Если фильм по какой-то причине культовый, но он скучный с кинематографической точки зрения — ты в видео о нем особо не расскажешь.

    Можно текст написать и на этом закончить. Поэтому мы выбрали фильм «Гарри Поттер и узник Азкабана», который снимал Куарон и который гораздо более изобретательный и крутой, чем последующие фильмы, которые все ругают. Мы не прогадали.

    Оказалось, что у него очень много фанатов, для многих людей — это любимый фильм из серии, хотя они даже сами не знают почему. Им просто понравилось, а мы попытались им объяснить, почему его так любят. Потому что он классно снят.



    А: Есть ли у вас какой-то mind map или «супермегаплан» из серии: вот этот фильм у нас идёт, про этот будем писать текстовую статью, этот фильм — на видеоразбор, этот будем разбирать в подкасте и так далее?



    Е: Конечно. Мы раз в месяц собираемся и обсуждаем план на следующий месяц. В начале марта мы обсуждаем, что делаем в апреле и так далее. С кино все довольно просто. Если не происходит ничего экстраординарного, ты знаешь, какие фильмы выходят в прокат, какие сериалы выходят, какие юбилеи будут у актёров и фильмов. Исходя из этого мы уже строим первоначальный план. Понятно, что-то корректируется, что-то отваливается, что-то придумывается позже или ситуативно появляется. Мы в гораздо меньшей степени зависимы от ситуации, чем обычные СМИ, которые живут ежедневной повесткой.

    Поэтому да, такой план есть. Иногда, если это фильм большой, мы можем о нём рассказать и текстом, и видео, и подкастом, и в соцсетях как-нибудь пошутить.

    У нас нет такого жесткого [ограничения]. Дальше мы исходим из формата. Если это видео — фильм должен быть интересным кинематографически, как я говорила. Если это подкаст — [фильм должен быть чем-то], о чем будет классно поболтать, рассказать. Сейчас мы запустили музыкальный подкаст, значит [в нём] должен быть интересный поворот с этой стороны. А текст можно написать какой угодно практически, с любой стороны зайти.



    А: Вы делаете и видео, и аудио, и тексты — насколько у вас большая редакция?



    Е: Небольшая, у нас 13 человек работает. Наверное, для меня [редакция] небольшая, потому что я работала в Ленте, где было 70 редакторов. В РБК — ещё больше. В Forbes — чуть меньше, но все равно много. Для меня это такое ощущение маленького медиа. Но иногда сравниваешь с коллегами, и они говорят: «У нас пять человек работает».

    У нас три человека из тринадцати — видеоотдел. Видео — затратная штука, действительно дорогая. В первую очередь, с точки зрения людей.

    А: Получается, что по сути «КиноПоиск» внедрил в себя капсульную модель маленького СМИ. Оно не просто существует автономно, но ещё и постоянно взаимодействует с другими отделами, находится в процессе внедрения дополнительных интерфейсных или сервисных решений. Мне кажется, это очень здорово, и прекрасный пример того, как контент может чрезвычайно помогать даже там, где контента, казалось бы, уже и так довольно много.

    Е: Спасибо.



    А: Сейчас у вас сколько подкастов? Если возвращаться к ним.



    Е: У нас уже два подкаста опубликовано, и пока будет два.

    Тут надо сказать, что мы пытались заходить [на рынок аудио] пару лет назад, когда был хайп, связанный с первыми подкастами — «Медузы», «Арзамаса». Мы как-то решили тоже туда бежать, но у нас не очень получилось. Этому было несколько причин. Во-первых, мы почему-то решили, что подкаст надо делать про старое кино. Про советское кино, пока ещё живы люди, которые имеют к нему хоть какое-то отношение. Нам казалось это очень важным и интересным.

    Так и есть. Проблема в том, что, к сожалению, это не ложится в подкаст, потому что очень часто эти люди пожилые, и им тяжело разговаривать. Их тяжело слушать, даже если они рассказывают интересные вещи. Получилось, что в текстовом формате это было бы куда круче.

    У нас были ещё попытки записывать разговорные подкасты, но каждый раз нам не хватало достаточно мотивированных ведущих. В начале этого года я поняла, что стала смотреть очень много сериалов — по работе и нет. Мне очень хочется их с кем-то обсуждать.

    А: Это круто, когда по работе нужно смотреть сериалы.

    Е: Да-да. Я поэтому в какой-то момент и выбрала для себя эту работу. Я решила, что в любом случае это смотрю, мне в кайф, почему бы ещё не связать свою карьеру с этим.


    Так вот. Я поняла, что смотрю много сериалов, мне очень хочется с кем-то про них говорить, их все обсуждают вокруг. Это круто, и у нас в последние годы сериальный бум.

    У меня есть друг — Иван Филиппов, тоже журналист, продюсер, пишет для разных изданий, и для нас в том числе. Он в частности ведёт канал «Запасаемся попкорном», один из самых популярных в Telegram про сериалы. Я ему предложила, ему тоже понравилась эта идея, и мы начали с конца января писать подкаст про сериалы. Мы обсуждаем новинки, что мы посмотрели, что мы про это думаем, какие-то новости важные.

    А: Довлеет ли над вами редакционная политика в этот момент? Есть ли у вас ограничения — что можно обсуждать, что не стоит и как?

    Е: Я главный редактор, и я веду подкаст — довлею ли я сама над собой? Нет. Мы не ругаемся матом в подкасте просто по причинам приличия, но темы у нас никак не ограничены. У нас нет никакой цензуры и нет списка того, что нельзя обсуждать.

    Второй подкаст придумал мой муж и долго меня убеждал его сделать. Я сначала очень не хотела, потому что вспоминала наш предыдущий опыт с подкастами, боялась, что будет плохо и никто этим не будет гореть.

    Потом подкаст как-то сам собой сложился. Ведёт его музыкальный критик Лев Ганкин, тоже мой хороший друг и блестящий музыкальный журналист. Он рассказывает про музыку в кино, про композиторов, про саундтреки, про то, почему такую музыку выбирают для кино.

    Мы буквально на днях запустили [этот] подкаст — «Шум и яркость» (сериальный подкаст называется «В предыдущих сериях»).

    В первом выпуске Лев рассказывает про музыку в сериале «Игра престолов» и его композитора Рамина Джавади. Это очень интересно, там такие вещи, которых я не знала. Наверное, о них я не стала бы читать специально, но послушать 20 минут и сразу услышать эту музыку мне приятно. Это идеальный формат для подкаста.

    А: Да, действительно. Подкаст про музыку — как YouTube-канал про видео, где всё более чем комплементарно. Формат способствует лучшему усвоению того, о чем говорится.

    Е: Да.




    А: Насколько вообще идея с подкастами — ваша личная внутренняя инициатива, нежели общая? Например, пришел отдел маркетинга, посидел с вами и сказал: «Нам нужен аудиоконтент, будем развивать это направление».

    Получается, что это больше ваша собственная выстраданная идея?




    Е: Большая часть того, что мы делаем, — выстраданная нами идея и то, чем мы горим и что мы хотим делать. Отдел маркетинга никогда к нам не приходит и, слава богу, у нас редакция независима. Никто нам не может приказать делать какой-то формат.

    Какие-то идеи предлагают коллеги, это здорово. Просто в дружеском формате говорят: «Не хотите сделать что-нибудь такое?». Мы делаем, если нам нравится.

    Подкасты ровно поэтому и получаются, что сейчас ими кто-то горит, в частности я. Мне это стало интересно, мне интересно самой их записывать — поэтому они драйвятся и растут.

    А: Поэтому мы здесь.

    Е: Да, и поэтому я здесь. Так всегда и получается.

    Если даже я как главный редактор придумаю классную идею и предложу её своим ребятам: «Давайте вы сделаете», — а им она не будет нравиться, скорее всего, из этого ничего не выйдет. Это редко когда хорошо получается по указке. А получается, когда это всерьез тебе нравится.



    А: Круто. Я хочу сделать наш суперкрошечный блиц из одного вопроса напоследок. Хороший сериал — ...



    Е: «Хорошая жена». Лучший сериал на свете.

    А: Супер.



    Наш микроформат по теме контент-маркетинга:

    Что у вас вообще за контора такая?
    Что там на Хабре: теперь «✚» и «–» идут целый месяц
    Подкаст. Как работает аутсорсинг IT-редакции
    Что там на Хабре: читатели репортят опечатки
    Почему компаниям нужен англоязычный блог

    Видео: контент — это не про SEO, клики и переходы
    Глиф vs штатный сотрудник
    Архетипы: почему работают истории
    ​Writer’s block: аутсорсить контент — это нечестно!
    Когда восьми часов… хватает (на работу)

    P.S. В профиле glphmedia — ссылки на все выпуски нашего подкаста.
    • +14
    • 2,9k
    • 2
    VSCE
    69,74
    Любим записывать подкасты и исследовать коворкинги
    Поделиться публикацией

    Комментарии 2

      –1
      К сожалению Кинопоиск опять пытаются превратить в рекламную площадку и кинотеатр. 99% внимания разработчиков уделено новому свеже вышедшему кино. Старые фильмы так и висят без рецензий, постеров, кадров из фильма, а также не добавляются для просмотра по подписке.
      Все кричат пиратство это плохо, а кроме трекеров старые фильмы и посмотреть то негде, даже за деньги…
        –1
        К сожалению, не увидел в интервью ничего о накрутках, которыми промышляет Кинопоиск перед каждой очередной премьерой отечественных киноделов.

        Только полноправные пользователи могут оставлять комментарии. Войдите, пожалуйста.

        Самое читаемое