Внутри Meta* (компания признана экстремистской и запрещена в РФ) появился неофициальный лидерборд Claudeonomics, на котором 85 тысяч сотрудников соревнуются, кто сожжет больше AI-токенов за месяц. За последние 30 дней суммарное потребление на табло превысило 60 триллионов токенов — при текущих публичных ценах на Claude Opus 4.6 это около $900 млн, а в годовом выражении — порядка $10 млрд. Если оценка близка к реальности, одна Meta обеспечивает примерно треть годовой выручки Anthropic, которая в начале недели как раз объявила о преодолении отметки $30 млрд run rate. О существовании лидерборда первой написала Джиоти Манн из The Information, и история за сутки стала одной из самых обсуждаемых в AI-сообществе.
Claudeonomics — отсылка к моделям Claude — собрал кто-то из инженеров Meta* на внутреннем портале и подтянул туда данные по расходу токенов всех сотрудников, у которых есть доступ к AI-инструментам. Топ-250 попадают в публичный рейтинг, за высокие позиции дают геймифицированные ачивки: бронзовые, серебряные, золотые, платиновые и нефритовые значки и звания вроде Token Legend, Session Immortal, Model Connoisseur и Cache Wizard. Лучший пользователь в прошлом месяце сжег в среднем 281 миллиард токенов — это десятки тысяч долларов по розничным ценам Anthropic. Ни Марк Цукерберг, ни технический директор Эндрю Босворт, по данным The Information, в топ-250 не входят. Сами сотрудники используют и внешние модели Anthropic, OpenAI и Google, и внутренние инструменты — MyClaw (форк OpenClaw) и купленный Meta* в конце декабря 2025 года за $2 млрд стартап Manus.
Вся эта конструкция — прямое следствие того, что в индустрии уже окрестили tokenmaxxing или максимизацией расхода токенов. Босворт еще в феврале публично заявлял, что топовый инженер, тратящий на токены сумму, равную своей зарплате, поднимает продуктивность в десять раз: "Это сделка без подвоха, продолжайте, верхней планки нет". В том же духе высказывался CEO NVIDIA Дженсен Хуанг — он говорил, что был бы "глубоко встревожен", если бы инженер с зарплатой $500 тысяч в год сжигал на токенах меньше $250 тысяч. А сам лидерборд, по данным источников The Information, появился после внутренней директивы Цукерберга инженерным командам — переписать кодовую базу Meta так, чтобы ее легче было понимать AI-агентам.
Сам термин tokenmaxxing ввел двумя неделями ранее Кевин Руз из New York Times — в мартовской колонке он писал про инженера OpenAI, сжегшего 210 миллиардов токенов за неделю (по подсчетам Руза, этого хватило бы, чтобы заполнить "Википедию" 33 раза), и про сотрудника Anthropic, выставившего собственному работодателю счет на $150 тысяч за месяц работы в Claude Code. Репортаж The Information добавил к этой истории конкретику про Meta* — и реакция оказалась резкой. Коллега Руза по NYT Майк Айзек адресовал ему в X вопрос: сколько Meta* продержится, прежде чем осознает, что весь этот tokenmaxxing — огромная трата ресурсов. Медиа-персона Bloomberg Джо Вайсенталь высказался колче: "Какой вообще смысл мерить продуктивность в сожженных токенах? От этого веет настроением "печи во дворах". Отсылка к "большому скачку" в Китае, когда крестьян заставляли плавить чугун в самодельных печах ради плана по тоннажу, а качество металла никого не волновало, — действительно напрашивается сама собой.
Проблема в том, что tokenmaxxing — это метрика входа, а не выхода. Сотрудники это быстро поняли: часть из них, по информации двух источников The Information, начали оставлять AI-агентов запущенными на часы, чтобы те молотили фоновые задачи и надували им строчку в рейтинге. Tokenmaxxing-культура уже породила и обратные эффекты — в обсуждении репортажа в X несколько разработчиков Meta* жаловались, что их знакомые внутри компании "отчаянно пытаются оттуда уйти", а Гергей Орос, автор популярной инженерной рассылки, отметил, что в крупных техкомпаниях нежелание использовать AI становится самостоятельным карьерным риском — независимо от качества того, что эти инструменты на самом деле производят.
P.S. Поддержать меня можно подпиской на канал "сбежавшая нейросеть", где я рассказываю про ИИ с творческой стороны.
