JS был обязан «выглядеть как Java», только поменьше, быть эдаким младшим братом-тупицей для Java. Кроме того, он должен был быть написан за 10 дней, а иначе мы бы имели что-то похуже JS.
…
что-то вроде PHP, только еще хуже. Его босс Netcsape быстро «зарубил» (в июле 1995, если мне не изменяет память; я сдлелал JS в начале/середине мая), т.к. это был уже третий язык после Java и JS. Было и так трудно обосновать то, что у нас 2 новых языка программирования для web.
…
В то время мы должны были двигаться очень быстро, т.к. знали, что Microsoft идет за нами.
…
Считайте, что JavaScript (пожалуйста, только не «JScript») спас вас от VBScript.
…
10 дней на то, чтобы сделать лексер, парсер, компилятор в байткод (bytecode emitter), интерпретатор, встроенные классы и декомпилятор. Помощь была только с файлом jsdate.c — от Ken Smith из Netscape (который, по нашему излишне оптимистичному соглашению, склонировал java.util.Date — Y2K баги и т.д. Гослинг...).
Простите, времени было мало для того, чтобы сделать правильную оптимизацию хвостовой рекурсии. 10 дней почти без сна, чтобы сделать JS с чистого листа, заставить его «выглядеть как Java» (я сделал, чтобы он выглядел как C), и тайком протащить туда его спасительные фишки: first class functions (замыкания сделал позже, но они были частью плана сразу) и прототипы (примерно как в языке Self).
I'll do better in the next life.
Путь к ИИ‑сингулярности
У нас было два репозитория неоттестированного вайб‑кода, семьдесят пять тяжеловесных SDD‑спецификаций, пять обмазанных смазкой харнессов, солонка, наполовину полная кастомных скиллов и забитых капслоком правил, с десяток дырявых MCP‑серверов, RAG‑база со свежевекторизованным Confluence, самодельная дощечка имаго‑кодинга и целая россыпь автономных агентов всех мастей, от безобидных автодополнялок до галлюцинирующих субагентов, ставящих пакеты со slopsquatting и втихаря сносящих боевые базы.
Не то чтобы все это было действительно нужно для поездки к ИИ‑сингулярности, но если уж начали участвовать в спуске с горы на велосипеде без седла, остановиться уже невозможно.
Единственное, что вызывало у меня настоящий животный страх, это передача ответственности за ревью самой модели. Тот самый момент, когда седьмой агент подтверждает галлюцинации шестого, потому что все тесты зеленые, и я знал, что рано или поздно мы перейдем на эту дрянь.
Нет ничего более беспомощного, безответственного и испорченного, чем IT‑команда, запустившая мультиагентный оркестр в режиме allow all.
Это критический (и слегка ехидный) обзор того, что произошло с разработкой последние пару лет.

