Классик киберпанка Нил Стивенсон подкинул уже не одну хорошую идею для нашего серого мира. До сих самой успешной из его фантазий стала игра Second Life, которую компания Linden Labs в точности спроектировала по повести «Лавина».
Теперь на роль самой потрясающей реализации претендует богатое ближневосточное государство Катар. Власти эмирата начали возводить недалеко от своих берегов в Персидском заливе рукотворный остров Pearl-Qatar (Жемчужина Катара) площадью 4 млн кв. м. Остров должен стать настоящим цифровым раем для 40 тыс. своих жителей в десяти городках. Жемчужину Катара соединят с Сетью по оптоволокну, а все 15 тыс. домов на острове будут подключены по широкополосным каналам связи и буквально нашпигованы современными технологическими устройствами, в том числе интеллектуальными лифтами, невидимыми системами безопасности, средствами слежения на радиочипах RFID, автоматическими транспортными системами и т.д.
Катар — третий (после России и Ирана) в мире экспортер природного газа и крупный экспортер нефти и нефтепродуктов. И хотя в данный момент вся страна подключена через одного провайдера через NAT и все граждане имеют один IP-адрес, но их огромный золотой запас и стремление к научно-техническому прогрессу создают все условия для возведения настоящей Крипты, которая подробно описана в культовом романе Нила Стивенсона «Криптономикон».
Вот некоторые аналогии и различия между Жемчужиной Катара и Криптой, хотя географически последняя находится далековато от Катара, а именно, возле Филиппин.
Крипта — независимый ни от одного правительства в мире остров, по размеру примерно сопоставимый с территорией Катара.
Крипта стала криптографическим центром аттестации для глобальной мировой цифровой платёжной системы (система WebMoney является очень точным аналогом). В отличие от российского «офшорного убежища» для криптографического центра WebMoney, надёжность платёжной системы Крипты гарантировалась и политически, и технологически. Сеть была подключена в том числе к крупнейшим бэкбонам через Филиппины и близлежащий Тайвань: «Береговой отрезок кабеля тянется в новое железобетонное здание в ста метрах от верхней приливной отметки. Собственно, это одно большое помещение, набитое аккумуляторами, генераторами, кондицио��ерами и электронным оборудованием. Другой конец кабеля уходит туда, где в Южно-Китайском море качается на волнах буй. До него несколько километров. Буй отмечает конец Северо-Лусонского Кабеля, принадлежащего компании «ФилиТел». Если двигаться вдоль него, попадешь в здание на северной оконечности острова, куда подходит большой кабель с Тайваня. К Тайваню, в свою очередь, сходится целая подводная кабельная сеть. Передавать данные на Тайвань и с Тайваня просто и дешево».
Конечно, на Жемчужине Катара нет скалы, в которой можно было бы абсолютно надёжно разместить крупнейший в мире маршрутизатор, как для Крипты.
Политическая надёжность Крипты гарантировалась султанатом Кинакута — независимым государством, которое было создано на острове и жило за счёт доходов от нефти. Политическое устройство султаната сходно с эмиратом Катар. Население султаната — мусульмане и этнические китайцы по краям, анимисты — в центральной части. Остров богат.
Финансовая надёжность Крипты гарантировалась тоннами золота, которые свалились создателям платёжной системы в виде золотого запаса Третьего Рейха. Это аналог сверхдоходов третьего в мире поставщика газа и крупного поставщика нефти — Катара.
Закончить можно цитатой из султана Кинакуты. Это самое важное, потому что именно такое мышление нужно властям Катара, чтобы в полной мере воплотить в жизнь идею великого Нила Стивенсона.
Теперь на роль самой потрясающей реализации претендует богатое ближневосточное государство Катар. Власти эмирата начали возводить недалеко от своих берегов в Персидском заливе рукотворный остров Pearl-Qatar (Жемчужина Катара) площадью 4 млн кв. м. Остров должен стать настоящим цифровым раем для 40 тыс. своих жителей в десяти городках. Жемчужину Катара соединят с Сетью по оптоволокну, а все 15 тыс. домов на острове будут подключены по широкополосным каналам связи и буквально нашпигованы современными технологическими устройствами, в том числе интеллектуальными лифтами, невидимыми системами безопасности, средствами слежения на радиочипах RFID, автоматическими транспортными системами и т.д.
Катар — третий (после России и Ирана) в мире экспортер природного газа и крупный экспортер нефти и нефтепродуктов. И хотя в данный момент вся страна подключена через одного провайдера через NAT и все граждане имеют один IP-адрес, но их огромный золотой запас и стремление к научно-техническому прогрессу создают все условия для возведения настоящей Крипты, которая подробно описана в культовом романе Нила Стивенсона «Криптономикон».
Вот некоторые аналогии и различия между Жемчужиной Катара и Криптой, хотя географически последняя находится далековато от Катара, а именно, возле Филиппин.
Крипта — независимый ни от одного правительства в мире остров, по размеру примерно сопоставимый с территорией Катара.
Крипта стала криптографическим центром аттестации для глобальной мировой цифровой платёжной системы (система WebMoney является очень точным аналогом). В отличие от российского «офшорного убежища» для криптографического центра WebMoney, надёжность платёжной системы Крипты гарантировалась и политически, и технологически. Сеть была подключена в том числе к крупнейшим бэкбонам через Филиппины и близлежащий Тайвань: «Береговой отрезок кабеля тянется в новое железобетонное здание в ста метрах от верхней приливной отметки. Собственно, это одно большое помещение, набитое аккумуляторами, генераторами, кондицио��ерами и электронным оборудованием. Другой конец кабеля уходит туда, где в Южно-Китайском море качается на волнах буй. До него несколько километров. Буй отмечает конец Северо-Лусонского Кабеля, принадлежащего компании «ФилиТел». Если двигаться вдоль него, попадешь в здание на северной оконечности острова, куда подходит большой кабель с Тайваня. К Тайваню, в свою очередь, сходится целая подводная кабельная сеть. Передавать данные на Тайвань и с Тайваня просто и дешево».
Конечно, на Жемчужине Катара нет скалы, в которой можно было бы абсолютно надёжно разместить крупнейший в мире маршрутизатор, как для Крипты.
Политическая надёжность Крипты гарантировалась султанатом Кинакута — независимым государством, которое было создано на острове и жило за счёт доходов от нефти. Политическое устройство султаната сходно с эмиратом Катар. Население султаната — мусульмане и этнические китайцы по краям, анимисты — в центральной части. Остров богат.
Финансовая надёжность Крипты гарантировалась тоннами золота, которые свалились создателям платёжной системы в виде золотого запаса Третьего Рейха. Это аналог сверхдоходов третьего в мире поставщика газа и крупного поставщика нефти — Катара.
Закончить можно цитатой из султана Кинакуты. Это самое важное, потому что именно такое мышление нужно властям Катара, чтобы в полной мере воплотить в жизнь идею великого Нила Стивенсона.
Многие интернетчики убеждены, что интернет надежен, потому что линии связи протянулись по всей планете. На самом деле почти весь межконтиненталь��ый трафик идет через небольшое число «бутылочных горлышек». Обычно их контролирует и отслеживает местное правительство. Очевидно, что всякое интернет-начинание, для которого нужна свобода от правительственного вмешательства, изначально обречено по причине фундаментальных структурных изъянов.
Пережимы — лишь одна из структурных преград на пути создания свободного, суверенного киберпространства, не зависящего от географии.
Другое препятствие — чересполосица законов и даже законодательных систем в области невмешательства в частную жизнь, свободы слова и телекоммуникаций.
Каждая законодательная система сложилась из поправок, вносимых на протяжении столетий судебной и законодательной властью. При всем уважении, они мало отвечают современным тре��ованиям конфиденциальности.
Законодательство в области свободы слова, телекоммуникаций и криптографии — результат череды простых, рациональных решений. Тем не менее, сегодня они настолько сложны, что никто не способен понять их даже в пределах одной страны, не говоря уже обо всем мире.
Время начать с начала. Это очень трудно в большой стране, где законы сочиняют законодатели и толкуют суды, где за ними тянется хвост исторических прецедентов. Однако здесь — султанат Кинакута. Я — султан и говорю, что закон здесь будет предельно прост: полная свобода информации. Я отказываюсь от всякой административной власти над информационными потоками внутри страны и через ее границы. Ни при каких обстоятельствах правительство не будет совать нос в информационные потоки или использовать свою власть для ограничения этих потоков. Таков новый закон Кинакуты. Приглашаю вас, господа, им воспользоваться. Спасибо.
