На этой неделе в Государственной думе произошло очередное событие, имеющие важное значение для дальнейшего регулирования авторского права в цифровую эпоху.
Митинги, петиции, возражения специалистов целой отрасли, возмущения пользователей. Все это нисколько не трогает
При этом, ситуация очень сильно напоминает последовательность действий законотворцев годовой давности: сначала Минкульт выпускает свою версию «антипиратского» законопроекта, который начинает обсуждаться с интернет-отраслью и тут внезапно в Госдуму вносится совершенно другой документ в котором мнение IT-бизнеса и общества абсолютно никак не отражено.
Так произошло и в этот раз: Минкульт выставил свой новый вариант «антипиратского» законопроекта на общественное обсуждение, на площадке Роскомзакон (посвященному общественному обсуждению законов, регулирующих Интернет) были собрали все замечания и предложения от общества и экспертов по нему с дальнейшим представлением всем заинтересованным сторонам. И тут делается очередной плевок в сторону общества и без учета его интересов, не дожидаясь представления результатов общественного обсуждения будет приниматься новый закон, расширяющий область действия «антипиратского» 187-ФЗ до всех объектов авторских и смежных прав.
При этом, администрация президента открестилась от своей причастности к законопроекту вице-спикера Госдумы, уверяя что внесение законопроекта — это самодеятельность самого депутата. Но если бы в России, действительно, законодательная власть была отделена от исполнительной, то в это можно было бы еще поверить, однако зная ситуацию изнутри, трудно представить, что Железняк действовал без согласования замначальника управления по внутренней политике администрации президента Радия Хабирова, который возглавляет антип��ратскую рабочую группу при президентской администрации. Между тем, по данным источника газеты «Взгляд» в Госдуме, поручение Железняку о внесении законопроекта поступило от спикера нижней палаты Сергея Нарышкина.
А вчера появилась информация о том, что к законопроекту присоединилась и другая известная сторонница блокировок — Елена Мизулина.
Напомню, что за последнее время вариантов таких законопроектов было множество. Помимо разных вариаций законопроекта от Минкульта, предлагающего наиболее жесткие варианты охраны авторских прав в сети, это были и законопроект от КПРФ (отменяющий антипиратский закон), законопроект от Шлегеля и Максаковой (также расширяющий сферу антипиратского закона), законопроект от Говорухина, Яровой, Шайденко и Левин (введение штрафов на неисполнение). По моему мнению, все из представленных законопроектов надлежало без каких либо обсуждений пустить в мусорную корзину, и из предложенных принять лишь законопроект КПРФ, предусматривающий полную отмену ранее принятого №187-ФЗ (антипиратский закон). Ведь, к сожалению, все вышеперечисленные законодательные инициативы все так же плохо регулировали современные взаимоотношения пользователей и правообладателей, и не решали тех основных проблем оборота контента в сети, которые сегодня объективно существуют в цифровом пространстве.
Какие же основные новшества Железняка в новом законопроекте?
Прежде всего, предусмотрена возможность блокировки сайтов за нарушение любых авторских и смежных прав.
Тут, либо депутат не имеет никакого представления о том, что из себя представляет Интернет, и что такое авторское право, либо, лоббируя интересы каких-то конкретных структур, ему абсолютно наплевать, чем может обернуться принятие такого закона. Учитывая, что в силу ст. 1259 ГК к объектам авторского права относятся любые произведения независимо от достоинств, назначения и способа выражения, указанный законопроект создаст благодатную почву для широчайших злоупотреблений в конкурентных войнах между владельцами сайтов, а также для судебного троллинга сайтов. Это не говоря уже о нар��шении фундаментального права, установленного ст.29 Конституции (право на доступ, получение и распространение информации), упоминать которую сегодня вообще стало моветоном.
Уточняется механизм блокировки провайдерами нелегального контента
Из пояснительной записки: «Оператор связи осуществляет блокировку не конкретного места в контенте, а весь нелегальный контент в соответствии с вступившим в силу судебным актом. В случае отсутствия у оператора связи технической возможности ограничить доступ к незаконно размещенной информации оператор связи обязан ограничить доступ к такому информационному ресурсу».
Это положение мне тяжело комментировать, т. к. это выше моего понимания о контенте в цифровом мире. Что имел в виду автор законопроекта (миксы, сложные аудиовизуальные произведения, компиляции, базы данных, торрент-файлы и магнет-ссылки, ведущие на множество различных произведений), видимо, знает только он сам. Ни в законопроекте, ни в пояснительной записке не раскрывается указанный механизм.
Кроме того, из законопроекта не понятно, что считать «технической возможностью», но можно предположить, что если даже суд принимает решение о блокировки конкретного url, а сайт работает на протоколе https, то технической возможности заблокировать конкретную страницу не будет ни у кого. В таком случае, провайдер будет блокировать весь IP или даже группу IP адресов. Можно с легкостью представить ситуацию, когда из-за одной любительской фотографии или стихотворения, которые несомненно являются объектами авторских прав, может быт�� заблокирована многомиллионная социальная сеть.
Ограничивается ответственность провайдера (оператора связи) ответственность перед правообладателем и перед пользователем за ограничение доступа к информации и (или) ограничение ее распространения.
Если ранее «антипиратский закон» содержал положение, по которому хостеры и владельцы сайта не несут ответственность за блокировку контента, отдельных страниц и всего сайта в связи с применением антипиратских мер, то теперь провайдеры также ограждаются законом от исков и жалоб пользователей, авторов, других правообладателей, рекламодателей и иных третьих лиц если они, не имея «технической возможности», заблокировали сайт целиком в целях исполнения решения суда.
Блокировка контента/страницы/сайта предусматривается не только за нарушение исключительных (имущественных) прав на произведение, но и за нарушение личных неимущественных прав.
Согласно ст. 1255 ГК РФ автору произведения принадлежат следующие права:
1) исключительное право на произведение;
2) право авторства;
3) право автора на имя;
4) право на неприкосновенность произведения;
5) право на обнародование произведения.
Не хочу нагнетать ситуацию, но в соответствии с буквой законопроекта заблоченными могут оказаться теперь и такие крупные сайты как YouTube, Wiki, VK, FB, Twitter и др. даже в случае, если в произведении, публикуемом с согласия правообладателя, будет содержаться ошибка в имени автора, либо если автор не будет указан, либо если кусок произведения будет вырезан без имени автора.
Московский городской суд рассматривает в качестве суда первой инстанции гражданские дела, которые связаны с защитой авторских и смежных прав в информационно-телекоммуникационных сетях, в том числе в сети «Интернет», и по которым им приняты предварительные обеспечительные меры
Указанное новшество предлагает наделить Мосгорсуд исключительной подсудностью не только по принятию обеспечительных мер в связи с нарушением авторских и смежных прав в сети Интернет, но и по всем искам о нарушении авторских/смежных прав. Лишь только это положение очень сильно выпячивается из-за своего явного противоречия основам Конституции и ГПК. Если о нарушении прав пользователей и владельцев сайтов уже никто слушать не хочет, то указанная норма лишает права на доступ к правосудию самих правообладателей, находящихся по всей территории огромной страны, и желающих защищать свои права предлагаемым в законопроекте способом.
Вступление закона в силу предлагается установить с 01 июля 2014 г.
Ну и конечно, как всегда, никаких расходов из гос.бюджета принятие законопроекта не потребует.
Срок представления отзывов, предложений и замечаний в комитет — 06.03.2014, а предлагаемая дата рассмотрения в Думе — 01.03.2014. Сразу видно, что в Думе с нетерпением ждут очередные предложения по законопроекту от отрасли и общества.
