Государство требует от девелоперов использовать различные цифровые сервисы, чтобы повысить эффективность строительства. Но правда ли за счет подобных систем можно возводить здания быстрее, выгоднее и лучше? Да, но есть нюансы. В этой статье расскажу о том, что мешает цифровизации в отрасли, что такое «цифровой винегрет» в строительстве и как один девелопер все же сумел сэкономить миллионы за счет современных инструментов.
Привет, Хабр! Меня зовут Кирилл Поляков. Я более 20 лет работаю в строительстве. В разное время занимался проектами «Транснефти» и «Трансстрой». А в 2020 году вместе с партнером запустил IT-компанию «Прагма».
Наш основной продукт — цифровая экосистема для ведения строительного проекта на всех стадиях, от идеи до ввода объекта в эксплуатацию, Pragmacore 360. Ее ядро — платформа Pragmacore. Она состоит из 11 модулей, бесшовно связанных между собой: управление работами и ресурсами, стройконтроль, лазерное сканирование, исполнительная документация, предиктивная аналитика, модули финансов и эксплуатации, ценообразования и проектирования, комплектации и работы с BIM-моделями. Мы также предоставляем сервисы управления строительными проектами под ключ (за девелопера) — «Технический заказчик», «ТИМ-сопровождение» по созданию цифровой 3D-модели объекта и многое другое.
С помощью этих продуктов можно планировать производственные работы, нанимать и распределять специалистов, составлять документацию, оценивать затраты на объекты и многое другое. В конечном итоге, экосистема позволяет контролировать, ускорять принятие решений в строит��льстве и снижать затраты, что особенно важно сейчас, когда стоимость материалов и рабочей силы постоянно растет. Эти факторы, к слову, стимулируют развитие рынка цифровых решений в России. Еще один драйвер — законодательные инициативы. Так, с июля 2024 года BIM-технологии стали обязательными для объектов долевого строительства, а с начала 2025 года — и для застройщиков, возводящих частные дома в составе малоэтажных комплексов.
А что такое BIM?
BIM или Building Information Modeling переводится как «информационное моделирование зданий». По сути BIM — сердце строительных проектов. Она представляет собой 3D-модель физического объекта, например, жилого здания и содержит информацию о его конструкции, материалах и инженерных системах на всех этапах жизненного цикла: от проектирования и возведения до эксплуатации и демонтажа.
Как это выглядит:
3D-модель проектируется в системах автоматизированного проектирования (САПР) — AutoCAD или Renga. Затем ее интегрируют в централизованную среду общих данных (Common Data Environment) и платформы для управления строительством вроде Pragmacore. Данные на последней автоматически обновляются по мере поступления новых данных — например, информации с лидаров или дронов на стройплощадке. Это позволяет лучше управлять объектами. Так, на этапе строительства можно вовремя отследить отклонения факта от проекта, а на стадии эксплуатации — выявить протечку крыши, поломку лифта и организовать ремонтные работы.
Технологии на стройке: ожидание / реальность
Несмотря на пользу цифровых инструментов, включая BIM, на практике их используют лишь 20% девелоперов. На это есть несколько причин:
1. Сопротивление изменениям и дефицит компетенций. Строительная отрасль глубоко консервативна. Устоявшиеся методы работы часто воспринимаются как единственно верные, и необходимость осваивать новые цифровые инструменты встречает непонимание на всех уровнях — от прорабов до топ-менеджмента. Эта ситуация усугубляется повсеместным недостатком цифровой грамотности. А без нее оценить преимущество новых подходов сложно.
2. Острый кадровый дефицит и текучка. Рынок испытывает острую нехватку квалифицированных BIM-специалистов. Динамика спроса говорит сама за себя: только за первый квартал 2025 года в России разместили свыше 40 000 вакансий для специалистов по BIM, ERP, PLM и CAD. Для сравнения, за тот же период 2023 года подобных предложений было меньше на 9000.
3. Высокие риски и сложность внедрения. Для руководства компаний переход на BIM — капиталоемкая и рискованная инициатива. Внедрение часто ведется «в боевых условиях», параллельно с текущими проектами, что отнимает ресурсы, требует инвестиций в софт и переобучение персонала и может привести к временному падению операционной эффективности. Особенно тяжело это дается компаниям сейчас, когда стоимость рабочей силы, материалов, логистики постоянно растет, а находить стороннее финансирование все сложнее, в том числе из-за высоких банковских ставок. Все это стимулирует бизнес срезать косты, а не добав��ять новые расходы.
4. Цифровой винегрет. Как правило, на проектах заинтересованные стороны, от топ-менеджеров и проектировщиков до прорабов и поставщиков материалов, используют разные цифровые инструменты для контроля процессов и коммуникации, не связанные между собой. Например, проектировщик создает «умную» модель в Revit, но передает заказчику лишь PDF-чертежи через WhatsApp. Строители тоже делятся ходом работ через мессенджеры. Все это менеджер по проекту хранит в чатах или нескольких таблицах в Excel. В условиях разрозненных данных оцифровать процессы практически невозможно.
Наш кейс
Меньше слов, больше дел
В то же время технологии могут приносить реальную пользу и не увеличивать, а, напротив, сокращать издержки бизнеса! И кейс, который дальше опишу, это доказывает.
Итак, в прошлом году один из наших клиентов (российская строительная компания, детали — под NDA) поделился интересной статистикой: на тот момент бизнес тратил 18 месяцев впустую: шесть месяцев на этапе проектирования, шесть — на планировании, шесть — на строительстве. Все это приводило к потерям до 12% от маржи проекта.
Проблема крылась в разрозненных данных (да-да, это то, о чем я говорю в пункте 4 выше). В компании порядка 17 отделов, и каждый хранил информацию по проектам по-своему: кто-то — в Excel-таблице, кто-то — в документе в Word и т.д. В итоге общие совещания могли длиться часами: только на сверку данных уходило порядка 50 минут. Прямые трудозатраты на такие встречи оценивались в 1 млн рублей еженедельно...
Мы посмотрели на эту ситуацию глазами строителей и разработчиков и предложили оцифровать процессы. Для этого пообщались с командой, изучили проектную документацию и перевели все бизнес-процессы, включая проектирование, бюджетирование и пр., на нашу платформу. Там, на площадке, данные от всех заинтересованных сторон, включая прорабов на стройке, стали попадать в единую базу. А ключевая информация — выводится на дашборды в личных кабинетах.
Проще говоря, строительная бригада днем заливает фундамент на площадке, прораб заносит информацию об этом в Pragmacore (через мобильную версию) в конце рабочего дня и она тут же попадает на главный экран в личном кабинете руководителя проекта.
Принимать решения в таких условиях стало намного легче — количество встреч сократилось в четыре раза, а число участников совещаний — в 2,5 раза!
Меньше ошибок, больше пользы
Как я уже писал коротко выше, BIM можно обновлять за счет комбинирования технологий. Например, наш клиент внедрил лазерное сканирование на строительной площадке — метод сбора информации о местности или здании с помощью лазерного сканера (лидара), который крепится на транспортное средство, которое двигается по заданному маршруту — например, вокруг возводимого объекта. Также можно использовать дроны, которые облетают здание. Все эти данные автоматически поступают в Pragmacore и отражаются в модели. Благодаря этому она показывает реальное состояние проекта.
И тут мы переходим к самому интересному: благодаря внедренным инструментам — нашей платформе — команда вовремя увидела расхождения между объектом на бумаге и тем, что уже появилось на стройплощадке. В частности, после того, как модель обновилась данными лазерного сканирования, стало понятно, что строители неверно уложили фундамент. Пришлось срочно собирать бригаду и исправлять ситуацию. Позднее мы подсчитали, что, если бы команда уже успела установить на фундамент металлокаркас, то расходы на исправление составили бы порядка 40 млн рублей! А так на корректировки ушло 2,3 млн рублей. Экономия налицо.
Таким образом, система помогла компании минимизировать проблему, с которой, по нашим оценкам, сталкиваются до 30% российских девелоперов — перерасход бюджетов.
Есть и другие примеры. Система позволила своевременно выявить и исправить критическое отклонение при монтаже зенитного фонаря. А это дало прямой экономический эффект в 2,85 млн рублей! Общий экономический эффект от внедрения наших решений составил более 80 млн рублей.
Заключение
Необязательно внедрять технологии на всех участках работы над строительным проектом. Можно начать с малого — скажем, унифицировать и автоматизировать отчетность. Это позволит подготовить почву для внедрения BIM-модели. Если не знаете, как и с чего стартовать цифровизацию в своей компании, пишите — подскажем.
К слову, в этом материале мы показали лишь один пример эффективного внедрения BIM вместе с дополнительными технологиями. В следующих публикациях я постараюсь привести и другие кейсы. Если у вас есть опыт работы с такой системой, прошу поделиться техническими подробностями в комментариях. На мой взгляд, сегодня важно делиться позитивным опытом и расширять лучшие практики цифровизации строительства в России в целом. Все это позволит рынку расти!
