Основы риск- и бизнес-ориентированной информационной безопасности: основные понятия и парадигма

    В данной публикации читателям предлагается ознакомиться с основными терминами и определениями в области информационной безопасности, а также будут рассмотрены концепция и парадигма информационной безопасности. Информация в данной и последующих публикациях основывается на общепринятых российских и мировых подходах к информационной безопасности.

    image

    С развитием информационных технологий и их всеобъемлющим проникновением практически во все сферы деятельности современных государств и компаний вопросы защиты информации становятся ключевыми: так называемая четвертая научная революция немыслима без использования наукоёмких информационных технологий, которые со всеми преимуществами привносят и связанные с ними риски, поскольку одновременно с проникновением ИТ в жизни государств, компаний и обычных граждан растут и множатся угрозы информационной безопасности.

    Налицо постоянная эволюция как информационных технологий, так и сферы защиты информации, а также самих атакующих: если ещё в конце 20-го века вопросами взлома компьютерных систем занимались, как правило, увлеченные энтузиасты из академических сред, которые не ставили своей целью получение незаконной прибыли и обман компаний и граждан, то в последнее время с каждым годом растет количество финансово мотивированных злоумышленников. Более того, в современном киберпространстве орудуют настоящие армии хакеров, поддерживаемые и спонсируемые правительствами разных стран. Они осуществляют нападения на ресурсы и инфраструктуру других государств и крупных корпораций с целью получения разведывательной информации и, зачастую, вывода из строя объектов критической инфраструктуры или даже целых отраслей промышленности. Одновременно с этим нарастает также и государственное регуляторное давление: осознавая важность защиты информации и информационной инфраструктуры, практически все развитые государства принимают законодательные нормы, отвечающие современным вызовам. Таким образом, современная информационная безопасность находится «на линии перекрестного огня» высококвалифицированных атакующих, ИТ-потребностей бизнеса и государства, а также правового регулирования. Для победы в данных условиях прежде всего необходим твердый фундамент, а именно четкое понимание основных явлений, терминов, а также самой концепции информационной безопасности.

    Под защитой информации в классическом понимании подразумевается обеспечение целостности, конфиденциальности, доступности информационных ресурсов. Кроме этого, дополнительными свойствами информации в состоянии защищенности являются неотказуемость, подлинность, подотчетность.

    Под угрозой безопасности информации понимают потенциальную причину возникновения нежелательного инцидента информационной безопасности, который может нанести ущерб активам и нарушить состояние защищенности информации; инциденту может предшествовать несанкционированное изменение состояния актива, называющееся событием информационной безопасности.

    Моделирование угроз — это идентификация всех угроз, которые могут нанести ущерб активам, и векторов атак, которые могут быть использованы источниками угроз для нанесения ущерба.

    Под риском информационной безопасности понимают потенциальную возможность использования уязвимостей активов конкретной угрозой для причинения ущерба организации. Как и в классическом риск-менеджменте, есть следующие способы обработки киберриска: игнорировать, принять, избежать, передать, минимизировать. Выбор именно последнего, наиболее оптимального во многих случаях способа обработки риска предшествует разработке и внедрению систем и средств информационной безопасности. При этом при выборе и реализации конкретных мер по обеспечению информационной безопасности активов следует руководствоваться целесообразностью применения этих мер в контексте решаемой бизнес-задачи, стоимости актива и величины прогнозируемого ущерба, а также потенциальных затрат злоумышленников. Согласно общепринятому подходу, стоимость защитных мер не должна превышать стоимость актива или величину прогнозируемого ущерба, а расчетные целесообразные затраты на атаку для злоумышленника должны быть меньше, чем ожидаемая им прибыль от реализации этой атаки.

    Ущерб от реализации атаки может быть прямым или непрямым. Прямой ущерб — это непосредственные очевидные и легко прогнозируемые потери компании, такие как утеря прав интеллектуальной собственности, разглашение секретов производства, снижение стоимости активов или их частичное или полное разрушение, судебные издержки и выплата штрафов и компенсаций и т.д. Непрямой ущерб может означать качественные или косвенные потери. Качественными потерями могут являться приостановка или снижение эффективности деятельности компании, потеря клиентов, снижение качества производимых товаров или оказываемых услуг. Косвенные потери — это, например, недополученная прибыль, потеря деловой репутации, дополнительно понесенные расходы.

    Угроза безопасности информации возникает при наличии следующих взаимосвязанных компонентов: источника угрозы, уязвимости актива, способа реализации угрозы, объекта воздействия и самого вредоносного воздействия. Приведем пример: хакер (источник угрозы) атакует непропатченный веб-сервер компании (уязвимость актива) путем внедрения SQL-инъекции (способ реализации угрозы) в обслуживающую этот веб-сервер СУБД (объект воздействия) и незаконно получает конфиденциальную информацию (вредоносное воздействие).

    Далее эти компоненты угрозы информационной безопасности будут рассмотрены подробнее.

    1. Источником угрозы могут являться внешние или внутренние (по отношению к рассматриваемому объекту защиты) нарушители, третьи лица, силы природы.

    Внешние нарушители не являются сотрудниками компании, легитимными пользователями внутренних информационных систем, аутсорсерами, подрядчиками, поставщиками, заказчиками и прочими лицами, связанными юридическими отношениями с рассматриваемой организацией. Такие нарушители не имеют легитимного доступа к объекту защиты (информационному активу) и классифицируются по ихнавыкам, возможностям и мотивации. Примерами внешних нарушителей могут быть как проправительственные хакеры-эксперты с государственной финансовой поддержкой или нанятые конкурентами киберпреступники, так и «хактивисты», профессиональные кибермошенники или даже подростки, вооруженные широкодоступными хакерским программами. Мерами противодействия внешним нарушителям является практически весь спектр «классических» способов обеспечения информационной безопасности: разработка и внедрение внутренних регламентирующих документов, средств защиты информации, мер активного противодействия, реагирование и расследование киберинцидентов и т.д. Организациям следует проводить регулярную оценку собственной подверженности риску атаки внешних злоумышленников, при которой нужно учитывать сферу деятельности, зависимость от информационных технологий, публичность, привлекательность для атакующих, широту охвата потенциальной атаки. В целом, именно внешние нарушители являются самым непредсказуемым и бесконтрольным фактором киберриска, требующим реализации самых современных мер и способов защиты.

    Внутренними нарушителями могут считаться физические лица — сотрудники и руководители компании, а также юридические лица, которые имеют договорные отношения с компанией. Внутренние нарушители классифицируются по целенаправленности и злонамеренности их действий, а для осуществления целенаправленного несанкционированного доступа у злонамеренного инсайдера должны быть мотив, способ и соответствующая возможность для атаки. Поставщики услуг, оборудования или персонала также несут в себе риски информационной безопасности — известны случаи, когда причинами утечек становились поставщики IT-сервисов, производители вспомогательного оборудования и сотрудники компании-подрядчика. Повайдеры облачных сервисов также попадают в категорию потенциальных внутренних нарушителей, чему может свидетельствовать большое количество утечек данных из некорректно сконфигурированных облачных хранилищ. Следует отметить тенденцию последнего времени в виде стандартизации методов оценки и управления риском привлечения сторонних организаций: ЦБ РФ выпустил стандарт СТО БР ИББС-1.4-2018 «Управление риском информационной безопасности при аутсорсинге», а международный стандарт ISO 27036 можно использовать для управления информационной безопасностью при взаимодействии с поставщиками услуг, в том числе и с провайдерами облачных сервисов (руководствуясь ISO 27036-4:2016).

    Кроме внешних и внутренних нарушителей не стоит забывать и о других источниках угроз: третьи лица и силы природы могу оказать существенное негативное влияние на деятельность компании. Так, третьими лицами можно считать органы государственной власти, последствия от вмешательства которых в работу компании могут быть соразмерны с воздействием стихийного бедствия. Новости о проведении следственных мероприятий могут негативно сказаться на имидже и репутации компании, а вынесенное предписание о приостановке деятельности на даже относительно непродолжительный срок может фактически означать уход компании с рынка. Такими же последствиями могут обернуться изъятие оборудования, опечатывание серверных помещений, арест ключевых руководителей компании. Мерами минимизации рисков, порожденных воздействием третьих лиц, должны быть как неукоснительное выполнение всех требований действующего законодательства, так и непрерывные внутренние compliance-проверки. Наконец, силами природы в контексте категоризации источников угроз являются стихийные бедствия, такие как природные и техногенные катастрофы, а также социальные катастрофы: эпидемии, военные действия, теракты, революции, забастовки и прочие форс-мажоры. Для минимизации рисков данных происшествий зачастую требуются большие финансовые вложения в системы обеспечения непрерывности деятельности и восстановления работоспособности, а также учет данных рисков на начальных этапах развития компании: следует тщательно выбирать месторасположение офисов с учетом местности, близости других учреждений и объектов инфраструктуры, погодных условий, состояния государства и социума, учитывать прогнозы экономического и социального развития конкретного региона присутствия. Кроме минимизации рисков воздействия стихийных бедствий описанными выше способами, компании могут выбрать и еще один способ обработки данных рисков — страхование. При продуманной и грамотно выбранной схеме страховых выплат можно нивелировать ущерб от воздействия непреодолимых сил на бизнес. Однако, любому руководителю и сотруднику всегда стоит помнить о том, что жизнь человека бесценна по сравнению с даже самым прибыльным бизнесом, поэтому при любых обстоятельствах спасение жизней и здоровья людей должно быть первым приоритетом.

    2. Уязвимость — это недостаток средств защиты информационной системы, который может быть использован нарушителем (как внешним, так и внутренним) для реализации угроз информационной безопасности. Уязвимости информационной системы могут быть порождены как ошибками при создании, внедрении или эксплуатации системы, так и слабостью наложенных защитных средств и примененных мер.

    С логической точки зрения, не может существовать идеально защищенных и безопасных информационных систем, которые при этом не находятся в изолированном пространстве, а выполняют свою бизнес-функцию, поэтому даже в самой казалось бы надежной и проверенной системе могут оказаться уязвимости. Российский стандарт ГОСТ Р 56546-2015 выделяет несколько возможных типов уязвимостей: уязвимости кода, конфигурации, архитектуры, организационная уязвимость, многофакторная уязвимость. Данный стандарт указывает и на потенциальные места возникновения уязвимостей: общесистемное, прикладное, специальное ПО, технические средства, сетевое оборудование, средства защиты. Уязвимость характеризуется степенью своей опасности, которая стандартом ГОСТ Р 56546-2015 определяется как сравнительная величина, характеризующая подверженность информационной системы уязвимости и влияние этой уязвимости на нарушение свойств безопасности информации (конфиденциальность, целостность, доступность).

    Общепринятым способом расчета опасности уязвимости в количественном выражении является использование метрики CVSS (Common Vulnerability Scoring System) американского Национального института стандартов и технологий (NIST, National Institute of Standards and Technology). Данная метрика позволяет описать основные особенности уязвимости и количественно оценить её опасность (по шкале от 0 до 10) в зависимости от сложности эксплуатации, влияния на свойства безопасности актива, наличия готового эксплойта и его доступности для злоумышленника, возможности устранить уязвимость, уровня достоверности сообщения о наличии уязвимости, а также в привязке к конкретной среде эксплуатации уязвимой системы.

    Идея централизованно регистрировать и классифицировать уязвимости нашла свою реализацию в нескольких официальных реестрах уязвимостей, таких как MITRE CVE (Common Vulnerabilities and Exposures), БДУ ФСТЭК России (Банк данных угроз безопасности информации), NIST NVD (National Vulnerability Database), CERT/CC VND (Vulnerability Notes Database).

    Реестр CVE организации MITRE ведется с 1999 года, и за это время в нем были сохранены данные о более чем 115 тысячах уязвимостей. Информацию в данный реестр вносят CNA (CVE Numbering Authorities) — зарегистрированные организации (такие как государственные CERT'ы), компании-производители ПО, а также независимые исследователи безопасности, которые имеют полномочия присваивать обнаруженным уязвимостям идентификатор вида CVE-YYYY-NNNN, где YYYY — год обнаружения уязвимости, а NNNN — её порядковый номер. В настоящий момент в списке CNA присутствуют 98 организаций и лиц, среди которых есть две российских компании — Яндекс и Лаборатория Касперского.

    Российский реестр БДУ находится в ведении ФСТЭК России и ГНИИИ ПТЗИ. С 2015 года он пополнился информацией о более чем 21 тысяче уязвимостей, имеющих идентификаторы вида BDU: ГГГГ-ННННН, где ГГГГ — год обнаружения, а ННННН — порядковый номер уязвимости. Данный реестр характерен тем, что содержит уникальную информацию об уязвимостях в ПО российской разработки, которая не представлена в других реестрах, а также позволяет разработчикам отечественных средств защиты информации получать актуальные данные об уязвимостях из надежного государственного источника. Любой нашедший уязвимость гражданин или организация могут отправить информацию о ней через веб-форму или по электронной почте непосредственно во ФСТЭК России.

    Кроме указанных официальных, существует и большое количество альтернативных реестров уязвимостей и эксплойтов, которые ведутся как разработчиками ПО (например, Microsoft, Cisco, Oracle, IBM, Red Hat, Ubuntu, VMware и прочие), так и отдельными организациями и энтузиастами.

    Причиной возникновения уязвимости может быть ошибка, допущенная при разработке или настройке ПО. Американский Национальный институт стандартов и технологий классифицирует 124 типа ошибок в своем перечне CWE (Common Weakness Enumeration). Более того, для каждой из приведенных ошибок на сайте организации MITRE приведено её подробное описание с примерами уязвимого кода, указаниями по обнаружению и устранению подобных ошибок с привязкой к стадиями разработки ПО, а также со ссылками на зарегистрированные уязвимости CVE, которые были вызваны данной ошибкой, и на шаблоны атак CAPEC (Common Attack Pattern Enumeration and Classification), связывающие ошибку и возможные атаки.

    ФСТЭК России создала реестр угроз безопасности информации в качестве отечественной альтернативы классификатору MITRE CAPEC. Данный реестр на текущий день содержит 213 типов угроз, при этом каждый тип угрозы имеет свой уникальный идентификатор (вида УБИ.***), описание угрозы, источника, объекта воздействия и последствий от её реализации. Доступен поиск по названию, источнику или последствиям реализации угрозы. При этом в реестре содержатся не только чисто технические угрозы, но и организационные, такие как, например, УБИ.040 (Угроза конфликта юрисдикций различных стран), УБИ.056 (Угроза некачественного переноса инфраструктуры в облако) или УБИ.134 (Угроза потери доверия к поставщику облачных услуг).

    Для выявления уязвимостей можно применять как автоматизированные системы (сканеры уязвимостей, системы управления конфигурациями и версиями), так и проводить оценку защищенности и тесты на проникновение, в результате чего организация получает информацию о наличии потенциально эксплуатируемых уязвимостей. Однако нужно помнить, что каждый день появляется в среднем несколько десятков новых уязвимостей, так что эпизодическим анализом обходиться не следует, а стоит выстраивать непрерывный процесс управления уязвимостями. В его рамках организации могут циклически проходить инвентаризацию, классификацию и приоритизацию активов, анализ текущей защищенности, поиск уязвимостей и их обработку (устранение/минимизация/изоляция/принятие) в соответствии с их критичностью, последующую проверку и оценку эффективности пройденных шагов.

    3. Способы реализации угроз также поддаются классификации. Например, ФСТЭК России предлагает следующие категории методов реализации угроз: несанкционированный сбор информации, исчерпание ресурсов, инъекция, подмена при взаимодействии, манипулирование сроками и состоянием, злоупотребление функционалом, вероятностные методы, нарушение аутентификации, нарушение авторизации, манипулирование структурами данных, анализ целевого объекта, манипулирование ресурсами, использование технических отказов и ошибок, получение физического доступа, использование слабостей организации.

    Проект MITRE ATT&CK является базой знаний о способах реализации угроз, расширяя список методов до тактик, техник и процедур (TTPs — Tactics, Techniques, Procedures), применяемых атакующими. MITRE ATT&CK связан с классификатором шаблонов атак MITRE CAPEC, о котором мы говорили ранее. Для каждой из тактик атак приводится перечень конкретных техник, которые сопровождаются детальным техническим описанием реализации атаки, списком ПО, используемого атакующими, и идентификаторами конкретных киберпреступных группировок, использующих в соответствии со своим «почерком» те или иные TTPs, по которым атаку можно атрибутировать для успешного противодействия или расследования.

    4. Объектами вредоносного воздействия при атаке могут быть все активы компании, как материальные, так и нематериальные: люди, информация, процессы разработки, производства и поставки, каналы передачи данных, программные и аппаратные средства и компоненты систем. При этом следует помнить, что именно люди — сотрудники, руководители, аутсорсеры — являются зачастую самым слабым звеном в системе обеспечения информационной безопасности компании. Если технические средства защиты функционируют в соответствии с заложенными в них правилами и для их эффективной работы достаточно произвести корректную настройку, то для минимизации «человеческого фактора» при кибератаках следует непрерывно вести разъяснительную работу с персоналом и проводить тренировки и обучение, учитывая психологические и социокультурные особенности поведения сотрудников.

    5. Видами вредоносного воздействия, как правило, являются нарушение целостности, конфиденциальности, доступности информационных ресурсов, а также атаки на неотказуемость, подлинность, подотчетность информации.

    Интересными примерами нарушения целостности могут являться разнообразные способы манипулирования и мошенничества с данными, такие как Data Diddling (скрытое внесение некорректных изменений в систему с целью сохранения искаженных сведений и получения от этого финансовой выгоды в дальнейшем — например, для манипулирования финансовой отчетностью компании и стоимостью акций), Salami Fraud (внесение большого количества очень малозаметных изменений на протяжении длительного времени, что в итоге приводит к значительным последствиям — например, списание 10 копеек с каждого банковского счета всех клиентов на протяжении года), «логические бомбы» (внедрение программных закладок, приводящих к искажению хранящихся/обрабатывающихся данных при наступлении определенных условий — например, несанкционированное начисление повышенных процентов по вкладу определенному сотруднику банка после его увольнения).

    Нарушение конфиденциальности информации чревато не только очевидными последствиями в краткосрочной перспективе, например, при обнаружении персональных данных клиентов в отрытом доступе, но и тем, что украденная информация может неожиданно «всплыть» через несколько лет после факта компрометации — например, порочащие компанию или руководителя сведения могут быть разглашены накануне IPO или назначения на новую должность. Кража ноу-хау компании конкурентами может привести не только к потере конкурентных преимуществ и доли на рынке, но и к фактам вымогательства со стороны атаковавших конкурентов, угрожающих предать огласке «серые» способы ведения бизнеса компанией.

    Атаки, в результате которых нарушается доступность информации, как правило, оказываются самыми легкими для обнаружения, одновременно являясь чрезвычайно разрушительными с точки зрения осуществления операционной деятельности и сохранения репутации. Примерами могут являться как нашумевшие международные эпидемии WannaCry или NotPetya, так и DDoS-атаки на российские платежные системы и банки. Организации и частные лица также всё чаще сталкиваются с вирусами-вымогателями, которые становятся опаснее год от года и способны приостановить функционирование целых предприятий.

    Описанные выше совокупные компоненты угроз информационной безопасности (источники, уязвимости и способы реализации угроз, объекты и виды вредоносного воздействия) могут быть нейтрализованы защитными мерами, которые традиционно подразделяются на организационные, технические, физические и применяются к сотрудникам, процессам и технологиям. По целям применяемых мер существует разделение на предупредительные, директивные, превентивные, сдерживающие, корректирующие, восстановительные, расследовательные и компенсирующие меры.

    Основными международными стандартами практического обеспечения информационной безопасности являются ISO/IEC 27001:2013 Information security management systems – Requirements («Системы менеджмента информационной безопасности – Требования») и NIST SP 800-53 Security and Privacy Controls for Information Systems and Organizations («Меры обеспечения безопасности и конфиденциальности для информационных систем и организаций»), которые включают в себя описание организационных и технических требований для разработки целостной системы обеспечения и управления информационной безопасностью. Следует отметить, что все меры защиты, описанные в стандарте NIST SP 800-53, включают в себя также и конкретные шаги по реализации соответствующей меры, что делает этот документ гораздо более подробным, нежели стандарт ISO/IEC 27001:2013.

    Внедрение различных технических средств защиты целесообразно производить только после прохождения основных этапов построения комплексной системы управления информационной безопасностью: разработки внутренних нормативных документов в области риск-менеджмента и кибербезопасности, инвентаризации и классификации активов, оценки и анализа рисков, технико-экономического обоснования внедрения конкретных типов средств защиты. Следует также учесть, что даже самое современное и «продвинутое» средство требует тонкой настройки для выполнения защитных бизнес-функций в конкретной компании, поэтому для экономически эффективного использования потребуется сначала выработать понимание того, какие именно риски будет закрывать та или иная система киберзащиты, а затем соответствующим образом её настроить и непрерывно поддерживать в актуальном состоянии.

    В заключение хотелось бы еще раз отметить, что развитие и польза от применения современных информационных технологий идут рука об руку с ассоциированными с ними рисками и угрозами. Поэтому внедрение информационных технологий, как любой новый проект, несущий в себе определенную неизвестность, следует сочетать с анализом и обработкой рисков. Однако зачастую бытует устаревший подход, при котором вопросы обеспечения информационной безопасности рассматриваются в отрыве от бизнес-контекста, а также не сочетаются с управлением рисками. Только целостное понимание компонентов актуальных угроз информационной безопасности вкупе с применением методик оценки рисков внедрения и эксплуатации тех или иных информационных систем, а также понимание современных способов нейтрализации угроз защитными мерами принесет вам пользу при выборе ИТ-стратегии развития компании и её цифровой трансформации, а также при внедрении и использовании тех или иных информационных технологий, продуктов и сервисов.
    Поделиться публикацией
    AdBlock похитил этот баннер, но баннеры не зубы — отрастут

    Подробнее
    Реклама

    Комментарии 4

      +1
      Простите, а вы бы не могли бы выделить в статье место про бизнес-ориентированность?
        0
        Бизнес-ориентированной ИБ будут посвящены дальнейшие публикации. Эта — вступительная.
        0
        Внедрение различных технических средств защиты целесообразно производить только после прохождения основных этапов построения комплексной системы управления информационной безопасностью: разработки внутренних нормативных документов в области риск-менеджмента и кибербезопасности, инвентаризации и классификации активов, оценки и анализа рисков, технико-экономического обоснования внедрения конкретных типов средств защиты.

        Это для многих очевидно. Загвоздка в том, что как правило ИБ растёт вместе с инфраструктурой и тащит наследство. Очень мало где все проектируется и строится с 0 сразу достаточно большим для того чтобы иметь все необходимые средства, регламенты. А главное — людей, готовых и способных постоянно и правильно все это использовать. Поэтому чаще происходит взаимная деформация при подгонке одного под другое. И хорошо если от такой «сварки трением» получается нерушимый монолит. Простите за неуместную аллегорию.
          0
          Полностью согласен. Однако, взяв за ролевую модель лучшие практики и международные стандарты, можно постараться выстроить качественные процессы ИБ даже при наличии «тяжелого» инфраструктурного бэкграунда.

        Только полноправные пользователи могут оставлять комментарии. Войдите, пожалуйста.

        Самое читаемое