Допустим вендор продал вам софт, а может ли он через российский суд запретить его использование?
Вендор может подать исковое заявление о расторжении договора, ссылаясь на существенное изменение обстоятельств (ст. 451 ГК РФ). Таким обстоятельством может быть введение санкций. Однако в настоящее время есть судебная практика, в соответствии с которой введение санкций не является существенным изменением обстоятельств, если это не указано в договоре (например, тут). Потому нужно сначала смотреть в договор. В нем может быть указано, что санкции являются непреодолимым обстоятельством (форс-мажором) или предусмотрено право вендора на односторонний отказ от договора в случае введения санкций. Если такое условие есть, то это не значит, что все потеряно. Так, в другом деле Суд по интеллектуальным правам встал на сторону заказчика при том, что соглашение предусматривало односторонний отказ в связи с введением санкций. Суд вернул дело в первую инстанцию и указал, что нужно оценить законность одностороннего отказа. И, спойлер, суды нижестоящих инстанций изменили свое решение и признали односторонний отказ незаконным. Подводя итог, можно сказать, что в вопросах внешнеэкономических санкций суд с большей долей вероятности будет на стороне российского заказчика, нежели вендора, но многое зависит от условий договора.
Вендор продал софт, потом односторонне отказался от его сопровождения. Может ли он потребовать от вас данные аудита использования? А при непредставлении обратиться в суд?
Да, может, т.к. условие об аудите касается предмета лицензионного договора — предоставления прав на софт. Так что все условия, касающиеся использования софта, будут действовать. И да, вендор может обратиться в суд и попытаться обязать предоставить данные. Если договором предусмотрены штрафы, то может взыскать еще и штраф. Плюс это основание для деавторизации.
Вендор может подать исковое заявление о расторжении договора, ссылаясь на существенное изменение обстоятельств (ст. 451 ГК РФ). Таким обстоятельством может быть введение санкций. Однако в настоящее время есть судебная практика, в соответствии с которой введение санкций не является существенным изменением обстоятельств, если это не указано в договоре (например, тут). Потому нужно сначала смотреть в договор. В нем может быть указано, что санкции являются непреодолимым обстоятельством (форс-мажором) или предусмотрено право вендора на односторонний отказ от договора в случае введения санкций. Если такое условие есть, то это не значит, что все потеряно. Так, в другом деле Суд по интеллектуальным правам встал на сторону заказчика при том, что соглашение предусматривало односторонний отказ в связи с введением санкций. Суд вернул дело в первую инстанцию и указал, что нужно оценить законность одностороннего отказа. И, спойлер, суды нижестоящих инстанций изменили свое решение и признали односторонний отказ незаконным. Подводя итог, можно сказать, что в вопросах внешнеэкономических санкций суд с большей долей вероятности будет на стороне российского заказчика, нежели вендора, но многое зависит от условий договора.
Да, может, т.к. условие об аудите касается предмета лицензионного договора — предоставления прав на софт. Так что все условия, касающиеся использования софта, будут действовать. И да, вендор может обратиться в суд и попытаться обязать предоставить данные. Если договором предусмотрены штрафы, то может взыскать еще и штраф. Плюс это основание для деавторизации.