Если повернуться к реальности конкретного онкопациента и сократить себе время на поиски места и метода лечения…
Сначала — ПЭТ КТ, биопсия и иммуногистохимия. Что бы вам не пели местные врачи про «а зачем вам это», но только эти меры и являются на сегодня диагностикой, исключающей двутолки. Только так вы определяете «свои» белки, к мутагенным источникам которых, есть претензии со стороны вашего организма. Это закроет вопрос о правильности диагностики — максиме несуразной в наших широтах, в землях с полным отсутствием работы принципа неотвратимости наказания. Всё сами, только сами.
CAR-T. Если у вас не рак крови и не лимфома, то сразу встаёте перед тем фактом, что наиболее прогрессивный метод лечения иммунотерапией — CAR-T — скорее всего изначально не для вас. Он заточен под взаимодействие с белком CD19. А ваша иммуногистохимия определяет, например, экспрессию CD31, CD34, FLI-1 и ERG — как моя саркома Эпителиоидная Гемангиоэндотелиома.
И всё же сохраняется целесообразность продавить тему CAR-T до упора. При этом, не забывая оглядываться на индекс пролиферации — «грейд агрессиности» — своего рака. Часы тикают и мысль о химиотерапии не должна вас оставлять. Есть время — значит начинаете рыть по планете те испытания, которые — либо пересекаются, либо теоретически могут пересекаться с «вашими» белками. Общайтесь с врачами, непрерывно списывайтесь с ними, все говорят на гуглоанглийском. Предварительно вывалите в облако свои данные — иммуногистохимические, гистологические, томографические. Будьте готовы вставить ссылки на них в любой документ.
Нашли подходящие? Бомбите врачей на вписку в очередную группу.
Смысл ломиться, когда ничего заранее не ясно и когда конский прайс? Вроде бы — да. Но. Врачи есть в США, а есть в остальном мире. В США всё мега круто и мега дорого, если ты не гражданин с американским ОМС. И там врачу шагу не сделать без официалки — сразу просядешь до санитара. Другое дело — Китай, Куба, Мексика, Чехия, внезапно Грузия — всякие страны с врачами, прошедшими обучение в США и заработавшими на соответствующее оборудование. Такой врач способен думать и зарабатывать. Это и будет ваш врач: заточит CAR-T под ваши белки и вмажет с соответствующими мерами по детоксикации.
Денег. Денег за иммунотерапию рака крови в США — шесть нулей. Местным это компенсируют US-ОМС и фонды. А если взять, к примеру, Китай или отдельного врача в небольшой стране, то речь пойдёт о порядке в 30—50 тысяч долларов. Уже не та сумма, в контексте побороться за жизнь. По крайней мере, она сопоставима с ценой за комплекс вменяемой химиотерапии первой линии и лучевым/аблационным закреплением успеха.
Гарантии по CAR-T и по конкретному специалисту? Только его публикации в реальных медицинских изданиях и сбор сведений лично о нём. И это лучшие из гарантий. Но выбирать только вам. Однако, к слову: как только вы попробуете сделать то же самое здесь, насчёт местечковых лепил, — схватитесь за голову: как от отсутствия достоверной информации, так и от размера его персонального кладбища.
Не доверяйте, проверяйте. Кстати, столкнувшись с прозападным специалистом, вы не встретите с его стороны — ни удивления, ни возмущения в ответ на ваши требования. Им нужны думающие пациенты, на «отженись» они не базарят. Есть понимание: процесс лечения без участия пациента, мягко говоря, ущербен.
Сначала — ПЭТ КТ, биопсия и иммуногистохимия. Что бы вам не пели местные врачи про «а зачем вам это», но только эти меры и являются на сегодня диагностикой, исключающей двутолки. Только так вы определяете «свои» белки, к мутагенным источникам которых, есть претензии со стороны вашего организма. Это закроет вопрос о правильности диагностики — максиме несуразной в наших широтах, в землях с полным отсутствием работы принципа неотвратимости наказания. Всё сами, только сами.
CAR-T. Если у вас не рак крови и не лимфома, то сразу встаёте перед тем фактом, что наиболее прогрессивный метод лечения иммунотерапией — CAR-T — скорее всего изначально не для вас. Он заточен под взаимодействие с белком CD19. А ваша иммуногистохимия определяет, например, экспрессию CD31, CD34, FLI-1 и ERG — как моя саркома Эпителиоидная Гемангиоэндотелиома.
И всё же сохраняется целесообразность продавить тему CAR-T до упора. При этом, не забывая оглядываться на индекс пролиферации — «грейд агрессиности» — своего рака. Часы тикают и мысль о химиотерапии не должна вас оставлять. Есть время — значит начинаете рыть по планете те испытания, которые — либо пересекаются, либо теоретически могут пересекаться с «вашими» белками. Общайтесь с врачами, непрерывно списывайтесь с ними, все говорят на гуглоанглийском. Предварительно вывалите в облако свои данные — иммуногистохимические, гистологические, томографические. Будьте готовы вставить ссылки на них в любой документ.
Нашли подходящие? Бомбите врачей на вписку в очередную группу.
Смысл ломиться, когда ничего заранее не ясно и когда конский прайс? Вроде бы — да. Но. Врачи есть в США, а есть в остальном мире. В США всё мега круто и мега дорого, если ты не гражданин с американским ОМС. И там врачу шагу не сделать без официалки — сразу просядешь до санитара. Другое дело — Китай, Куба, Мексика, Чехия, внезапно Грузия — всякие страны с врачами, прошедшими обучение в США и заработавшими на соответствующее оборудование. Такой врач способен думать и зарабатывать. Это и будет ваш врач: заточит CAR-T под ваши белки и вмажет с соответствующими мерами по детоксикации.
Денег. Денег за иммунотерапию рака крови в США — шесть нулей. Местным это компенсируют US-ОМС и фонды. А если взять, к примеру, Китай или отдельного врача в небольшой стране, то речь пойдёт о порядке в 30—50 тысяч долларов. Уже не та сумма, в контексте побороться за жизнь. По крайней мере, она сопоставима с ценой за комплекс вменяемой химиотерапии первой линии и лучевым/аблационным закреплением успеха.
Гарантии по CAR-T и по конкретному специалисту? Только его публикации в реальных медицинских изданиях и сбор сведений лично о нём. И это лучшие из гарантий. Но выбирать только вам. Однако, к слову: как только вы попробуете сделать то же самое здесь, насчёт местечковых лепил, — схватитесь за голову: как от отсутствия достоверной информации, так и от размера его персонального кладбища.
Не доверяйте, проверяйте. Кстати, столкнувшись с прозападным специалистом, вы не встретите с его стороны — ни удивления, ни возмущения в ответ на ваши требования. Им нужны думающие пациенты, на «отженись» они не базарят. Есть понимание: процесс лечения без участия пациента, мягко говоря, ущербен.