Тот, кто был на любой технической кафедре небалованного деньгами вуза, знает, что там обязательно есть подсобка, где хранится куча старых списанных приборов. Просто потому, что пригодится: где на запчасти пойдёт для ремонта существующего («Денег нет, но вы держитесь» (с)), где-то аспирант к себе утащит переделывать для научных исследований, а где-то студентам отдать на растерзание под проект. И вот во время приборки на кафедре нашёлся вот такой странный прибор. Точнее, приборы — два блока, соединяемые толстым кабелем:

Гугл не помог, вот его шильдик:

Вместе с прибором нашлась папка, в папке оказался только «Журнал записи прогнозов 1989–1990». Ни инструкции, ни паспорта, ничего более в папке не оказалось. Или потеряли при многочисленных субботниках, а может, кто взял для работы домой и забыл вернуть. Вообще сохранность документации — зеркало дисциплины, уж сколько раз было: прибор есть, а к нему ничего нет, и чините как хотите…

Сам прибор мы, конечно же, включили и применили «метод научного тыка». То есть попереключали тумблеры, понажимали кнопки, прибор военный — взорваться не должен. И заметили, что при нажатии кнопки «прогноз» на табло зажигаются лампы, стрелки показывают значения. Причём одни и те же, если не менять положения тумблеров. Но если положение поменять — индикация меняется. Логику изменения индикации понять не смогли.

Пульт (?) выглядит так:

Загадка. Ну я, конечно же, пошёл к ветеранам кафедры расспрашивать, что за прибор и откуда он оказался на кафедре. Благо некоторые сотрудники, несмотря на пенсионный возраст, продолжают сеять разумное в головы студентов и отдали кафедре большую часть трудовой жизни. И вот что мне рассказали. Сведения оказались отрывочными, поэтому собрал воедино, как мог, увы, тех, кто мог рассказать подробнее, уже нет с нами.

Рассвет и закат одной научной школы


История началась где-то в середине 70-х. В нашем вузе, как и во многих других вузах СССР, помимо обучения студентов занимались ещё и наукой. Причём иногда научные темы были лишь смежными к основной тематике вуза. Поэтому меня несколько удивило «метео» на шильдике прибора, ибо основная тематика нашего вуза — лес. Так вот, был у нас профессор Виктор Петрович Чиж. Он занимался вопросами таксации, выезжал вместе со студентами на практику в наш подведомственный лесхоз. И во время этих практик он заметил интересную закономерность. В студенчестве его супруга (имя я не запомнил) сломала ногу, катаясь на лыжах. Хоть всё срослось без осложнений, и она даже не хромала, место бывшего перелома иногда болело. И Виктор Петрович заметил: если утром жена была не в настроении из-за болей в ноге, — в этот день он со студентами почти наверняка попадал под дождь, проводя практические занятия в лесу. Будучи человеком не только внимательным, но и системным, наш профессор стал вести записи, какая погода была в те дни, когда у жены болела нога.

Проводя наблюдения несколько лет (а позднее он стал записывать ещё и прогноз Гидрометцентра СССР), Виктор Петрович обнаружил, что есть определённая связь между самочувствием и погодой, причём не в настоящем, а в будущем! То есть метеочувствительность позволяла предсказывать погоду! Это наблюдение оказалось весьма своевременным — качество прогнозов, выдаваемое метеорологами, не росло, становясь поводом для шуток, а народное хозяйство требовало повышения качества метеопрогнозов. В общем, обнаружилось новое направление для научных исследований.

Что было потом — неизвестно. Виктор Петрович о чём-то переругался с деканом, да так сильно, что то ли нос ему сломал, то ли челюсть. Скандал замяли, но Виктор Петрович уволился из нашего вуза и переехал в Ленинград, устроившись в ленинградский лестех, благо вузов по лесному профилю в СССР было несколько. Там он вместе с единомышленниками стал изучать вопросы метеочувствительности людей, даже что-то публиковали, какие-то патенты получали. И результаты оказались довольно-таки обнадёживающими. Оказалось, что, применяя специальные матмодели к анкетам самочувствия некоторых людей, получалось делать прогноз погоды на следующий день чуть ли не на 20% более точный, чем тот, что выдавал гидрометцентр! Собственно, вокруг этого дела и был образован НИИ «Биометеоприбор».

Так как обрабатывать анкеты самочувствия было трудоёмко, нужно было решение по автоматизации. И для автоматизации прогноза погоды были созданы разные приборы. Вот как раз второе или третье поколение таких приборов и оказалось у нас на кафедре. Прибор позволял сразу обрабатывать показания человека в прогноз погоды, исключая трудоёмкие вычисления на бумаге. Так как Виктор Петрович связи с коллегами не терял (того декана многие недолюбливали, но терпели. Как мне сказали: «В морду дать ему хотели очень многие, но сдерживались»), то такой прибор оказался у нас. Одно из направлений исследований было как раз проводить первичный поиск таких людей — «предсказателей», видимо, в Ленинграде их было недостаточно, или профессор хотел выяснить, есть ли какая-то связь между местом жительства и точностью прогноза. Как вспоминают коллеги, этот прибор стоял в одной из лабораторий кафедры, и время от времени туда приходили приглашённые жители города, взаимодействовали с прибором, а лаборант записывал показания в журнал. Собственно, видимо, этот журнал и единственное, что у нас осталось. Под стеклом письменного стола коллеги нашлось несколько фото, на этой — профессор В. П. Чиж:

История закончилась печально. Советский Союз трясло от перестройки. Финансирование многих направлений, даже перспективных, свернули. Да что там — многие стройки останавливались, недостроенная телебашня в Свердловске — того же поля ягода. Учитывая, что полученные результаты были ещё далеки от массового внедрения, надежды на коммерциализацию не было, а термин «венчурные инвестиции» в стране зазвучал сильно позднее. Что стало с НИИ «Биометеоприбор» в Ленинграде, я не знаю, по словам коллег, всё заглохло к концу 89 года, по крайней мере наблюдения проводить перестали, и новых приборов не появлялось. Сам профессор В. П. Чиж скончался в 1993 году, причём в какой-то мутной истории с криминальным оттенком, но там время такое было. А интернета не было, так что гугл тут оказался бессилен.

Всё, что я смог узнать, — рассказал, может, кто в Ленинграде с Виктором Петровичем Чижом работал и расскажет поподробнее?

© 2026 ООО «МТ ФИНАНС»