Вторая половина XX века стала своего рода золотым веком ядерных технологий. После атомных разрушений Второй мировой войны человечество нашло новые, более мирные способы использования радиоактивного распада. Атомная энергетика, медицина, научные исследования и промышленность процветали в благодатном сиянии ядерной энергии. Но ядерная революция принесла с собой серьёзную проблему: что делать с тысячами тонн радиоактивных отходов, образовавшихся в ходе этого бурного развития?
В Европе решение оказалось довольно простым. На дне Атлантического океана имелось вполне подходящее место, которым, насколько могли судить власти, никто особенно важный не пользовался. Поэтому с 1949 по 1982 год отходы отправлялись именно туда. Более 200 тысяч бочек с низкоактивными радиоактивными отходами общей массой свыше 150 тысяч тонн были сброшены преимущественно на глубинах от 3000 до 5000 метров. На протяжении десятилетий никто толком не знал, что с ними произошло.
Теперь учёные спустились к этим захоронениям на обитаемом подводном аппарате и обнаружили, что многие бочки проржавели и разрушились, а их содержимое вытекает на морское дно.
Как ни удивительно, это не обязательно означает, что всё пошло не по первоначальному плану. Отнесение радиоактивных отходов к категории низкоактивных (LLW) вовсе не означает, что они безопасны. Такие отходы образуются, например, при использовании радиоактивных материалов в медицине и промышленности и обычно содержат относительно небольшие количества долгоживущих радионуклидов.
Международное агентство по атомной энергии рекомендует захоранивать низкоактивные отходы в прочных контейнерах, обеспечивающих их изоляцию как минимум на несколько сотен лет. Однако в середине XX века рекомендации были несколько иными. Согласно действовавшим тогда правилам, контейнеры должны были достигать морского дна неповреждёнными и оставаться герметичными лишь до тех пор, пока не распадутся короткоживущие радионуклиды. После этого предполагалось, что оставшиеся отходы будут постепенно выходить наружу и рассеиваться в окружающей океанской воде.
Однако далеко не всё содержимое бочек могло благополучно распасться за короткое время. Внутри находилась настоящая радиоактивная смесь, включавшая цезий-137, изотопы плутония и тритий. Некоторые из этих веществ могут сохраняться тысячелетиями.
Когда в 1980-х годах сброс отходов прекратился, все, по сути, просто умыли руки и ушли. Точное местоположение бочек и их состояние оставались практически неизвестными на протяжении десятилетий. Но несколько лет назад инженер‑ядерщик Патрик Шардон и морской геолог Хавьер Эскартин из французского Национального центра научных исследований (CNRS) задумались о том, что же произошло со сброшенными отходами.
В конце концов этот вопрос привёл к появлению NODSSUM (Nuclear Ocean Dump Site Survey Monitoring), междисциплинарного проекта, объединившего специалистов по ядерной физике, геологии, океанографии, биологии и морской химии. Его цель заключалась в том, чтобы найти бочки и выяснить, оказывают ли они какое‑либо воздействие на окружающую среду.
Первая экспедиция отправилась в море в июне 2025 года на исследовательском судне L'Atalante. Во время этого первого рейса команда использовала автономный подводный аппарат UlyX, который обследовал морское дно, составлял карты и фотографировал бочки. Одновременно исследователи собирали пробы воды и донных отложений, а также образцы рыб и ракообразных из окружающей акватории. Всего за месяц удалось обнаружить и нанести на карту 3355 бочек.
Первая экспедиция носила разведывательный характер. Она дала исследователям то, чего у них раньше не было: конкретные объекты для изучения. А в мае 2026 года они вернулись.
На этот раз команда прибыла на борту судна Pourquoi Pas? с трёхместным подводным аппаратом Nautile, способным погружаться на глубину до 6000 метров. За 20 погружений аппарат доставлял учёных на глубину более 4700 метров, где они могли непосредственно осматривать бочки и брать пробы в непосредственной близости от них.
На первый взгляд состояние некоторых бочек вызывало тревогу. Они сильно проржавели и разрушились, а их содержимое заметно вытекало на окружающий песок.
Но тут исследователей поджидала загадка: оказалось, что бочки служат своеобразными крошечными оазисами на песчаном морском дне, где в остальном жизнь довольно скудна.
К бочкам прикрепились актинии. Вокруг них поселились губки, голотурии, рыбы и ракообразные. Особенно полюбили эти искусственные укрытия, по‑видимому, крабы. Перед исследователями возникла неожиданная проблема. Бочки оказались не просто контейнерами, постепенно выделяющими радиоактивные вещества в пустынную океанскую бездну. Они стали частью экосистемы. И это породило гораздо более сложный вопрос: попадают ли радиоактивные вещества в организмы поселившихся там животных?
В том, что радиоактивные вещества вышли за пределы контейнеров, сомнений не было. Приборы на борту судна обнаружили значительные количества кобальта-60 и ниобия-94, происхождение которых исследователи смогли непосредственно связать со сброшенными отходами. Цезий-137 и америций-241 также присутствовали в концентрациях, значительно превышающих фоновые уровни, которые можно было бы ожидать вследствие атмосферных ядерных испытаний и аварий. Но накапливается ли эта радиоактивность в организмах животных, живущих на бочках и вокруг них, это уже другой вопрос.
В пяти точках аппарат Nautile собрал образцы донных отложений, воды, организмов и микробных сообществ непосредственно возле бочек, в том числе соприкасавшихся с ними. Исследователи также взяли образцы на соседних каменистых участках дна, чтобы сравнить их с сообществами, сформировавшимися вокруг бочек.
Сейчас эти образцы анализируются. Учёные надеются выяснить, какое воздействие, если оно вообще существует, эти необычные места обитания оказывают на существ, для которых они стали домом.
Впрочем, уже есть основания полагать, что даже чрезвычайно высокая радиоактивность в непосредственной близости от источника вовсе не обязательно распространяется на большие расстояния.
Недавнее исследование затонувшей советской подводной лодки «Комсомолец» показало, что непосредственно возле негерметичного реактора содержание радионуклидов в сотни тысяч раз превышало фоновые значения. Однако уже на расстоянии нескольких метров эти показатели резко снижались по мере рассеивания радиоактивных веществ в морской воде.
Аналогичным образом команда NODSSUM установила, что, несмотря на значительные уровни радиоактивности возле бочек, они были недостаточно высокими, чтобы создавать серьёзные проблемы радиационной безопасности для учёных, работавших с образцами. Ни на аппарате Nautile, ни на установленном на нём оборудовании следов радиоактивного загрязнения обнаружено не было.
Всё это не означает, что отходы безвредны. Но и нашествия радиоактивных крабов, похоже, опасаться пока не стоит. Зато впервые в распоряжении исследователей появилась подробная карта с расположением тысяч бочек, а также образцы, анализ которых позволит выяснить, что происходит вокруг них.
