Вступление
В недавней статье «Частотомер с БИХ‑фильтром НЧ в 1 Кбайте на ATtiny13» я рассказывал, как удалось уместить цифровую фильтрацию синусоиды, динамическую индикацию и работу с датчиком DS18B20 на единственном 8-битном таймере. В симуляторе SimulIDE всё работало как часы. Но когда я прошил реальный чип и собрал схему в «железе», датчик температуры наотрез отказался отвечать.
Симптом: 7 бит вместо 8
На первый взгляд всё выглядело странно. Импульс сброса Reset (около 640 мкс) проходил нормально, и датчик исправно отвечал импульсом присутствия Presence. Но дальше начиналась мистика: при передаче любой команды (0xCC, 0x44 или 0xBE) на шине 1-Wire появлялось ровно 7 бит вместо 8. Причем стабильно пропадал самый первый (младший) бит каждого байта, независимо от того, шел за ним 0 или 1:
· Вместо 0xCC (00110011) уходило 0110011.
· Вместо 0xBE (01111101) уходило 1111101.
Инструмент: логический анализатор на RP2040 за 15 минут
Обычный осциллограф здесь помогал плохо: такты таймера идут каждые ~213 мкс, внутри такта импульсы длительностью от 2 до 78 мкс, при этом автомат 1-Wire пропускает «нагруженные» такты перехода синусоиды через ноль (паузы до 19–20 мс), да еще и частота внутреннего RC-генератора плавает от температуры.
Под рукой оказалась плата на RP2040, из которой за вечер получился специализированный сниффер под эту задачу. (Примечание: не забываем, что у RP2040 логика 3.3 В без толерантности к 5 В, поэтому сигналы с ATtiny13 заводим через резистивные делители).
const int pin_IR = D4; #define MAX_SIGNALS 100 // Максимум 100 изменений сигнала в посылке // Variables updated inside an ISR must be marked as volatile volatile bool pinStateChanged = false; volatile int latestPinState = LOW; volatile unsigned long timestamps[MAX_SIGNALS]; volatile int signal_count = 0; volatile unsigned long last_time = 0; volatile bool data_ready = false; volatile int old_data = HIGH; void pinISR() { //void IRAM_ATTR handlePinChange() { int new_data = digitalRead(pin_IR); new_data += digitalRead(pin_IR); new_data += digitalRead(pin_IR); new_data += digitalRead(pin_IR); new_data += digitalRead(pin_IR); new_data += digitalRead(pin_IR); // new_data += digitalRead(pin_IR); // new_data += digitalRead(pin_IR); if (new_data < 3) {new_data=LOW;} else {new_data=HIGH;} if (old_data != new_data) { old_data = new_data; unsigned long now = micros(); if (data_ready) return; // Если старая посылка еще не выведена, игнорируем новые if (signal_count < MAX_SIGNALS) { // Считаем длительность текущего состояния (высокого или низкого) timestamps[signal_count] = now - last_time; signal_count++; } last_time = now; } } void setup() { Serial.begin(115200); pinMode(pin_IR, INPUT); // Привязываем прерывание на ЛЮБОЕ изменение уровня (CHANGE) attachInterrupt(digitalPinToInterrupt(pin_IR), pinISR, CHANGE); last_time = micros(); } void loop() { // Если прерывания прекратились более чем на 800 мс (800000 мкс) — посылка завершена if (signal_count > 0 && (micros() - last_time > 800000)) { detachInterrupt(digitalPinToInterrupt(pin_IR)); // Временно отключаем // Serial.println("\n--- Новая посылка ---"); // Serial.print("Количество изменений: "); Serial.println(signal_count); // Serial.println("Тайминги импульсов/пауз (в микросекундах):"); Serial.println("=="); // Выводим массив. Первое значение игнорируем (это время ожидания до нажатия) for (int k = 1; k < signal_count; k++) { Serial.print(timestamps[k]); if (k < signal_count - 1) Serial.print(", "); } Serial.println(); // Сброс для следующего приема signal_count = 0; last_time = micros(); attachInterrupt(digitalPinToInterrupt(pin_IR), pinISR, CHANGE); } }
Лог с RP2040 сразу подтвердил диагноз в цифрах:
623;35;129;3151;69;138;13;194;13;195;68;139;68;19231;13;20970;13;600;66;600;11;195;68;139;69;138;69;139;12;195;69 Reset;;;Pause;0;;1;;1;;0;;0;;1;;1;;0;;1;;0;;0;;0;;1;;0
На временной шкале четко видно: после Reset (623 мкс) и Presence (129 мкс) автомат ждал «расслабленного» такта (пауза 3151 мкс), а затем выдавал ровно 7 импульсов вместо 8.
Разгадка: коварство буферизации OCR0A
Когда я проектировал автомат под режим таймера Fast PWM, я исходил из классического правила AVR: регистр сравнения OCR0A имеет двойную буферизацию, и новое значение применяется только в следующем такте после переполнения TCNT0. Поэтому я специально развел код директивой .if SIMULATION == 1: для симулятора (где буферизации нет) значение писалось в текущий такт, а для реального чипа — со сдвигом на один такт вперед.
Оказалось, что я перемудрил. В реальной ATtiny13 при работе таймера в Fast PWM нет буферизации OCR0A, как на мой взгляд. Скорее, это можно назвать «защитой повторного срабатывания компаратора». Т.е. если в текущем такте таймера событие срабатывание компаратора уже наступило (не важно обрабатывалось оно прерыванием или нет), то изменение OCR0A будет применено сразу, но компаратор в этом такте уже более не сработает. А вот если в текущем такте таймера срабатывания компаратора еще не было, то изменение OCR0A будет применено сразу же. Т.к. в программе значение OCR0A устанавливалось, наверняка, больше чем счетчик цикла TNT0, то оно применялось на этом же такте и затирало информацию о первом бите.
Фикс
Решение оказалось до смешного простым: я залил в реальный микроконтроллер ветку кода, написанную для симулятора (убрав искусственный сдвиг конвейера). Вся пачка из 8 бит для каждой команды тут же встала на место, датчик DS18B20 ответил, и температурная калибровка RC-генератора заработала в «железе» так же стабильно, как в симуляторе.
Мораль простая: иногда лучшая оптимизация — это удалить костыль, который ты написал, пытаясь перехитрить железо.
