Статья Эрика Бэнгмана, управляющего редактора журнала Ars Technica

Я уже замечал его краем глаза, когда ходил мимо него на уроки геометрии, но теперь мне предстояло впервые зайти в школьный компьютерный класс.

Это был сентябрь 1980 года и мой первый год в средней школе Гейтвей пошёл кувырком, ещё когда не успела закончиться первая неделя первого семестра. Я записался на уроки русского языка, на которые нужно было ездить на автобусе в соседнюю школу в Авроре, Колорадо. Моё радостное предвкушение начала изучения языка противника на пике Холодной войны серьёзно увяло, когда на первый урок заявилось только четыре ученика. Такая низкая посещаемость привела к тому, что уроки русского отменили через несколько дней, и мне пришлось пересматривать свой график. Я заменил русский латынью, что отменило необходимость ежедневных поездок на автобусе, а также открыло в моём графике ещё одно свободное место для введения в программирование компьютеров.

Мои дети с трудом это понимают, но в 1980-м году единственными компьютерами, с которыми я мог сталкиваться ежедневно, были калькуляторы или видеоигры. Конечно, в школе я мог периодически видеть мейнфрейм, однако сам я общался с компьютером либо при помощи клона игровой приставки Intellivision под брендом Sears, либо в местном зале игровых автоматов.

Компьютеры в лаборатории Гейтвея не были похожи ни на что из того, что я видел ранее. Это были синие металлические коробки с чёрными клавиатурами и 9" чёрно-белыми телевизорами сверху. Несколько из них были подсоединены к телетайпу. Рядом с ними были прикованы к партам дешёвые кассетные проигрыватели. Большие квадратные буквы сообщали нам, что это были компьютеры Ohio Scientific Challenger 2P.

По цене в $495 Challenger 2P мог похвастаться невероятным объёмом оперативной памяти в 4 КБ, текстовым дисплеем 32х32 символа и поддержкой Microsoft BASIC. Всё это работало на процессоре MOS Technology 6502 с тактовой частотой в 1 МГц. Даже по тем стандартам такие спецификации были далеко не самыми мощными. Компьютер Apple ][+ вышел в том же 1979 году, что и 2P, однако предлагал 16 КБ оперативки и 16 цветов для дисплея 40х48 символов. Однако мне это не мешало, поскольку я получил доступ к компьютеру. И я мог делать всё, что захочу.

Использование одного из компьютеров Challenger 2P в средней школе Гейтвей в 1980

Мы начали обучение с простых программ на BASIC:

10 A=1
20 B=10
30 A=A+1
40 C=A*B
50 IF A>10 THEN GOTO 80
60 ?A" X "B" = "C
70 GOTO 30
80 END

Потом перешли на циклы FOR/NEXT:

10 B=10
20 FOR A=1 TO 10
30 C=A*B
40 ?A" X "B" = "C
50 NEXT A

Скучно? Возможно. Но однажды я забрёл в компьютерный класс во время обеда и увидел, как старшеклассник играет в нечто вроде игры. Что-то, похожее на "Энтерпрайз" перемещалось по экрану телевизора посредством нажатий на клавиатуре в попытках увернуться от кучи звёздочек (*). Игра была примитивной даже по сравнению с Atari 2600 моего соседа, но этот ученик написал её самостоятельно.

Игра на 9" чёрно-белом телевизоре использовала килобайт памяти. Дисплей 32х32 работал с 1024 символами, но показывались только 576 из них (остальные были зарезервированы в охранном буфере). Можно было выводить данные непосредственно на дисплей, проверять, занято ли определённое место экрана определённым символом, и двигать символы по дисплею при помощи клавиатуры. И это меня сразу же и навсегда затянуло.

На Challenger 2P кроме ASCII символов были и графические

Моё свободное время в школе начало уходить на смешивание вселенных «Звёздных войн» и «Звёздного пути» посредством написания игры для двоих игроков, где «Энтерпрайз» сражался с TIE Fighter (который был обозначен символами стрелки влево и стрелки вправо). Если выстрел из фазера (дефис) Энтерпрайза попадал в цель, TIE fighter взрывался – ну, не совсем взрывался, он превращался в пару звёздочек.

Отрывок из игры Tank For Two для Challenger 2P даёт представление о том, как выглядел мой код:

390 POKE P1,TA(T1)
400 FOR X=1TO3:IF F1=0 THEN 460
410 IF B1<>P1 THEN POKE B1,32
420 P=PEEK(B1+M1):IF P=161 THEN F1=0:GOTO 460
430 B1=B1+M1:POKE B1,BD(T1)
440 IF P=TA(T2)THEN F1=0:B1=P1:S1=S1+1:GOTO 460
450 IF B1C2 THEN F1=0
460 IF F2=0 THEN 520

Команда POKE использовалась для вывода определённого символа на экран; переменная слева от запятой обозначала место в памяти, а справа – символ, который нужно вывести. PEEK использовалась для считывания содержимого точки в памяти, и определяла, попал ли выстрел лазера TIE fighter в Энтерпрайз. В 1980 году для ученика средней школы это было головокружительно.

Учитывая то, кем я работаю сегодня, неудивительно, что я всё время проводил в компьютерном классе. Я начал покупать и подписываться на компьютерные журналы, вручную вводил текстовые игры вроде Hunt the Wumpus и сохранял их в постепенно выраставшей библиотеке кассет. Если я забывал принести с собой кассету, всегда оставался вариант распечатать программу на телетайпе в виде последовательности из выпуклых точек. Загрузка с катушек не всегда работала хорошо, поэтому я на всякий случай печатал на громко работающем телетайпе мой оригинальный код.

На рождественских каникулах мне даже разрешили взять один компьютер с его ч/б телевизором домой. К сожалению, два дня с компьютером я потерял из-за сгоревшего предохранителя на 2P – да, настоящего стеклянного предохранителя в виде трубочки.

Мне ужасно хотелось иметь свой собственный Challenger. Хотя в магазине электроники в Aurora Mall продавали Atari 400, а в Radio Shack — TRS-80, я всегда шёл строго в магазин JCPenney, и потом в его отдел электроники. И там, во всей своей цветной красе, стоял Challenger 4P за $600. Но, несмотря на все мои попытки, на мою мать не произвели впечатления возможности персонального компьютера, применимые в быту, и все мои мольбы остались без ответа. Только в следующем году я смог купить свой первый компьютер, Timex Sinclair ZX80 в виде набора для самостоятельной сборки, который мне не довелось использовать из-за неудачной пайки.

Я в верхнем ряду справа

На второй год моего обучения компьютеры Ohio Scientific уже исчезли, уступив место компьютерам Apple ][ и Apple ][+ с дисководами 5-1/2" и монохромными зелёными мониторами. И хотя я расстроился из-за отсутствия знакомых синих коробок, я быстро понял, что компьютеры Apple были куда как мощнее.

Тридцать лет спустя Ohio Scientific существует только в памяти. За Challenger 2P последовал выход цветной версии 4P, а потом версии 8P, после которой компанию купили в 1981 году, и отменили линейку ПК. К сожалению, мои навыки программирования также остались в памяти, однако опыт не пропал даром. Если бы больше детей в Колорадо захотели научиться говорить по-русски, моя жизнь могла бы стать совсем другой. Но у меня была возможность взрастить любовь к компьютерам, которые я смог не только использовать, но и играть с ними, создавать что-то на их основе и в итоге контролировать их.

Ohio Challenger 2P и его 4 КБ оперативной памяти