Теория гиперсмыслов

    image

    Гиперсмысл — это «смысл, упакованный в архив». Скрытый в тех или иных символьных конструкциях так, чтобы выполнялось правило: чем больше всматриваешься, тем больше видишь. Для чего это нужно?

    Во-первых, для того же, для чего нужны любые иные плотные упаковки, архивы и т.п. решения. Чтобы «говоря мало, сказать много». То есть, «сэкономить место» и «добиться своего не массой а концентрацией». Во-вторых, в маркетинговых целях — чтобы заставить пользователя «залипнуть»: чем больше времени он потратит на изучение Вашего предложения, тем (при прочих равных условиях) с большей вероятностью он его примет. Конечно, это работает до определённого предела (и с рядом оговорок), но у тех, кто за этот предел выходит, проблемы уже другого плана, с гиперсмыслами, как правило, не связанные.

    Гиперсмыслы не явялются изобретением нашего времени — собственно, почти любой сложный смысл можно рассматривать как гиперсмысл. «Красота в глазах смотрящего» Оскард Уальд. Известна также классическая история про студента, профессора и заспиртованную рыбу

    (длинная, здесь приведена с небольшим сокращением)
    Более 15 лет тому назад я поступил в университет на факультет естествознания. В первый же день я зашел в лабораторию профессора. Он задал мне несколько вопросов о цели моего поступления, ожиданиях, и о том, где я думал применять знания, которые получу в университете. Меня интересовала зоология, особенно жизнь насекомых, о чем я и сказал профессору. «Когда Вы желаете начать?» — спросил профессор. «Прямо сейчас»,— с энтузиазмом воскликнул я. Кажется, мой этот ответ ему понравился, потому что, энергично произнеся «очень хорошо», профессор тут же достал с полки большой сосуд с заспиртованной рыбой в желтоватой жидкости. «Возьмите эту рыбу, — сказал он, — и внимательно ее осмотрите. Она называется хемулон. Через некоторое время посмотрим, что Вы в ней увидели». С этими словам он вышел, но через минуту вернулся с подробными инструкциямио том, как обращаться с доверенным мне предметом. «Настоящим натуралистом может быть только тот, — произнес он, — кто знает, как обращаться с предметами исследования».

    В тот первый день я внимательно осмотрел рыбу за 10 минут и отправился на поиски профессора, который, как оказалось, уже покинул музей. Я побродил среди странных животных, хранящихся на верхнем этаже, и вернулся к своей рыбе, которая к тому времени уже совершенно высохла. Я плеснул на нее побольше жидкости, словно пытаясь вывести ее из обморока, и с волнением наблюдал как она начала приобретать свой прежний блестящий вид. Небольшое волнение отступило и мне ничего не оставалось, как вернуться к наблюдению за моим безмолвным компаньоном. Прошло полчаса, час, еще час. Рыба стала мне ненавистной. Я повернул ее несколько раз, заглянул ей в глаза, осмотрел ее живот, бока, хвост. Я был в отчаянии; и хотя время обеда еще не настало, я решил, что я голоден, и с чувством облегчения поместил рыбу обратно в сосуд. На час я был свободен.

    Когда я вернулся, мне сказали, что профессор был в музее, но уже ушел и вернется только через несколько часов. Друзья мои были слишком заняты, чтобы поболтать со мной. И я вынужден был вернуться к своей «дражайшей» рыбе. С чувством обреченности я уставился на нее вновь. В комнате не было никаких приборов, даже увеличительного стекла. Мои руки, мои глаза и рыба—я был ограничен только этим. Своим пальцем я попробовал остроту рыбьих зубов, начал считать их и поймал себя на мысли, что занимаюсь ерундой. Наконец, мне в голову пришла интересная мысль нарисовать рыбу. В процессе рисования я с удивлением начал замечать новые детали. За этим занятием меня и застал профессор.

    «Правильно, — сказал он, — карандаш — один из лучших глаз. Рад видеть также, что Вы сохраняете наблюдаемый объект влажным и бутыль закупоренным». После этих слов одобрения он добавил: «Ну как?» Профессор внимательно выслушал мой отчет о частях рыбы, названия которых мне были еще неизвестны: безвекие глаза, латеральная линия, позвоночный плавник, вилкообразный хвост, компрессорная форма. Когда я закончил, он помолчал, как будто ожидал большего, и затем со вздохом разочарования сказал: «Вы были не очень внимательны. Вы не заметили одну из самых отличительных черт объекта, который находиться перед самым вашим носом. Смотрите еще. Смотрите еще!» И он оставил меня в полном замешательстве.

    Я был подавлен, уничтожен. В этой противной рыбе было еще что-то, чего я не заметил. И я принялся за задание с твердым намерением увидеть все. Через время я обнаружил еще несколько особенностей. Критика профессора была справедливой. Вторая половина дня прошла незаметно. В конце дня появился профессор и спросил: «Увидели уже?» «Нет, — ответил я, — еще нет, но понял, как мало я видел раньше». «Это почти самое важное, — серьезно сказал профессор, — сегодня я Вас слушать не буду. Отложите рыбу и идите домой. Может быть, утром Вы сможете дать ответ получше. Я спрошу Вас до того, как Вы продолжите свои наблюдения за рыбой». Эта идея мне не очень понравилась. Это значило, что я не только должен был думать об этой рыбе всю ночь, размышляя над тем, что же это за явная отличительная особенность, но и кроме того, наутро, не освежая в памяти моих наблюдений я должен был дать о них полный отчет. А хорошей памятью я не отличался. Поэтому я брел домой в большом расстройстве.

    Сердечное приветствие профессора на следующее утро было немного утешающим. Казалось, он очень хотел, чтобы я увидел то, что видел в той рыбе он. «Может быть, Вы имели в виду то, — спросил я, — что рыба имеет симметричное строение с парными органами?» Его воодушевленное «Точно!» было наградой за бессонные часы прошлой ночи. После того, как он с энтузиазмом рассказал мне о важности этого факта, я осмелился спросить, что я должен был делать дальше. «Ну, конечно, рассматривать рыбу», — сказал он и оставил меня один на один с моим объектом изучения. Через час он вернулся, чтобы выслушать мой новый каталог. «Хорошо, очень хорошо, — повторил он, — но это еще не все. Продолжайте наблюдение». И так на протяжении трех долгих дней он ставил передо мной рыбу, запрещая смотреть на что-либо еще или использовать какие бы ни было инструменты.

    На четвертый день моего первого исследования рядом с первой рыбой профессор поместил вторую рыбу той же группы. И мне было дано задание указать на сходства и различия между ними; затем к ним прибавилась еще одна и еще одна, пока все семейство не лежало передо мной, и целый легион челюстей не заполнил стол и окружающие полки. Вонь превратилась в приятный запах и даже сейчас вид старых 15-сантиметровых, наполовину сьеденых пробок вызывает приятные воспоминания.

    Таким образом, я изучил все семейство хемулонов, их внутренние органы и строение костей. И во всем, даже в описании частей я помнил, что в методе наблюдения фактов, который я использовал, самое главное было не останавливаться на достигнутом и увиденном, но наблюдать еще и еще. «Факты очень нужны для того, — говаривал профессор, — чтобы вывести обобщающий закон». Восемь месяцев спустя я неохотно оставил этих друзей и начал работать с насекомыми. Но опыт, который я приобрел, был для меня более ценен, чем годы дальнейших исследований в моих любимых группах.

    Кроме того, есть мнение, что некоторые древние тексты писались именно так, с применением гиперсмыслов, которые были своеобразной разновидностью шифрования, защищающего знания от непосвящённых: символы несли как фонетическую нагрузку, так и иероглифическую. Первая была доступна всем, вторая — только избранным. Но, возможно, это всего лишь легенда.

    «Пасхальные яйца» в играх и софте, палиндромы, акростихи, некоторые мнемотехнические приёмы, афоризмы типа «чтобы понять рекурсию, надо сначала понять рекурсию» или «одна из двух самых раздражающих вещей, это недосказанность» — это всё примеры гиперсмыслов. Часто они используются в роли простых головоломок или развлечений для младшеклассников, но этим их значение не исчерпывается. Более того, сейчас гиперсмыслы переживают очередной ренессанс — современного пользователя «зацепить» стало сложно, он торопится, нелюбопытен и при малейшем неудобстве уходит. И ещё он очень не любит совершать действия, к которым его вынуждают — даже если это всего лишь прокрутка страницы. Поэтому обычные «цепляющие» заголовки вместе с информативными подзаголовками работают всё хуже. Грамотное структурирование информации, конечно, актуальности не потеряло — и вряд ли когда-нибудь потеряет — но его одного уже мало. Так делают все и этого уже недостаточно. Поэтому гиперсмыслы применяются всё чаще. Собственно, гиперсмысл — это тоже структурирование информации, только не «по горизонтали», а «по вертикали», «слоями». Если «слои» «снимаются», открываются легко — внимание и понимание «плывут вглубь сами собой». Чего и требовалось достигнуть.

    Да Вы и сами наверняка видели нечто подобное — например, мелкие бледные кнопки на странице сайта. Казалось бы, зачем заставлять пользователя ломать глаза? Это ж прямой ущерб юзабилити. Но Вы же таки эти кнопки увидели и что на них написано — прочитали. А как бы смотрелась страничка, если бы всё было крупнее и контрастнее? Она, скорее всего, смотрелась бы перегруженной. И вызывала бы не столько желание её изучить, сколько желание с неё уйти. «Сложна, многабуков». Поэтому дизайнер сделал так — и (если не прегнул палку) поступил вполне разумно. В любом случае, Вы задержались на страничке на секунду-другую дольше, чем могли бы. Не так много, чтобы Вас разозлить — но достаточно, чтобы Яндекс.Метрика сайта это отметила. Ага-ага.

    image

    Хорошо сделанный гиперсмысл может заставить пользователя довольно долго пялиться на один экран без потери внимания или отрицательных эмоций — наоборот, ему будет интересно. А подготовленный таким образом — он и на кнопку нажмёт, и страничку прокрутит уже гораздо охотней. Что особенно ценно в применении к аудитории мобильных устройств. Но для достижения такого эффекта придётся, конечно, потрудиться.

    Благодаря своей «вертикальности», «направленности вглубь», «ортогональности другим методам» гиперсмыслы синергетично сочетаются с иными приёмами. Например, с анимацией, интерактивностью или озвучкой. Но могут быть и вредны — там, где нужна предельная понятность с первого взгляда, а любые двусмысленности и «задержки понимания» крайне нежелательны (уставы, важные инструкции, договора и т.д.). Гэндальф у ворот Мории долго пытался найти гиперсмысл там, где его не было — и это промедление едва не обошлось Хранителям Кольца очень дорого.

    image

    Тем не менее, есть основания считать, что будущее именно за гиперсмыслами — за приданием любой информации (в самом широком смысле этого слова) максимальной объёмности, максимального числа измерений. Чтобы всё смотрелось предельно просто, понятно и минималистично — но при этом охотно отзывалось на внимание, послушно раскрываясь, «распаковываясь» в ответ, содержательно расцвечиваясь новыми полезными смыслами.

    Главное не перестараться, конечно. А то ведь «запаковывать обратно» «распакованный» гиперсмысл пока что удаётся очень плохо. Даже в реализациях за счёт отслеживания камерой взгляда пользователя.
    Поделиться публикацией
    AdBlock похитил этот баннер, но баннеры не зубы — отрастут

    Подробнее
    Реклама

    Комментарии 17

      +2
      Чтобы всё смотрелось предельно просто, понятно и минималистично — но при этом охотно отзывалось на внимание, послушно раскрываясь, «распаковываясь» в ответ, содержательно расцвечиваясь новыми полезными смыслами.

      https://www.artlebedev.ru/posters/


      А как бы смотрелась страничка, если бы всё было крупнее и контрастнее? Она, скорее всего, смотрелась бы перегруженной. И вызывала бы не столько желание её изучить, сколько желание с неё уйти.

      Так же как 90% современных сайтов с огромными надписями, большими отступами и длинным скроллом

        +1
        www.artlebedev.ru/posters
        Да. Только это простые примеры. «Второй смысл» подчёркивает, усиливает первый — иногда пародируя его или придавая ему немного иной оттенок. А третьего-четвёртого и т.д. слоёв почти нет. Впрочем, для такой, гм, формы этого и не требуется.
        Так же как 90% современных сайтов с огромными надписями, большими отступами и длинным скроллом
        По всякому бывает. Но всерьёз заморачивается мало кто, это да. Что, естественно, не только сайтов касается.
          0
          Тем не менее, есть основания считать, что будущее именно за гиперсмыслами

          Людям уже обычный текст читать лень, а вы предлагаете ребусы решать. Смешно же.

            0
            Когда Вы смотрите на последнюю картинку в посте — разве Вы решаете ребус? Или это за Вас делают Ваши глаза и мозг? Да, гиперсмысл может быть оформлен в виде ребуса, задачи которую нужно решить, может требовать каких-то усилий для своей «распаковки» — но это крайний, тривиальный случай. Цель гиперсмысла в плавной передаче значительного объёма информации как раз без перегрузки канала и обработчика, если хотите. Постепенное, но быстрое и восторженное понимание, а не «хм, что бы это значило?!..»
              0
              Когда Вы смотрите на последнюю картинку в посте — разве Вы решаете ребус?

              А там и нету никаких двойных смыслов, вот и не решаю.

                0
                Что Вы увидели при первом взгляде на неё? А что прочитали на картинке выше?
                  0
                  Что Вы увидели при первом взгляде на неё?

                  Двух мужиков, которые картинки читают. А то, что нарисованы так, чтобы быть похожими на череп — никакого смысла не привносит.


                  А что прочитали на картинке выше?

                  "мы же на ты". А что там еще?

                    0
                    А то, что нарисованы так, чтобы быть похожими на череп — никакого смысла не привносит.
                    Ну это для кого как. Видимо, у авторов (и тех, ДЛЯ КОГО это делалось) было иное мнение на этот счёт:
                    voffka.com/archives/2006/09/27/030209.html
                    «мы же на ты». А что там еще?
                    Зайдите на сайт-источник изображения, посмотрите.
                      +1
                      Видимо, у авторов (и тех, ДЛЯ КОГО это делалось) было иное мнение на этот счёт:

                      С чего вы взяли?


                      Зайдите на сайт-источник изображения, посмотрите.

                      Я не знаю сайта-источника.
                      Ну и вообще, если для расшифровки ребуса требуется на сайт-источник заходить — то это явно провал.

                        0
                        С чего вы взяли?
                        Потому что таких гравюр много.

                        myzhenaty.ru — игра слов, вполне понятная типовым клиентам салона цветов:
                        МЫ ЖЕ НА ТЫ
                        МЫ ЖЕНАТЫ

                          0
                          Потому что таких гравюр много.

                          Ну ок. А как отсюда следует что череп с точки зрения авторов или тех для кого гравюра писалась добавляет какой-то смысл? И какой именно этот смысл?


                          игра слов, вполне понятная типовым клиентам салона цветов:

                          Ну ок. И какой смысл добавляется от "мы женаты"?

                            0
                            Это не гиперсмысл, это просто игра слогов.
                              0
                              Два смысла в одной символьной группе — гиперсмысл. Другое дело, что если подобные смыслы не образуют единой конструкции, не развивают и не дополняют друг друга, толку во всём этом немного (если он вообще есть). Но в данном-то примере связь между ними как раз прослеживается.
              +5

              СПГС
              статья про гипер смыслы

                0
                «Трудно найти чёрную кошку в тёмной комнате, особенно если её там нет» © Конфуций
                См. также упоминание в статье о Гендальфе у ворот Мории.

                Смысл гиперсмысла (уж простите за невольную тавтологию) совсем не в том, чтобы напрячь Вас поиском существующего или несуществующего решения некой реальной или надуманной задачи. А в том, чтобы Вы САМИ, легко и быстро обнаружили что-то неожиданное, но при этом интересное и даже приятное (приятное хотя бы уже тем, что Вы таки это разглядели, смогли).
                0
                Из книжек по НЛП: «suggestio (лат.) — внушение или намек.
                вербальная суггестия — речевое воздействие с целью корректировать установку объекта, подавая информацию в обход его критической оценки.»
                В данном случае оценке подвергается подача информации, а в это время смысл создает нужную установку, притворяясь собственным «озарением» читающего.
                  0
                  У меня была мысль выделить некоторые слова в тексте статьи жирным шрифтом, чтобы прочитанные подряд они образовывали некое утверждение или вопрос — всё по классике НЛП. Но это уже отдельная тема — смыслы, воспринимаемые на уровне подсознания, а не сознания.

                Только полноправные пользователи могут оставлять комментарии. Войдите, пожалуйста.

                Самое читаемое