Перспективно ли начинать идти в MEV на EVM‑based реестрах в конце 2026 года?

MEV — это дополнительная прибыль, которую можно извлекать из распределённого реестра переставляя, включая или исключая транзакции в блоках (про данное явление уже были хорошие статьи на Хабре, с которыми я рекомендую ознакомиться: раз, два, три и четыре). Ключевым критерием для извлечения MEV является наличие возможности влиять на порядок транзакций в блоке и сам список транзакций, что доступно не в каждом блокчейне и не каждому участнику. В целом золотой век MEV по cost‑to‑value прошёл после внедрения EIP-1559 ещё в августе 2021 года и с тех пор проблема MEV отошла на второй план и после этого на какое‑то время MEV индустрия стабилизовалась, однако сейчас входить в неё на мой взгляд не очень перспективно по следующим причинам:

1. Активация обновления Glamsterdam в Ethereum во второй половине 2026 года. В ходе обновления предполагается в том числе переход на ePBS, который фактически уничтожит основную ценность приватных релеев типа Flashbots, уровняв рыночных игроков и прикрыв самый главный инструмент для MEV‑атак. Это не уничтожит окончательно MEV‑индустрию, но ожидается, что крайне сильно её сократит из‑за сжатия MEV‑рынка;

2. В ближайшие несколько лет планируется переход Ethereum на постквантовую криптографию путём миграции архитектуры с EVM на RISK‑V и использование квантовоустойчивых примитивов zk‑STARKs (I, II, III) для генерации минимизированных доказательств валидности транзакций вместо их обычного исполнения в открытом виде. Это обновление приведёт к тому, что в целом больше не будет одного какого‑то билдера блока, который сможет изучить все транзакции, переставить их местами, включая или исключая что‑то таким образом, как это происходит сейчас. В итоге ключевой критерий возможности MEV перестанет быть валидным и состояние MEV‑индустрии в Ethereum‑экосистеме устремиться к таковому в экосистеме ZCash (фактически индустрия перестанет существовать);

3. Уже сейчас большая часть транзакций в сети идёт через MEV‑защищённый RPC. Например, Metamask все транзакции отправляет по умолчанию через приватный мемпул и извлечь MEV из них невозможно.

Если эти три пункта не смутили и видится возможность каких‑то настолько прибыльных MEV‑операций, что их проведение за оставшиеся полтора года отобьёт издержки на подготовку, то стоит учесть ещё несколько пунктов:

• Традиционно в MEV‑индустрии существует что‑то типа копитрейдинга и одни игроки начинают копировать успешные операции других. Это приводит к конкурированию за включение в блок и в итоге большую часть прибыли от MEV получают валидаторы и остальные инфраструктурные игроки, в то время как проводящим MEV‑операции часто почти ничего не достаётся;

• MEV‑инфраструктура не унифицирована между блокчейнами из‑за чего не получается масштабировать MEV‑операции без издержек на новые реестры. Так если у вас есть бот, торгующий на Uniswap на Ethereum, то вы без проблем можете масштабировать такую торговлю на все сети, где развёрнут Uniswap и получить за счёт масштабирования сверхприбыль. Если у вас есть MEV‑бот для сендвич‑атак на Ethereum, то вы не сможете его просто так портировать на Sonic или Arbitrum, например, потому как там уже совершенно другая инфраструктура для MEV;

• MEV‑операции нелегальны во многих юрисдикциях. Так что успешная сендвич‑атака сегодня может привести у риску уголовного преследования для компании‑организатора и её сотрудников уже завтра (это справедливо для юрисдикций США и ЕС). Да, какие‑то MEV практики при наличии хорошего адвоката суд может счесть законными, но тогда издержки на юридический консалтинг и суды стоит учитывать при принятии решения идти в MEV.

При этом речь выше идёт только о EVM‑based криптосетях и не затрагивает, например, Solana, где ситуация выглядит сильно иначе и речь только про начало деятельности, а не продолжение. Что хабр думает на эту тему? Согласны с тезисами или видите что‑то некорректное и наоборот планируете начинать заниматься MEV‑практиками сами или в вашем фонде в ближайшее время?