Зачем нужно уточнять, что именно капиталистической экономики? Есть какая-то другая экономика, которая справляется лучше?
В принципе есть. Сейчас нет. Уточнять нужно, чтобы было понятно, что проблема не в абстрактной экономике, а в конкретных экономических отношениях, которые уже сегодня не соответствуют уровню технологического развития человечества. Вся планета Земля трудится воедино, как один живой организм, а результаты труда распределяются в частном порядке. Результаты человеческого труда должны быть общественным достоянием, а не частным. Такие отношения складываются только при капитализме. За этим и уточнение.
Пруф.
Давайте разберемся.
Если капитал возрастает, то возрастает масса наемного труда, растет число наемных рабочих, словом, господство капитала распространяется на большее число людей. Предположим наиболее благоприятный случай: с возрастанием производительного капитала растет спрос на труд, следовательно повышается цена труда, заработная плата.
Как бы ни был мал какой-нибудь дом, но, пока окружающие его дома точно так же малы,
он удовлетворяет всем предъявляемым к жилищу общественным требованиям. Но если рядом с маленьким домиком вырастает дворец, то домик съеживается до размеров жалкой хижины. Теперь малые размеры домика свидетельствуют о том, что его обладатель совершенно нетребователен или весьма скромен в своих требованиях; и как бы ни увеличивались размеры домика с прогрессом цивилизации, но если соседний дворец увеличивается в одинаковой или еще в большей степени, обитатель сравнительно маленького домика будет чувствовать себя в своих четырех стенах все более неуютно, все более неудовлетворенно, все более приниженно.
Сколько-нибудь заметное увеличение заработной платы предполагает быстрый рост производительного капитала. Быстрый рост производительного капитала вызывает столь же быстрое возрастание богатства, роскоши, общественных потребностей и общественных наслаждений. Таким образом, хотя доступные рабочему наслаждения возросли, однако то общественное удовлетворение, которое они доставляют, уменьшилось по сравнению с увеличившимися наслаждениями капиталиста, которые рабочему недоступны, и вообще по сравнению с уровнем развития общества. Наши потребности и наслаждения порождаются обществом; поэтому мы прилагаем к ним общественную мерку, а не измеряем их предметами, служащими для их удовлетворения. Так как наши потребности и наслаждения носят общественный характер, они относительны.
<...>
Таким образом, если при быстром росте капитала и увеличивается доход рабочего, то одновременно увеличивается и общественная пропасть, отделяющая рабочего от капиталиста, а вместе с тем увеличивается и власть капитала над трудом, зависимость труда от капитала.
<...>
Материальное положение рабочего улучшилось, но за счет его общественного положения. Общественная пропасть, отделяющая его от капиталиста, расширилась.
— Таким образом, в то время как потребление рабочего растет — у его начальника потребление растет еще быстрее. Отрыв между ними лишь увеличивается. Единственное, что способствует сокращению этого отрыва — это обесценивание капитала в следствие боевых действий, т.е. войны. Именно так и было в первую и вторую мировую войну.
А вообще вот последние 50 лет «стабильности»:
Но это так, слабенький пример, честно говоря. Тут можно целую научную работу писать. Т.к. современные экономисты любят записывать в трудовые доходы всяких топ-менеджеров с зарплатами по несколько десятков миллионов. Т.е. статистика искажена в пользу сглаживания неравенства.
Неверие в успехи технического прогресса = отражение неспособности современной капиталистической экономики справиться с производительными силами, которые сама и породила. И тут речь скорее не о том, что придут злые терминаторы и поработят планету, а о том, что развитие достигнет такой точки, что отпадет всякая нужда в частных собственниках на средства производства — предприниматели, государства, бизнесмены и т.п. Т.е. производители боятся, что технологии перерастут владельцев, тем самым выбросят их на свалку прошлого, как это уже произошло с такими социальными явлениями как рабство и феодализм. Технофобия — это страх погибающей экономики. Страх тех, кто потеряет собственность и работу.
Оптимизм по поводу технического прогресса = фетишизация техники, придурошная вера в то, что машина решит проблемы общества. Роботы решают проблемы производства, но не решают проблемы неравномерного распределение и потребления произведенного. Сами по себе гаджеты не решают никаких общественных проблем. Но они стимулируют общество пересматривать свои ценности, есть такое. Но давайте не будем забывать, что не смотря на все технологическое развитие, а особенно промышленную революцию последних 150 лет люди во всем мире не стали меньше работать, а % потребления относительно произеденного лишь снижается с годами.
То что нам стали доступны машины, одежды и жилье не значит, что мы стали богаче. Т.к. богатство это относительное понятие и с годами ситуация только ухудшается. Хотя абсолютное потребление растет, но это не вообще не важно. Т.к. удовлетворив самые базовые физиологические потребности наши потребности перестают быть абсолютными и становятся относительными. Относительно общества.
В принципе есть. Сейчас нет. Уточнять нужно, чтобы было понятно, что проблема не в абстрактной экономике, а в конкретных экономических отношениях, которые уже сегодня не соответствуют уровню технологического развития человечества. Вся планета Земля трудится воедино, как один живой организм, а результаты труда распределяются в частном порядке. Результаты человеческого труда должны быть общественным достоянием, а не частным. Такие отношения складываются только при капитализме. За этим и уточнение.
Давайте разберемся.
Если капитал возрастает, то возрастает масса наемного труда, растет число наемных рабочих, словом, господство капитала распространяется на большее число людей. Предположим наиболее благоприятный случай: с возрастанием производительного капитала растет спрос на труд, следовательно повышается цена труда, заработная плата.
Как бы ни был мал какой-нибудь дом, но, пока окружающие его дома точно так же малы,
он удовлетворяет всем предъявляемым к жилищу общественным требованиям. Но если рядом с маленьким домиком вырастает дворец, то домик съеживается до размеров жалкой хижины. Теперь малые размеры домика свидетельствуют о том, что его обладатель совершенно нетребователен или весьма скромен в своих требованиях; и как бы ни увеличивались размеры домика с прогрессом цивилизации, но если соседний дворец увеличивается в одинаковой или еще в большей степени, обитатель сравнительно маленького домика будет чувствовать себя в своих четырех стенах все более неуютно, все более неудовлетворенно, все более приниженно.
Сколько-нибудь заметное увеличение заработной платы предполагает быстрый рост производительного капитала. Быстрый рост производительного капитала вызывает столь же быстрое возрастание богатства, роскоши, общественных потребностей и общественных наслаждений. Таким образом, хотя доступные рабочему наслаждения возросли, однако то общественное удовлетворение, которое они доставляют, уменьшилось по сравнению с увеличившимися наслаждениями капиталиста, которые рабочему недоступны, и вообще по сравнению с уровнем развития общества. Наши потребности и наслаждения порождаются обществом; поэтому мы прилагаем к ним общественную мерку, а не измеряем их предметами, служащими для их удовлетворения. Так как наши потребности и наслаждения носят общественный характер, они относительны.
<...>
Таким образом, если при быстром росте капитала и увеличивается доход рабочего, то одновременно увеличивается и общественная пропасть, отделяющая рабочего от капиталиста, а вместе с тем увеличивается и власть капитала над трудом, зависимость труда от капитала.
<...>
Материальное положение рабочего улучшилось, но за счет его общественного положения. Общественная пропасть, отделяющая его от капиталиста, расширилась.
— Таким образом, в то время как потребление рабочего растет — у его начальника потребление растет еще быстрее. Отрыв между ними лишь увеличивается. Единственное, что способствует сокращению этого отрыва — это обесценивание капитала в следствие боевых действий, т.е. войны. Именно так и было в первую и вторую мировую войну.
А вообще вот последние 50 лет «стабильности»:
Но это так, слабенький пример, честно говоря. Тут можно целую научную работу писать. Т.к. современные экономисты любят записывать в трудовые доходы всяких топ-менеджеров с зарплатами по несколько десятков миллионов. Т.е. статистика искажена в пользу сглаживания неравенства.
Оптимизм по поводу технического прогресса = фетишизация техники, придурошная вера в то, что машина решит проблемы общества. Роботы решают проблемы производства, но не решают проблемы неравномерного распределение и потребления произведенного. Сами по себе гаджеты не решают никаких общественных проблем. Но они стимулируют общество пересматривать свои ценности, есть такое. Но давайте не будем забывать, что не смотря на все технологическое развитие, а особенно промышленную революцию последних 150 лет люди во всем мире не стали меньше работать, а % потребления относительно произеденного лишь снижается с годами.
То что нам стали доступны машины, одежды и жилье не значит, что мы стали богаче. Т.к. богатство это относительное понятие и с годами ситуация только ухудшается. Хотя абсолютное потребление растет, но это не вообще не важно. Т.к. удовлетворив самые базовые физиологические потребности наши потребности перестают быть абсолютными и становятся относительными. Относительно общества.