На дворе шел 2016 год и из каждого утюга кричали, что русские хакеры помогли Трампу избраться, а моя маленькая (очень) команда, была привлечена к безнадёжному проекту,... правда мы поняли об этом потом.

Маленькая предыстория - в тот момент большой канадский гигант SIP телефонии решил выпустить первый телефон под Андроидом, но, не просто выпустить под AOSP, а так, что бы все гугловые сервисы были доступны. Это требовало пройти полное тестирование по GTS (Google Test Suite). Проект разрабатывался израильской командой канадского вендора и командой нашей компании, которая имела давние связи с канадцами.

Приём сертификационных заявок, на прохождение GTS заканчивался в начале ноября, а летом, хитрая израильская команда, предложила нашему архитектору, поменяться задачками - баш-на-баш. Архитектор проведя поверхностный анализ, не нашёл подвоха и... согласился,... как потом оказалось - зря, стоило анализ провести получше.

Первый "подход к снаряду" был ещё летом, но, что-то пошло не так, интеграция не задалась, и... задачу отложили на потом. Когда же на дворе стоял конец сентября, о ней вспомнили,... и вот тут - всех накрыло... и не зря - нужно было интегрировать WideVine...

Тогда подключили мою "команду спасателей" - меня и моего разработчика (Вовка, ты крут).

Задача на словах звучала просто (как всегда):

Я математик по образованию, но, очень долго работаю в софте на разных должностях и в разных ролях. За долгую карьеру, накопилось множество интересных случаев, из которых каждый может сделать для себя разные выводы.

Однажды, тёплым, майским утром, ко мне пришёл PDM с предложением проекта, от которого невозможно было отказаться — афилированная компания, которой, обычно отдавали такие работы, была занята до конца года, а в начале лета, требовалось провести процедуру Performance Review в большом подразделении нашей компании.

Требования были выданы «на словах» и они были ОЧЕНЬ нереальными:

Однажды, в начале третьего лета нейронок, на меня вышел представитель одного красного нефтехимического концерна. До этого это, подразделение занималось цифровым двойником производств, но тут тема была интереснее — полидировать тему с машинным обучением для оптимизации Химко‑Технологических процессов (ХТП). Соблазн повтирать очки был очень велик, но, я не берусь за проекта, которые сам считаю нереализуемыми.

Имея в своём багаже диссер по рассчёту кинетики Последовательно‑Параллельных реакций и соответствующего аппарата на тонких плёнках, я понимал, что тема в лоб не решается, но, в то время, когда архитектуры нейронок рождались каждый день, как грибы после дождя, все считали: «достаточно иметь кучу данных, и тогда — всё можно решить!»

Мы спорили по телефону некоторое время, но, я не убедил своего собеседника в бесперспективности подхода «в лоб» — каждый остался при своём мнении.

У меня были текущие проекты и я, скоро, позабыл об этом разговоре примерно на год, когда у нас в городе проходил небольшой сборный митап, где интересующая меня компания, представляла кучу automotive решений, на базе целого BMW, но, был и небольшой доклад по теме выше. Я не удивился, когда узнал фамилию докладчика и мне было очень интересно, каков результат этой темы через год.

Моя чуйка меня не подвела, хотя, я, даже, не предвидел масштаб проблем, вкратце.