В прошлый раз мы рассказывали о первых советских наработках в области БЦВМ (бортовых цифровых вычислительных машин) для космической отрасли. А теперь обратим своё внимание на то, чем дело кончилось.

Пиком и, фактически, финалом советской космонавтики часто называют программу «Энергия» — «Буран». Оценки стоимости этого амбициозного проекта разнятся, но обычно называются цифры, превосходящие 14 миллиардов «тех» рублей. По нынешним ценам это триллионы «деревянных» — колоссальные затраты! Вполне возможно, что финал советского строя и государства в значительной степени был предрешён в т.ч. и подготовкой к единственному полёту «Бурана» 15 ноября 1988 года…

С развитием космонавтики перед конструкторами всё острее вставал вопрос — а при помощи чего управлять космическими «пегасами» будущих покорителей пространства-времени? Где взять подходящую ЭВМ, которая будет успешно действовать в стеснённых условия космического аппарата (КА)? Как защитить тонкую технику от перегрузок, возможного перегрева? В конце концов, сколько энергии потребуется потенциальной бортовой цифровой вычислительной машине (БЦВМ) и где эту энергию взять?

Вопросы, надо сказать, не праздные. Ибо имеющиеся на тот момент «наземные» ЭВМ как-то не особо вписывались в концепцию будущего бортового компьютера — компактного, надёжного и экономичного.

Тем не менее кое-что имелось-таки. Советские наука и техника в 50-е годы сумели внедрить в производство (пусть и мелкосерийное) целый спектр ЭВМ. И некоторые из них на момент своего появления оказались вполне, что называется, «на уровне». Например, в 1953-м было признано, что рабоче-крестьянская БЭСМ — наиболее быстродействующая ЭВМ в Европе. Постоянно велись работы по усовершенствованию и удешевлению этой машины без потери быстродействия. Уже на БЭСМ-2 был произведён расчёт траектории полёта на Луну.