Космонавтика

Однажды известного физика спросили: что по-вашему мнению является самым удивительным фактом в мироздании? Его ответ. То, что сияющие и сгорающие, взрывающиеся звезды, туманности, планеты и всё, всё остальное, не исключая и нас самих, создано из одного и того же материала, по одним и тем же фундаментальным законам. Я бы добавил к этому, что мы, являясь формой живой материи, думаем о ней, о том, как в ней все устроено и о многом чем-то еще. Не исключая при этом устройства и самого Homo sapiens (человека разумного). Не исключено, что где-то из таких же материалов возникла иная подобная нашей или непохожая на нашу форма жизни.

Эпик на несколько тысяч лет истории — от аквапанка бронзового века до времён, приближающихся к цивилизации третьего типа по Кардашёву. Технологический спидран во всей его красе. Но, как и в игровом прохождении, периодически находятся лучшие методы, так и некоторые технологии оказываются недостаточно хороши для нужной скорости истории.

Вот одна из них.

Для Марса и пояса Койпера одним из немногих традиционных вариантов остаётся пока еще ожидаемая термоядерная энергетика. Луна и Меркурий получают огромное количество солнечной энергии. На Венере потенциально можно использовать ветряки для плотной атмосферы. Марс в отношении энергетики заметно хуже. Солнечный свет слабее и страдает от пыли, а ветряк при разреженной атмосфере не эффективен.

Описанную здесь импульсную термоядерную схему я придумывал для энергоснабжения Цереры. Точных аналогичных схем электростанций при поверхностном поиске я не нашел, так что возможна новизна.

На рубеже 2020–2021 годов я только начинал работу на Хабре и присматривался к интересам аудитории. Поэтому среди первых статей, которые я опубликовал, был лонгрид «Марс и магнитосфера. Планета, которую можно отремонтировать», посвящённый терраформированию Марса. Несмотря на то, что тема терраформирования по сей день остаётся чисто гипотетической и выходит за рамки наших технологических возможностей, она является предметом серьёзных научных исследований и вызывает огромный интерес и оптимизм. Примечательно, что уважаемый @sacredtree более года назад написал на Хабре первую (из анонсированной серии) статью о терраформировании, он начал именно с Марса: «Мысленный эксперимент по терраформированию планет. Часть 1: Марс». Также эту тему многократно затрагивали другие хабровчане, например, уважаемый @densss2 (“Марс. Практическое пособие по терраформированию для домохозяек”), уважаемый @SLY_G («Почему на Марсе не получится ничего вырастить?*»). В своё время я написал на Хабре обобщающий материал о терраформировании и жизнепригодности скалистых планет, он называется «Укрощение кислорода и подводные камни терраформирования» (статья собрала 237 комментариев).

У меня складывается впечатление, что аудитория обожает рассуждать о терраформировании Марса, но лишь косвенно затрагивает не менее интересную тему — потенциальные возможности обживания Венеры. При существующем уровне технологий невозможно представить заселение венерианской поверхности или искусственное устранение излишков парниковых газов на Венере. Однако гораздо интереснее выглядят идеи о развёртывании постоянных поселений в облаках Венеры. Под катом поговорим об этом подробнее.

Космические полёты на энергии термоядерного синтеза давно сулят возможность стремительных путешествий по Солнечной системе: до Марса за недели, до Сатурна за месяцы, до Плутона за годы.

Десятилетиями эти возможности оставались чисто теоретическими, словно их взяли со страниц фантастического романа. Но теперь несколько компаний работают над созданием практически применимых термоядерных ракетных двигателей и уже достигли важных рубежей.

Британский стартап Pulsar Fusion надеется провести демонстрационный полёт в космос в 2027 году, а Принстонский университет и американская компания Helicity Space продолжают работу над собственными термоядерными двигателями.

Бездна космоса, холодный отблеск солнечных панелей, режущий глаз. Голубой огонёк Земли, не больше Юпитера на земном небе, затерялся в лучах слепящего Солнца где‑то за кормой, а впереди по курсу, в скошенном полусвете, сияют две крохотные точки, яркая и тусклая, словно далекая двойная звезда. Но это не звезды. Это два астероида, вальсирующие в бесконечном танце.

У полутонного аппарата нет ни лидаров, ни радаров, он летит к цели, полагаясь на единственный оптический глаз: телескоп с двухметровым фокусом и крошечным полем зрения всего в четверть градуса, меньше половины лунного диска. Сквозь эту узкую оптическую щель четырёхмегапиксельная матрица жадно ловит тусклый свет, а бортовой компьютер непрерывно пересчитывает траекторию, короткими импульсами двенадцати микродвигателей удерживая нос корабля на меньшем из двух астероидов.

На одноосном подвесе подрагивает плоская щелевая антенна. Компенсируя маневры аппарата, она лупит трёхмегабитным потоком данных в сторону родной планеты. Там, в одиннадцати миллионах километров позади, над австралийской долиной Тидбинбилла высоко в предрассветном небе раскинулось созвездие Пегаса, а исполинская 70-метровая чаша антенны DSS-43 ловит узкий радиолуч из него. Радиосигнал летит до Земли долгих 38 секунд, и уже ни один оператор из центра управления в Мэриленде не способен помочь аппарату. На финальном отрезке полета удаленное управление бесполезно из‑за запаздывания сигнала; он один на один со своей мишенью и полагается только на заложенную программу. Видеотрансляция с запозданием в полминуты идёт на весь мир.

В полустах километрах от него, параллельным курсом, летит шестиюнитовый кубсат с камерами. Самоубийственная миссия аппарата — торпедировать астероид, а задача его маленького спутника — документально зафиксировать и передать на Землю фотографии поражения цели с близкого расстояния. Автопилот посылает последнюю команду и глушит маневровые движки. Больше коррекций не будет, нацеливание выполнено безукоризненно точно. Реактивные струи и вибрация корпуса не должны смазать ни единого пикселя важнейших кадров в истории. Аппарат весом в полтонны приближается к цели, сокращая дистанцию на шесть километров каждую секунду. До удара остаётся две с половиной минуты.

По состоянию на 30 августа 2026 года марсоход НАСА «Кьюриосити» (Curiosity) в ходе поисков ответа на вопрос, существовала ли когда‑либо жизнь на Марсе, официально наблюдал восходы и закаты над красноватым горизонтом планеты уже более 5000 раз. Изначально предполагалось, что марсоход проработает всего два года, однако миссия продолжается и спустя более 14 лет после посадки на Марс в августе 2012 года.

За это время марсоход пережил глобальные пылевые бури и поднялся более чем на 1000 метров по склону горы, хотя его колёса в процессе обзавелись довольно крупными пробоинами. «Кьюриосити» по‑прежнему использует свои 17 камер, чтобы делать сотни фотографий каждый сол (марсианские сутки), и в общей сложности передал на Землю более 780 000 снимков. Учёные анализируют их, а операторы миссии тем временем решают, куда марсоходу отправиться дальше.

В честь 5000-го дня бесстрашного марсохода на Красной планете мы собрали 10 самых знаковых фотографий, сделанных «Кьюриосити» для землян.

Чтобы строительство и развитие крупных лунных баз стало возможным, их необходимо обеспечить местным производством. Стройматериалы — один из самых очевидных первых шагов: лунный реголит уже находится под ногами и может использоваться для создания различных конструкций и материалов.

Однако любая лунная инфраструктура, в том числе и производство стройматериалов, столкнется с проблемой. Ему нужно большое количество энергии. Привозить же целую солнечную электростанцию, чтобы делать кирпичи — не самая разумная стратегия. Куда оптимальнее потратить эту же энергию на производство солнечных панелей, энергия которых далее понадобится для масштабирования всей последующей лунной инфраструктуры.

В таком случае возникает вопрос. А точно ли можно производить солнечные панели непосредственно на Луне, используя местные ресурсы?

Давайте разберемся, какие проблемы приходится решать исследователям и компаниям, пытающимся реализовать эту идею.

Мы всегда оставляем свой след в этом мире – в людях, идеях, открытиях. У Якова Исидоровича Перельмана этот след оказался в прямом смысле космическим. Его книги вдохновляли будущих учёных и космонавтов, а на Луне сегодня есть кратер, названный его именем.

Циолковский писал, что широкая аудитория узнала о его идеях во многом благодаря Перельману. Валентин Глушко начал переписываться с Константином Эдуардовичем после знакомства с книгой Якова Исидоровича, а Георгий Гречко вспоминал, что именно Дом занимательной науки помог ему определиться с будущей профессией. Миллионы детей знакомились с физикой и математикой через книги Перельмана, задачи, эксперименты и необычные объяснения сложных явлений.

Во время Великой Отечественной войны Перельман продолжал заниматься просветительской работой: в блокадном Ленинграде он читал бойцам лекции о расчёте расстояний в полевых условиях.

Разбираемся, как выпускник Лесного института стал одним из самых известных популяризаторов науки и какое влияние его работа оказала на несколько поколений читателей.

Представьте, что вам нужно построить один из самых чувствительных детекторов на Земле. Он находится глубоко под горой, защищён от космических лучей полутора километрами породы, детали для него очищают от следовых загрязнений, а рабочая температура находится всего в нескольких тысячных градуса выше абсолютного нуля.

И всё равно этого недостаточно. Вокруг слишком много радиации — не той, от которой люди ходят с дозиметром, а совершенно обычного естественного фона: следов урана и тория в материалах, продуктов их распада, космических частиц. Для человека всё это практически незаметно, но ваш прибор пытается зарегистрировать событие настолько редкое, что один случайный распад внутри защитного экрана может испортить измерение.

Поэтому физики берут свинец. Только современный свинец оказывается недостаточно хорош.

И тогда в дело идёт груз римского корабля, который затонул у берегов Сардинии больше двух тысяч лет назад. Часть его свинца в итоге оказывается не в музее, а глубоко под горой Гран‑Сассо, где из древнего металла делают радиационную защиту установки, ищущей процесс, который человечество пока вообще ни разу достоверно не наблюдало.

Самое существенное здесь в том, что это не легенда, придуманная вокруг научного проекта. Именно так всё и произошло.

В России до сих пор остаются огромные территории без устойчивого доступа в интернет. Мобильный, а тем более, проводной интернет доступен не везде, несмотря на то, что технологии шагнули далеко вперед. Ситуация в ряде случаев усугубляется вынужденным отключением мобильной связи. 

Единственный выход для бизнеса и людей в такой ситуации — подключение к сети через спутник. 

Крупные дата-центры требуют все больше электричества, а системы охлаждения — еще и воды. Строить ЦОД можно далеко не везде: требуются свободные мощности в энергосети, быстрые каналы связи. А ведь еще нужно покупать/арендовать землю, на которой строятся объекты. Это крайне дорого. Поэтому некоторые компании начали всерьез обсуждать перенос части вычислений в космос. Почему и зачем? 

На орбите спутниковые ЦОД могут почти постоянно получать свет, землю покупать не нужно, а тепло отводится через радиаторы. Вроде все отлично, но есть два огромных «но»: апгрейд и ремонт. Об этом сегодня и поговорим.

Вот так будет выглядеть посланник Земли к Альфа Центавра. Источник

В научно-фантастических книгах и кино межзвёздные перелёты выглядят обманчиво простыми. Герои выбирают звездную систему на карте и отправляются в путь на супер-корабле. Он способен путешествовать либо в ином измерении (варп, кротовая нора и т.п.), либо лететь быстрее света, или использовать еще какую-то недоступную нам сейчас технологию. В реальности же законы физики и гигантские расстояния превращают любую подобную затею в пшик, а стоить такая авантюра будет запредельно. 

Но недавно был анонсирован Fermi Explorer -- проект, с амбициозной целью достичь Альфа Центавры -- ближайшей к земле звездной системе. Он должен уложиться в 15 миллионов долларов, правда, аппарат доберется до цели через 77 000 лет. Нам с вами о результатах точно не узнать. Зачем тогда это все? Давайте разберемся, что же хотят его создатели (ну, конечно, кроме 15 млн долларов). 

В первой части статьи я добрался до Алматы и ждал перелёта в аэропорт Кызылорды, откуда мне предстоял трёхчасовой трансфер на автобусе в закрытый город Байконур. Казалось бы всё самое интересное ждало меня впереди, но за день до моего вылета из Перми, выяснилось что на сам запуск ракеты я не попадаю.

Иногда текст, который ты пишешь вечером за компьютером, может закончиться совсем не так, как ты ожидаешь.

Это случилось и со мной — сейчас я в Алматы, а вчера рано утром выехал из Перми сначала поездом в Екатеринбург, а потом на самолёте в Астану, а затем ещё один перелёт сюда, в город Алматы. Завтра я должен быть на Байконуре.

А всё это началось с одной статьи на Хабре.

Летом прошлого года (в июле 2025) я опубликовал статью про построение приватного голосового ассистента на базе Home Assistant, Whisper и Piper, а спустя несколько месяцев в ноябре 2025 года узнал, что выиграл главный приз — поездку на космодром Байконур.

Хабр совместно с хостинг‑провайдером RUVDS, который выступил спонсором, проводил конкурс «Космотекст». Избранные тексты авторов отправляли в космос на микроспутнике, а автору самой лучшей публикации за всю историю конкурса дарили поездку на Байконур. Моя статья про отказ от Алисы неожиданно забрала этот суперприз.

Пройдет еще десятилетие, и дети, которые пошли в сентябре 2026 в школу, будут выбирать профессии вроде "удаленный оператор лунного/марсианского робота", ведь в ближайшие десятилетия в лунно-марсианский проект (точнее, гонку, поскольку это будет несколько конкурирующих проектов пилотируемых миссий и строительства баз) будут вовлечены все страны мира, которые смогут себе это позволить...

@avshkol взялся за перевод и выкладывает в этом посте главы и комментарии к "Human Exploration of Mars: Design Reference Architecture 5.0" - последнего (от 2009 года) из доступных в сети комплексного доклада NASA о способах и технологиях реализации обитаемой базы на Марсе. Этот документ описывает результаты изучения большими группами ученых и инженеров всех технических моментов освоения и изучения землянами Марса. Подобные документы скоро станут даже не учебниками, а базовыми текстами для введения в специальность для многих землян, выбирающих работу в начинающей рокит-расширение и стремительную экспансию во все сферы нашей жизни "дальнекосмической" отрасли.

UPD 05.09. Переведены главы включая: 4.2. Тяжелая ракета-носитель

Китай готовится к запуску одной из своих самых амбициозных миссий на сегодняшний день — и в ходе её реализации может одержать значительную победу. Миссия под названием «Чанъэ-7» ставит перед собой цель стать первой в истории, которая совершит посадку непосредственно на южном полюсе Луны, где она будет искать водяной лёд в тёмных, зловещих кратерах этого региона. То, что там будет обнаружено, может радикально изменить ход гонки между Китаем и США за создание баз на Луне.

«Это потрясающая миссия, — говорит Норберт Шоргхофер, старший научный сотрудник Института планетологии, проживающий на Гавайях. — До сих пор не было ни одной миссии с посадкой, целью которой было бы обнаружение воды [на Луне]». Если Китай успешно завершит эту миссию, он «станет лидером в области лунной науки», — добавляет Шоргхофер. Если не считать пилотируемых посадок «Аполлона», осуществлённых США более полувека назад, «в краткосрочной перспективе они превзойдут всех, включая Соединённые Штаты, в области исследования Луны».

Запуск «Чанъэ-7» — седьмой лунной миссии Китая — запланирован на ракете «Длинный марш-5» с прибрежного космодрома Вэньчан на острове Хайнань. В состав миссии входят орбитальный аппарат, а также посадочный модуль, на борту которого находятся луноход и новый «прыгающий» робот. Космическому аппарату потребуется до шести дней, чтобы выйти на лунную орбиту, где он затем проведёт два месяца, готовясь к посадке в ноябре, которая должна пройти практически в самую точку на южном полюсе Луны. В миссию также включено оборудование от нескольких международных партнёров, что подчёркивает растущее глобальное влияние Китая — как на Земле, так и за ее пределами.

Кратер Шеклтон — потенциальное место высадки человечества на Луну

Привет, не удивляйтесь — RUVDS не откопала автора после анабиоза — это Александр Баулин, и на Habr уже немало моих статей по космическим и научным темам. Но там, где прошёл Ализар со статьёй о Лунной гонке, делать уже нечего, поэтому с планов человечества по Луне я переключился на оценку рисков Лунных программ США и Китая. Благо, что событий накопилось предостаточно. Конечно, обсудим, как изменились шансы России в связи с задержками в программе двух лидеров забега на лоно Суровой хозяйки.

23 августа стало известно, что китайская миссия «Чанъэ-7» отложена на следующий год. А ведь она должна была первой разведать рельеф и «атмосферу» в районе кратера Шеклтон — вероятного места высадки людей на Луне. Ранее взрыв ракеты разнёс единственный стартовый комплекс американской компании Blue Origin. Мне кажется, что появившиеся проблемы и переносы — верный признак, что гонка началась. Компании перешли от бумажных планов к железным решениям, а в реальной жизни редко что удаётся с первого раза. Какой сейчас расклад в Лунной гонке?

Силовой корпус — это не просто каркас и обшивка. Он должен выдерживать вибрации при запуске, нести оборудование, передавать нагрузки от креплений и служить основой для солнечных панелей, радиаторов и антенн.

Поэтому материал корпуса приходится выбирать сразу по нескольким параметрам: массе, прочности, жесткости, теплопроводности, электропроводности и способности работать в вакууме.

Разберемся, какие материалы для этого подходят и что из них потенциально можно получить из лунного сырья.

Привет, Хабр! Меня зовут Николас Оксман. Последние восемь лет я занимаюсь космосом: начинал с ведения блога про астрономию, потом увлекся пилотируемой космонавтикой, а теперь управляю двумя аэрокосмическими стартапами. Мы создаем аппараты самолетного типа, и легче воздуха — по функциональности они близки к орбитальным спутникам, так что волей-неволей пришлось разбираться и в аэродинамике, и в геополитике, от которой зависит рыночный успех.

И сегодня мы поговорим о космическом противостоянии Китая и США в лице их «частного» лидера SpaceX. Чтобы понять суть происходящей на наших глазах космической гонки, придется окунуться в самое начало эры многоразовых систем.

21 декабря 2015 года. Первая ступень ракеты Falcon 9 компании SpaceX вертикально опускается на посадочную площадку и мягко встает на опоры. Десятилетиями ракета считалась одноразовым снарядом: сгорела, упала в океан — прощай. В тот вечер это правило перестало действовать.

Это была не просто технологическая демонстрация — она ознаменовала конец одной эпохи и начало другой. Я отчетливо помню тот день, так как следил за трансляцией в прямом эфире находясь в дороге, настолько это было интересно.

И вот, спустя более чем 10 лет, 11 июля 2026 года китайская государственная аэрокосмическая корпорация (далее — CASC) успешно запускает орбитальную ракету Long March и сажает ее ступень на морское спасательное судно. Китай официально становится второй страной после США, освоившей вертикальный возврат ступеней ракет-носителей. Оказалось — новая китайская ракета по характеристикам подозрительно похожа на Falcon 9. Давайте разбираться!

Как астронавты «Аполлона» поддерживали связь с Землёй, находясь на пути к Луне в 240 000 милях от неё? Для этого использовался усилитель весом 32 фунта, построенный на электронной лампе особого типа – лампе бегущей волны (ЛБВ). В этой статье я загляну внутрь такого усилителя и расскажу, как работает ЛБВ.