Ещё прошлой осенью компания считалась двигателем всей ИИ-индустрии, а Сэм Альтман — её триумфальным лидером. Microsoft, Oracle, Nvidia, SoftBank — все стремились стать его союзниками.

Компания подписала несколько стратегических сделок на сотни миллиардов долларов. В ближайших планах было начало строительства Stargate — крупнейшего дата-центра в истории, анонсированного президентом Трампом год назад. ChatGPT оставался лидером среди ИИ-чат-ботов. Была анонсирована платформа Sora, обещавшая навсегда изменить производство мультимедийного контента. Затем появился агент OpenClaw, якобы революционный продукт, способный самостоятельно взаимодействовать с компьютером пользователя.

Одним словом, на OpenAI смотрели с восхищением. Сэм Альтман стал столь же известен, как сам Илон Маск — и в хорошем смысле.

Наконец, в начале 2026 года OpenAI была названа Компанией года.

А теперь, в начале второго квартала, всё перевернулось с ног на голову.

Кстати, об инструментах. Пока судьба одних компаний висит на волоске, другие продолжают делать своё дело — тихо и надёжно. Если вам нужен доступ ко всем ключевым моделям — Claude, GPT, Gemini — загляните на BotHub.

Для доступа не требуется VPN, можно использовать российскую карту.

По ссылке вы можете получить 300 000 бесплатных токенов  для первых задач и приступить к работе с нейросетями прямо сейчас!

Что произошло?

С начала 2026 года произошёл ряд событий, поднявших тревожные флаги, которых прежде в деятельности компании не наблюдалось.

1. Nvidia вышла из инвестиционной сделки на $100 миллиардов

Это стал первый по-настоящему тревожный сигнал — первый явный знак сомнений в отношении «флагмана ИИ-индустрии». Переговоры застопорились, а затем были фактически свёрнуты.

Причина? Сомнения Nvidia относительно бизнес-модели и стратегии OpenAI. По имеющимся сведениям, CEO Nvidia Дженсен Хуанг в частных разговорах выражал неудовлетворённость «недостатком дисциплины в бизнес-подходе OpenAI».

2. OpenAI закрыла проект Sora

24 марта компания официально объявила о закрытии приложения и платформы для генерации видео Sora. Видео-приложение обходилось примерно в $1 миллион в день на вычислительные ресурсы. При этом вовлечённость пользователей оказалась катастрофически низкой.

Для многих это стало шоком: OpenAI возлагала на Sora большие надежды.

3. Disney разорвала сделку на $1 миллиард сразу после закрытия Sora

Закрытие Sora стало для Disney неожиданностью. Естественно, Disney расторгла соглашение. Изначально планировалось инвестировать $1 миллиард в OpenAI и предоставить Sora доступ к персонажам Disney, Marvel, Pixar и Star Wars для ИИ-генерации видео. После закрытия Sora сделка рухнула.

Примечательно здесь не только сам факт разрыва партнёрства, но и то, что OpenAI не предупредила партнёра о своих намерениях. Это, разумеется, не улучшило деловую репутацию компании, которая и без того начала вызывать вопросы.

4. Проблемы с OpenClaw

Наконец, серьёзная критика обрушилась на OpenClaw — прежде всего, из-за критических уязвимостей безопасности.

К концу марта в открытом доступе было обнаружено более 25 000 экземпляров OpenClaw с API-ключами, хранившимися в открытом виде. Уже выявлены активные атаки, эксплуатирующие эту критическую уязвимость: злоумышленники используют инъекции промптов для кражи учётных данных, распространения вредоносных модулей для сбора данных, скрейпинговых ботнетов и т.д.

Почему приложение было спроектировано таким образом? Это подчёркивает поспешность продвижения OpenClaw, его перегруженную архитектуру с тысячами нерешённых проблем, отсутствие песочницы и чрезмерное использование токенов.

Нет пространства для манёвра

Если бы подобные проблемы возникли у Microsoft, Google, Meta или Amazon — это было бы неприятно, но не критично. Бизнес этих гигантов диверсифицирован. В их бизнес-планировании уже заложены возможные неудачи отдельных продуктов.

OpenAI не может себе этого позволить. Это компания, целиком сфокусированная на генеративном ИИ. Sora была, по сути, попыткой диверсификации — весьма ограниченной. Но и она не удалась.

Флагманский продукт компании — ChatGPT — не только давно не демонстрировал существенных улучшений, но, по мнению ряда наблюдателей, стал менее стабильным. Реальных инноваций здесь не просматривается.

Более того, недавний контракт OpenAI с Пентагоном, вызвавший этические вопросы, нанёс компании серьёзный репутационный удар. В знак протеста значительное число пользователей удалили ChatGPT и перешли на Claude.

С чисто финансовой точки зрения это, вероятно, не причинило OpenAI значительного ущерба. Однако в долгосрочной перспективе этот инцидент может серьёзно аукнуться, поскольку он подрывает доверие к бренду.

Наконец, Сэм Альтман сделал шаг, который многие сочли спорным: объявил, что ChatGPT теперь будет показывать рекламу. Прибегнув к тому, что он сам ранее называл «крайней мерой».

Почему он это сделал? Очень просто — компании остро нужны деньги.

Положение дел

Представьте, что вас попросили назвать три главные характеристики OpenAI. Что бы вы сказали?

Лично я бы выбрал:

  1. ChatGPT

  2. Сэм Альтман

  3. Хроническая убыточность как корпоративная ДНК

Уберите хотя бы одну — и OpenAI перестаёт быть тем, чем является.

Последняя характеристика, конечно, уникальна.

Вот результаты её «работы»:

Катастрофические убытки. В третьем квартале 2025 года чистый убыток составил $12,6 миллиарда. Таким образом, скорость сжигания средств достигла $50,4 миллиарда в год.

Огромные финансовые обязательства перед партнёрами. Компания взяла на себя обязательства потратить колоссальные суммы на оборудование и облачную инфраструктуру в период 2025–2035 годов. Крупнейшие поставщики:

Расходы на R&D. В первой половине 2025 года расходы на исследования и разработку выросли до $6,7 миллиарда — по сравнению с $2,5 миллиарда за весь 2024 год.

Персонал, продажи и маркетинг. По отчётам, $2 миллиарда было потрачено на персонал, продажи и маркетинг только в первой половине 2025 года. Штат компании вырос до 4 000 человек при средней компенсации примерно $1,37 миллиона.

Когда заканчиваются деньги

Ни одна компания не может существовать бесконечно без прибыли. OpenAI — не исключение.

Как талантливый рассказчик, Сэм Альтман невероятно долго продавал инвесторам нарратив о скором «появлении AGI» — всемогущей технологии, которая изменит всё. И здесь можно только удивляться тому, насколько люди, стремящиеся к прибыли, могут быть восприимчивы к обещаниям, не имеющим пока твёрдых оснований.

Но деньги имеют свойство заканчиваться. А вместе с ними — и терпение тех, кто ждёт возврата инвестиций.

И здесь вступает в игру сухая, но тревожная арифметика.

По различным прогнозам, OpenAI потребуется $125–200 миллиардов годовой выручки к 2030 году, чтобы стать прибыльной. Но как этого достичь — пока не знает никто. Хотя ожидается, что годовая выручка OpenAI превысит $20 миллиардов в 2025 году, это значительно ниже порога, необходимого для покрытия массивных инфраструктурных расходов.

Аналитики Deutsche Bank оценивают совокупные убытки OpenAI примерно в $140 миллиардов за период 2024–2029 годов. Некоторые прогнозы предполагают дефицит в $207 миллиардов к 2030 году — даже при росте выручки.

Напомню: изначально компания выделила $1,4 триллиона на вычислительные ресурсы на ближайшие восемь лет — это почти в 100 раз больше текущей выручки. Позднее Альтман снизил эту цифру до $600 миллиардов, что говорит, скорее, о признании нереалистичности первоначальных планов.

При этом Альтман продолжает заявлять, что OpenAI планирует стать «чрезвычайно прибыльной» через два года после достижения отметки в $125 миллиардов — то есть около 2030 года. Но как именно — об этом он не говорит.

От партнёров к истцам

Неприятные новости имеют свойство приходить без предупреждения.

Совсем недавно стало известно, что Microsoft рассматривает юридические меры в связи с облачной сделкой OpenAI с Amazon на $50 миллиардов. Конфликт возник из-за намерения Amazon Web Services разместить у себя новый коммерческий продукт OpenAI — Frontier. По мнению Microsoft, ранее подписанное соглашение требует, чтобы весь доступ к моделям OpenAI маршрутизировался через Azure.

Конечно, этот конфликт не обязательно дойдёт до суда. Но сам прецедент — ещё один тревожный сигнал. Ведь Microsoft — главный партнёр OpenAI. Если это партнёрство окажется под угрозой, шансы компании на преодоление текущих проблем могут значительно снизиться.

Но это не всё. Потому что Илон Маск решил свести счёты с бывшим партнёром. И достижение договорённости с ним будет крайне затруднительно.

Маск вложил $38 миллионов на самом раннем этапе OpenAI — это составляет примерно 60% первоначального финансирования. Он обосновывает иск тем, что компания нарушила свои уставные обязательства: он финансировал некоммерческую организацию, призванную приносить пользу человечеству, а OpenAI превратилась в коммерческую корпорацию с капитализацией $500 миллиардов.

Размер компенсации, которую требует Маск, — от $79 до $134 миллиардов. Учитывая, что его первоначальное финансирование и влияние были фундаментальны для всего последующего, у Маска неплохие шансы на победу. А сумма компенсации практически равна прогнозируемым совокупным убыткам OpenAI до 2029 года.

Суд назначен на 27 апреля 2026 года. Решение не в пользу OpenAI станет не просто финансовым ударом — оно может поставить под вопрос всю дальнейшую карьеру Сэма Альтмана.

Могло ли быть иначе?

Конечно, многие скажут, что в проблемах OpenAI виноват преимущественно Альтман. Если бы он не действовал так агрессивно, если бы глубже вникал в суть технологии, если бы… миллион других «если бы».

Да, возможно, что-то изменилось бы. Но, полагаю, не так уж многое.

Посмотрите на Claude, Gemini, Perplexity и другие. У них те же фундаментальные проблемы, что и у ChatGPT, — и от них не убежать. Кто-то научился их маскировать лучше, кто-то хуже, но проблемы никуда не делись и не денутся, поскольку сам подход на основе LLM ограничен и не предназначен для создания полноценного искусственного интеллекта.

В этом и суть: так называемый «ИИ» пока не обладает интеллектом в том смысле, который в это слово вкладывается. К сожалению, люди, определяющие нынешний дискурс в индустрии, не готовы это признать.

И потому ещё какое-то время мы будем наблюдать всю эту суету — с инвестициями в инфраструктуру, нервозностью вокруг котировок, противоречивыми заявлениями и нескончаемыми обещаниями.

А потом всё закончится — либо резко, либо тихо сойдёт на нет.

Заключение

Но всё-таки — что станет с OpenAI?

Мы можем лишь предполагать. Наиболее вероятный сценарий, на мой взгляд, — поглощение со стороны Microsoft. Она уже глубоко интегрирована с инфраструктурой OpenAI и субсидирует её существование через облачные кредиты.

Возможно, Microsoft приобретёт самую известную ИИ-компанию мира за малую долю её пиковой оценки. Часть, вероятно, достанется Nvidia — как известно, вместо инвестиционной сделки на $100 миллиардов Дженсен Хуанг инвестирует $30 миллиардов в OpenAI для приобретения доли.

В любом случае, бренд «OpenAI» сохраняет важное символическое значение — как пионер направления, которое так много обещало.

Безусловно, многие продолжат верить в то, что эти обещания будут выполнены. И многим из этих людей даже не понадобятся доказательства.

Но повестку определяют не они, а те, кто обладает ресурсами, определяющими — сможет ли технология развиваться дальше, или ей суждено впасть в стагнацию.

Я не уверен, что LLM в их нынешнем виде имеют долгосрочное будущее, потому что «чёрный ящик» имеет принципиальные ограничения.

А что думаете вы?