Под моей статьёй с разбором реестра российского ПО в комментариях спросили: интересно, а как регистрируют программы за рубежом.
Под статьей с разбором, как регистрируют программы в США, спросили: интересно, как регистрируют программы в Европе.
Сюжетная арка закрутилась и я пошла искать европейский аналог российского Роспатента или американского Copyright Office, но не нашла.
Меня зовут Ксения Сальникова, я IT‑юрист, занимаюсь регистрацией программ и включением ПО в реестр российского ПО.
Если коротко: какого‑то единого ведомства, которое занималось бы регистрацией программ для ЭВМ, в Европе не существует. Нет ни общего регистра ЕС, ни международного реестра WIPO (ВОИС — всемирной организации интеллектуальной собственности). Вместо одной системы там чехарда: в Испании государство принимает на депозит весь исходный код, во Франции частная ассоциация берёт 830 евро в год за то же самое, а официальный совет британского правительственного органа звучит как чисто британская шутка: отправьте код самому себе заказным письмом.
Итак, общего регистра нет — это не косяк, а позиция
Начнём с нормативной базы. ПО в ЕС охраняется по Директиве 2009/24/EC, и её первая же статья задаёт рамку: «Member States shall protect computer programs, by copyright, as literary works within the meaning of the Berne Convention». То есть, программа — это литературное произведение (как и в США и частично в РФ), а его правовая охрана возникает в момент создания. Критерий один: код должен быть «the author's own intellectual creation. No other criteria shall be applied». Никакой проверки новизны, полезности или качества.
Также Бернская конвенция (это основное международное соглашение в сфере авторского права, принятое еще в 1886 году, когда никто и не подозревал о появлении компьютеров, программ да и много чего еще) прямо запрещает усложнять охрану формальностями.
Портал Your Europe разъясняет: «you automatically have copyright protection... you don't need to go through any formal application process». EUIPO (ЕС‑овский Роспатент) подтверждает: «there is no unified EU copyright title».
При этом EUIPO регистрирует товарные знаки и промышленные образцы, но не авторские права (кроме реестра сиротских произведений).
Примечание: я не оговорилась, сиротские произведения — это работы, которые охраняются авторским правом, но их правообладателя установить достоверно невозможно. Например, работы художника Бэнкси отчасти можно отнести к сиротским.
Однако в ЕС пытались провести эксперимент по депонированию материалов, охраняемых авторским правом и в 2020 году WIPO запустила глобальный сервис WIPO PROOF (что‑то вроде сервиса международного депонирования), но его закрыли еще 1 февраля 2022 года в связи с отсутствием спроса.
Кстати, в нормативке ЕС по авторскому праву есть следующие интересные моменты:
Идеи и принципы не охраняются, включая те, что лежат в основе интерфейсов. Охраняется выражение, то есть код (в РФ действует такой же принцип).
Права на код работника осуществляет работодатель. Похоже на американский work made for hire, но мягче: автором остаётся человек, работодателю достаются имущественные права (в РФ совсем иная позиция — по умолчанию и авторские, и исключительные права принадлежат автору, а иному правообладателю их нужно передать, даже если это работодатель).
Зачем тогда вообще что‑то регистрировать в ЕС?
Ну, во‑первых, нас юристов хлебом не корми, а только дай что‑нибудь зарегистрировать и получить бумажки )
По большому счету, весь европейский рынок «регистрации ПО» решает одну задачу: доказать в суде, что этот код существовал у вас на эту дату. Кто раньше зафиксировал версию, тому проще спорить с бывшим подрядчиком, уволившимся разработчиком или конкурентом с подозрительно похожим на ваш продуктом.
Разница с США принципиальная: если американская регистрация даёт процессуальные бонусы (презумпцию действительности прав и statutory damages до 150 000 долларов без доказывания убытков), то ни один европейский механизм ничего подобного предлагает. Европейский депозит кода — это просто доказательство даты, не более.
Поэтому речь идет не о том, где разработчикам зарегистрировать права, а как сохранить код, чтобы в случае спора это можно было продемонстрировать. Вариантов в Европе четыре: государственный регистр, реестр при авторском обществе, сервис депонирования патентного ведомства и частный депозитарий.
Испания: государство принимает весь исходный код
Если вы сейчас работаете в Испании, то имейте в виду, что там самая близкая к нашему Роспатенту система. Registro de la Propiedad Intelectual ведёт Министерство культуры вместе с регистрами автономных сообществ, регистрация добровольная, программы для ЭВМ прямо названы в списке принимаемых произведений.
При этом испанский регистр хочет весь ваш исходный код целиком: на носителе или электронно, без сжатия, плюс исполняемый файл, плюс memoria с описанием программы, языком разработки, окружением, списком файлов и блок‑схемой. Да, блок‑схемой (диаграмма потоков это официальное требование).
Остальные параметры скромные: пошлина в районе 13–35 евро в зависимости от региона и категории (в Мадриде 13,33 евро, в Галисии за программу 18,48), срок рассмотрения до 6 месяцев. Работает правило silencio positivo: если за 6 месяцев регистр не ответил, заявление считается одобренным.
Подача электронная через Sede Electrónica Министерства культуры, нужен электронный сертификат.
Италия: реестр ПО при обществе авторов
В Италии есть отдельный Pubblico Registro Software (публичный реестр именно для программ). Ведёт его SIAE, итальянское общество авторов.
Механика: подаётся декларация Mod. 349 и копия программы на носителе, исходный или исполняемый код. Регистрация стоит 126,62 евро за программу, выписка из реестра еще 18,99. Два ограничения, которых нет ни в США, ни в Испании, ни в России: реестр принимает только уже опубликованные программы, а на доработку неполного комплекта даётся 60 дней, после чего по заявке приходит отказ (разумеется, без возврата госпошлины).
Франция: госконверт за 15 евро или частный депозитарий за 830 в год
Франция предлагает разработчикам 2 варианта.
Вариант первый, бюджетный: e‑Soleau от INPI (национального ведомства промышленной собственности). Это электронный конверт: загружаете архив с кодом на портал Soleau, платите 15 евро за объём до 50 МБ (плюс 10 евро за каждые следующие 50 МБ), INPI хранит депозит 5 лет с возможностью продления. Никаких прав не даёт, но дату фиксирует.
Вариант второй, промышленный: APP, Agence pour la Protection des Programmes. Частная ассоциация, которая с 1982 года занимается депонированием ПО, у неё своя международная система идентификаторов IDDN. Здесь всё по‑взрослому: членство 830 евро в год, стандартный депозит 195 евро, депозит с проверкой содержимого 800, до 10 ГБ и 1000 файлов на депозит, квалифицированные таймстемпы eIDAS, услуги эскроу (депонирование кода на случай банкротства вендора, чтобы клиент не остался с мёртвой SaaS без исходников). Депозиты APP фигурируют более чем в сотне судебных решений. По сути эта система служит нотариусом для кода.
Бенилюкс: i‑DEPOT
Ведомство интеллектуальной собственности Бенилюкса (BOIP) имеет сервис i‑DEPOT: 37 евро за 5 лет хранения, 53 за 10 лет, продление 26.
Загрузить можно что угодно: код, концепты, сценарии, схемы. Сервису больше 25 лет, а его разъяснение, напомню: «The i‑DEPOT does not give you any intellectual property rights».
Германия: ничего (и всем нормально)
Крупнейшая ИТ‑экономика Европы вообще не имеет ни регистра авторских прав, ни государственного депозитария, ни таймстемп‑сервиса. Единственное, что отдалённо похоже на регистрацию — это Register anonymer und pseudonymer Werke при DPMA (реестр анонимных и псевдонимных произведений, запись стоит 12 евро). Но у него узкая задача: раскрыть имя автора анонимного произведения, чтобы срок охраны считался как обычно, 70 лет после смерти, а не 70 лет после публикации. Памятка DPMA подчёркивает: авторское право возникает при создании произведения, запись в реестр охрану не устанавливает.
Немецкие разработчики решают вопрос доказательств частными средствами: нотариус, доверенные таймстемпы, git‑история, свидетели.
В Португалии, для полноты картины, похожую нишу занимает отраслевая ассоциация ASSOFT: депозит и «регистрация» софта через форму на её сайте, включая эксроу‑сценарии.
Великобритания: конверт самому себе как официальная рекомендация
Британия давно не в ЕС, но пропустить её нельзя, слишком колоритно. Позиция gov.uk сформулирована в двух предложениях: «You get copyright protection automatically — you do not have to apply or pay a fee. There is not a register of copyright works in the UK».
British Copyright Council, отвечая на вопрос «как же мне зафиксировать авторство», официально описывает два пути: депозит копии у солиситора (это тип юриста в английском праве) или банкира, либо отправка самому себе запечатанного конверта по почте, причём второй вариант назван «the simplest and cheapest method». Тот самый poor man's copyright, над которым принято посмеиваться, в Великобритании существует на правах официальной рекомендации отраслевого совета. Разумеется, ничто из этого права не регистрирует и от нарушения само по себе не защищает.
Есть частные сервисы вроде UK Copyright Service: 59,5 фунта за 5 лет «регистрации» произведения, 99 за 10. Юридически это тот же депозит с датой, только с сертификатом в PDF.
Ирония в том, что именно Англия регистрацию произведений и придумала: Stationers' Register (реестр лондонской гильдии печатников) вёлся аж с 1557 года, и записи в нём были условием права печатать книгу. Страна, с которой началась вся история регистрации копирайта, сегодня живёт вообще без регистра.
Отдельная ветка: патенты, и тут свежая сенсация
Ну что ж, скажете вы мне, нет реестров — ведь есть же патенты, можно пойти таким путем для охраны прав на свое ПО. Однако и тут есть нюанс — статья 52 Европейской патентной конвенции исключает «programs for computers as such» из патентоспособных объектов. Ключевые слова «as such»: то есть изобретение с программой внутри патентуется, если даёт технический эффект за пределами обычной работы компьютера. Однако патентное ведомство выдаёт софтверные патенты десятилетиями, а административное руководство по подаче заявки описывает границу подробно.
При этом в феврале 2026 года произошло событие, которое стоит отдельной статьи. Верховный суд Великобритании в деле Emotional Perception AI v Comptroller ([2026] UKSC 3, решение от 11 февраля 2026) рассматривал патент на рекомендательную систему на нейросети, которой UKIPO отказал как «программе как таковой». Суд отправил в архив тест Aerotel, по которому британское ведомство 20 лет оценивало софтверные заявки, и перешёл на подход EPO: изобретения с программами и нейросетями не исключаются автоматически, порог входа снижен до задействования любого «железа», а технический вклад оценивается уже на этапе новизны и изобретательского уровня. Для команд, которые патентуют ML‑решения, это разворот правил игры на крупном рынке.
Пофилософствуем о регистрации ПО в пятницу вечером
В трех статьях было представлено три модели и три философии.
Америка встроила регистрацию в судебную систему: хочешь statutory damages, неси код государству — и рынок несёт, 400+ тысяч регистраций в год.
Европа сказала: охрана и так есть, а доказательства даты покупайте где хотите, хоть у министерства за 13 евро, хоть у частников за 830.
Россия построила два инструмента с разными задачами: Роспатент фиксирует права, реестр Минцифры даёт льготы и проверяет продукт по существу.
Практический вывод для тех, кто выходит с продуктом на европейский рынок: искать, где «зарегистрировать программу в ЕС», не нужно, такой процедуры нет. Осмысленные действия другие: зафиксировать даты создания версий (подойдёт любой из механизмов выше, от i‑DEPOT до APP), навести порядок в договорах с разработчиками и подрядчиками, потому что в споре о правах суд будет смотреть именно в документы, для очень дорогих продуктов — отдельно подумать про патентную ветку, если в продукте есть технический эффект, тем более что после сейчас окно для ML‑изобретений стало шире.
