Как стать автором
Обновить

Хабро-самоубийство. Сельская дискотека

Читальный зал
— Ганс, здорово! – послышалось сзади.

Школьник воровато обернулся, быстро пряча что-то за пазуху. Продавщица в ларьке, только что выдавшая дозу старой доброй «девятки», спешно захлопнула дверцу.

— Чего там щемишься! Не ссы, свои! Здорово! – к Гансу приближалась небольшая толпа соплеменников.

— Вовик! Кузяра! Хаммер! – обрадовался школьник своему неожиданному спасению.

Школьники кинулись на встречу друг другу, стали радостно обниматься – но не как какие-нибудь глупые детишки, а толково, по-пацански, по алгоритму собственного изобретения – пожали краба двумя руками, ударили плечом по плечу.

— Чего, затарился? – улыбнулся Вовик.

— Ну. – развязно ответил Ганс, доставая пивас из куртки. – Вы чо как, на дискач идете?

— Ты на дискач собрался? – нахмурился Кузяра.

— Ясен пень! – ответил Ганс. – Я месяц у бабки на хуторе кантовался, там ни дискача тебе, ни ларька даже нету! Да и бабка палит, даже покурабасить не мог.

— Ну там это… — замялся Кузяра. – Поменялось все теперь.

— Чего? – нахохлился Ганс. – Что там могло поменяться? Тыкву некому разбить, что ли? Или девки все замуж повыскакивали, замутить не с кем?

— Не. – отмахнулся Кузяра. – Там, короче, это… Клуб теперь.

— А раньше чего было? – засмеялся Ганс. – Большой театр что ли?

— Да чего ты его на понт берешь! – вступил Хаммер. – Ганса не знаешь, что ли? Один хрен пойдет.

— А вы не пойдете, что ли? – осекся Ганс.

— Ну, не знаю… — Кузяра посмотрел куда-то в сторону.

— Да пошли, чо зассали-то! – поддержал парней Вовик. – Разгребем тоску, наваляем кому-нибудь! В конце концов, не пропадать же «девятине» впустую!

— И то верно! – поддержал Ганс. – Ну все, рванули!

— Ща, погодь. – Кузяра полез в карман. – Тоже затаримся.

Когда все приготовления были выполнены, дружбаны двинули к клубу. Путь лежал через небольшой сквер – любимое место сельской молодежи в темную ночь. Там и употребить напитки можно, и с девчонками пообниматься, и туалет – где хочешь. Минут через двадцать подошли к клубу.

— Вот те на… — протянул Ганс.

Сельский клуб выглядел, как обычно – большое строение из белого кирпича, обшарпанное, со сбитыми углами, местами разрисованное мелом и углем (чай, не город с его граффити), но вот фасад…

На фасаде – там, где раньше красовалось ничего – теперь висела большая неоновая вывеска с надписью «Старт».

— Эт чего? – недоуменно спросил Ганс.

— Ну вот, клуб. – развел руками Кузяра. – Теперь вот так все. Тачки вон, видишь?

Ганс обернулся и увидел два десятка автомобилей – самых разных, но преимущественно – иномарок.

— Это чьи? – спросил Ганс.

— Городских. – ответил Вовик. – Понаехали тут…

— Как понаехали? – все больше удивлялся Ганс. – Нафига?

— Так клуб же. – показал на вывеску Вовик. – Не ластами похлопать, а нормально, как положено все. Бар там теперь, мафоны новые поставили, усилки, ремонт быстренько сделали, музон другой ставят.

— Ниче не понимаю. – потряс головой Ганс. – А главный кто? Джорджа выгнали что ли?

— Не, это он и замутил. – ответил Кузяра. – Он теперь – не руководитель самодеятельности, а директор клуба. Даже рекламу я в городе видел, вот народ и прется сюда. С каждым днем все больше. В прошлый раз даже кто-то на Лексусе прикатил, я такого отродясь не видел – который гибридный.

— Да насрать на лексусы. – начал выходить из себя Ганс, которого быстро догоняла «девятка». – Чего делать-то?

— В смысле? – нахмурился Кузяра. – Ты это, не психуй, давай…

— Какой еще психуй? – набычился Ганс.

— Твою мать… — разозлился Кузяра. – На меня-то не быкуй, пошли внутрь, посмотришь, там нормально.

— И пойду! – крикнул Ганс. – Что я, сявка какая-то, на улице торчать?

— Шавка. – поправил Кузяра.

— Сам ты шавка! – оскалился Ганс. – Пошли, хватит трындеть!

Ребята подошли ко входу, дернули дверь и попали в предбанник. Там стояли два амбала – из местных, деревенских, только в костюмах и с бейджиками.

— Приобретаем билеты, господа. – улыбнулся один амбал.

— Чего? – возмутился Ганс. – За вашу тошниловку еще и платить?

— Заткнись, Ганс. – толкнул друга под ребра Вовик. – Чирибас всего.

— Какой нахрен чирибас? – продолжал орать Ганс. – Да я…

Чего там собирался сделать Ганс, никто не узнал, потому что Вовик расплатился за всех, и шумная компания вошла внутрь.

От увиденного Ганс сначала оторопел. Раньше дискотека умещалась в фойе сельского клуба, теперь же все здание было отдано под нужды отдыхающих. Кинозала как не бывало – хотя, тут особо сетовать было не на что, все равно там давно ничего не показывали, и в огромном зале теперь был танцпол. Вдоль стен стояли столики, половина из которых пустовала, а на остальных сидели, в основном приезжие – рожи были Гансу не знакомы.

На втором этаже, судя по указателям, находилась релакс-зона. Что это такое, Ганс не знал, да ему и не было особо интересно. В фойе был бар, и тоже стояли столики. Музыка тут была не так слышна, можно было разговаривать, не напрягаясь.

Гардероб был на прежнем месте – сразу справа от входа, только раньше в нем никто не дежурил, а сейчас сидела баба Клава, с незапамятных времен работавшая в клубе уборщицей.

— Ой ё, какие польта-то… — разглядывая вешалки в гардеробе, улыбнулся Ганс. – Никак, городские, а, баба Клава?

— Давай, и свои ремки скидавай. – улыбнулась в ответ старушка. – Чего стоишь, как вкопанный.
Ганс разделся, сдал куртку, получил номерок. С интересом повертев его в руке, сунул в карман.

— Ну что, гуляй, рванина! – крикнул он друзьям. – Пошли хлебалы городские чистить!

— Погоди ты! – крикнул Кузяра, но Ганс уже прошел на танцпол.

Войдя, Ганс остановился и принялся разглядывать публику. Первое, что бросилось в глаза – не было привычных кружков, которыми всегда славилась и эта, и остальные сельские дискотеки. Разумеется, знаменитых дамских сумок, установленных внутрь кружков, тоже не было.

Люди танцевали небольшими группами, по два-три человека. Выглядело все чинно, благопристойно, никто не прыгал и не вопил «Солнышкааааа в руках!» или «Стооооо днеееей до приказа!» — просто скучно дрыгались в такт, и не в такт музыке.

Наглядевшись на толпу, Ганс посмотрел по сторонам. Увидев небольшую кучку знакомых лиц, двинул туда.

— Бобр, здорово! – крикнул Ганс. – О, и Чебуратор здесь! И Борян! Чего трышшытесь стоите, не пляшете?

— Привет, Ганс. – приветственно поднял руку Бобр.

Компания была постарше, не школьного возраста. Чебуратор так вообще был зрелым, здоровенным детиной – знаменитым на весь район трактористом, в советское время наполучавший кучу грамот и кубков за социалистические соревнования – и пахал, и боронил, и сеял быстрее и лучше всех. Но старых деревенских привычек не утратил – любил дискотеки. Так раньше отплясывал, бывало, что пыль столбом стояла.

Бобр только жил в деревне, а работал в городе – электриком. Отучился в шараге (так в деревне называют ПТУ, ныне — колледжи), и, вроде, Ганс слышал, собирался в институт поступать.

Борян вообще был агрономом. Не очень знаменитым, но дело свое знал. На дискотеках бывал часто, но почти никогда не танцевал – больше любил репу кому-нибудь начистить.

— Вали, школота. – хмуро ответил Гансу Чебуратор. – Не до тебя щас.

— А, ну ладно. – сконфузился Ганс. – Как хотите, я думал замутим чо.

— Без тебя замутим. – огрызнулся Чебуратор.

Ганс пожал плечами и двинулся дальше, вдоль стены. Наткнулся на старого знакомого – Гену, кладовщика со строительного управления.

— Гена, привет! – радостно сказал Ганс. – Ты чего, как обычно?

— Женщина, я не танцую. – спокойно ответил Гена фразой из знаменитой песни.

— Да знаю я. – махнул рукой Ганс. – Ты никогда не танцуешь. Пойдем, кому-нибудь дыню разобьем?

— Без меня. – спокойно ответил Гена.

— И это без тебя. – улыбнулся Ганс. – Все без тебя. Стоишь всегда в сторонке, будто и не при делах. Не танцуешь, не бухаешь, в рамсах не колбасишься, девок не щиплешь. Давно хотел спросить, нафига вообще на дискач ходишь?

— Не твоего ума дело. – не теряя самообладания, ответил Гена. – Давай, вали лесом.

— Да что вы все заладили… — нахмурился школьник. – Слушай, Гена, а чо с музлом?

— Что не так с музыкой? – нехотя ответил Гена.

— Да говно же! Чо эт за хренотень вообще? Ни слов тебе, ни ритма, все какой-то тырдын-тырдын-тырдын…

— Нормальная современная музыка. – пожал плечами Гена. – Ты в приличных клубах бывал?

— Ну, допустим, нет. – осторожно ответил Ганс.

— Ну так и не суй рыло, куда не просят. – Гена был спокоен. – Сейчас во всех клубах такая музыка. Рейв, транс, хип-хоп и так далее.

— Чего? – нахмурился Ганс. – Это ансамбли так называются, что ли?

— Ансамбли… — усмехнулся Гена. – Еще добавь – вокально-инструментальные. Иди уже.

В этот момент, совершенно неожиданно, один из танцующих споткнулся, не смог устоять на ногах и свалился на Ганса.

— Ой, я дико извиняюсь! – прокричал, вставая, парень.

Он протянул Гансу руку, но тот отмахнулся. Поднялся сам, несколько секунд рассматривал обидчика – ничего особенного, просто какой-то городской хлыщ. Комплекцией не больше Ганса, хотя на роже светилась непонятная в такой ситуации уверенность в себе.

— Ах ты сссука… — прошипел Ганс, резко замахнулся и влепил пижону в таблет.

Ну как влепил… Это Ганс думал, что влепил. Пижон, с невесть откуда взявшейся ловкостью, парировал левой рукой удар – рука Ганса ушла вверх. А снизу, подлейшим образом, прилетел апперкот.

Ганс немного подпрыгнул – не от неожиданности, а от силы удара – и повалился на землю. Пижон наклонился сверху, и добавил пару ударов в тыкву, по-прежнему удерживая правую руку Ганса.

Гена, стоявший рядом, не теряя самообладания, лишь сделал пару шагов в сторону. На помощь поспешила давешняя компания – Чебуратор, Бобр и Борян. Бить пижона не стали, лишь оттащили прочь – хотя, этого вроде и не требовалось, тот уже остановился и стоял смирно над поверженным Гансом.

Подоспела школота, а вместе с ней – амбалы, что стояли у входа. Друзья подняли Ганса, осмотрели – из носа и разбитой губы сочилась кровь, куртка была грязной, но настроение было боевым.

— Я тебя порву, сссука! – кричал Ганс.

— Смотри, меха не порви. – улыбнулся в ответ пижон.

— Так, мелкие. – строго обратился к компании амбал. – Валите на улицу, освежитесь.

Спорить никто не стал – и школота, и компания постарше двинула на улицу. Даже Гена, зачем-то, поперся.

— Да что такое, а… — не унимался Ганс, даже оказавшись в сентябрьской прохладе. – Ну я им щас устрою…

— Тихо ты. – строгим басом сказал Чебуратор. – Уймись и не лезь.

— Да как так-то! Почему? Что за хрень вообще? Будут тут всякие городские меня учить! Да я их…

— Блин, ты достал уже. – ответил Чебуратор. – Будешь бузить, вообще больше не пустят. И нас заодно выгонят. Успокойся. Домой вообще иди.

— Щас! Я этого гада тут подожду, и репу ему так разукрашу, что ходить не сможет!

— Реально! – поддержал друга Вовик. – Толпой навалимся, и отделаем этого хрена!

— Смотрите, чтобы вас не отделали. – улыбнулся Бобр. – Как дети, право слово…

— Не, ну а чо, тепилами быть что ли? – возмутился Ганс. – Стоять по стеночке, смотреть, как они наших девчонок обхаживают, и сопли на кулак наматывать?

— Кто тебя заставляет у стены стоять? – вступил Гена. – Пришел – отдыхай нормально. Поешь, выпей, если продадут, потанцуй. Без мордобоя никак что ли?

— Да ты ссыкло просто, Гена. – набычился Ганс.

— Я тебе щас… — Гена двинулся в сторону обидчика, но его остановил Чебуратор.

— Хорош, пацаны. Ганс, иди проветрись.

Школота пошла в сторону от клуба, остальные вернулись внутрь. Немного пошарашившись вдоль фасада, сходив за угол покурить, компания оказалась около припаркованных машин.

— Как думаете… — в задумчивости произнес Ганс. – Какая тачка того хлыща?

Ребята начали озираться, но дедукция не была их сильной стороной, и выбрать автомобиль они не смогли.

— Фиг его знает. – пожал плечами Хаммер, потом показал пальцем на старую Волгу, ГАЗ-21. – Вон та, вроде, Чебуратора.

— Ее не тронем. – улыбнулся Ганс.

После этого, неожиданно для всех, Ганс издал знакомый всем деревенским звук, похожий на сморкание, но как бы внутрь, и смачно харкнул на стоявшую рядом иномарку.

— Так ему, ссуке. – радостно сказал Ганс. – Щас всех пометим.

Друзья с радостью приняли участие во флешмобе. Вскоре пометки были почти на всех автомобилях, кроме чебураторской Волги.

— Ну вы дебилы. – донеслось со стороны.

Друзья обернулись, и увидели Гену. Всем запомнилось, что он ушел в клуб, но, видимо, успел вернуться.

— В морду дать не можете, так хоть на машину плюнуть? Детский сад, блин… Стыдно за вас.

— А нам – за тебя, очкодав! – крикнул Ганс.

— Ну-ну. – улыбнулся Гена. – Щас шаг ступлю, и тебя, как ветром сдует. Дебилы и есть.

— Чо, думаешь, только харкаться можем? – улыбнулся Ганс.

После чего, опять же неожиданно для всех, поднял ногу и с силой ударил по колесу иномарки. Чувство самосохранения, видимо, дало о себе знать – не по капоту же бахнул. Раздалась сирена сигнализации, иномарка вспыхнула габаритами, Ганс от неожиданности попятился – в деревне ни МТЗ-80, ли ДТ-150, ни К-701 такими наворотами не обременялись.

Дверь клуба распахнулась, и из нее, один за другим, выбежали несколько человек. Лиц поначалу видно не было, но через несколько секунд все прояснилось – и кто бежит, и чья, соответственно, машина орет благим матом.

Первым бежал Джордж, новоявленный директор клуба. Немолодой уже, но крепкий с виду мужик, в очках и с необычной для деревни прической. Следом, хоть и на каблуках, но не отставая, семенила Ирина, завсегдашняя помощница Джорджа. Ну и давешняя компания, из Чебуратора, Бобра и Боряна.

— Вы чего тут устроили? – крикнул Джордж и принялся осматривать свою машину.

— Это ты чего тут устроил! – петушился Ганс.

— Я? – осмотрев машину, Джордж все внимание уделил Гансу. – Ты про что, пакостник мелкий? Сначала драку устроил, теперь машины калечишь? Какого черта тебе надо? Не хочешь в клубе отдыхать – вали домой!

— Тебя забыл спросить! – огрызнулся Ганс. – Когда захочу, тогда и свалю! Надо будет, обратно зайду.

— Ну так заходи, отдыхай, наслаждайся, чего тебе неймется-то? – возмутился директор.

— А то, что нихрена не нравится мне твой клуб, Джордж! Нафига ты все это устроил, а? Нормальный же дискач был, зачем все это нужно?

— Какой нормальный дискач был? – искренне удивился Джордж. – Ты про тот гадюшник, который тут был месяц назад?

— Ну, гадюшник и гадюшник, но весело же было!

— А сейчас что, не весело? Или тебе весело только тогда, когда все в дерьме, все бухие в стельку, курят прям в клубе и мочат друг друга?

— Нет, ну не то, чтобы… — замялся Ганс. – Я за культурное времяпрепровождение, но все-таки…

— Что все-таки?

— Не понимаю я тебя, Джордж. Зачем? Чего ты добиться хочешь? Нафига нам эти, городские?

— А тебе не надоело в небытие жить? В захолустье нашем, где ни работы нет, ни учебы, ни черта! Ты еще молодой, а на остальных посмотри! Кто не спился, тот уехал давно. Как викинги какие-то, на далеком острове. Весело – набухаться, потолкаться, рожи друг другу начистить. А с утра проснуться, и от тоски беспросветной – опять за бутылку. Ты так жить хочешь?

— А клуб твой чем поможет? – вступил Вовик.

— Да я откуда знаю, чем! – крикнул Джордж. – Но не сидеть же на заднице, как вы все! Надо хоть что-то делать, что в силах. В моих силах, как оказалось, сделать из сельской дискотеки неплохой клуб. Сам видишь, и люди к нам потянулись, из города. Покупают все – и билеты, и в баре нормально оставляют, Ирина не даст соврать.

— Да, неплохо тратятся, не как в ларьке. – кивнула Ирина.

— И ты, Ирка, туда же… — усмехнулся Ганс.

— Я тебе не Ирка! – крикнула Ирина и, с неожиданной ловкостью, подскочила к Гансу и отвесила ему тяжеленный подзатыльник – настолько мощный, что Ганс клюнул носом и чуть не ударился о капот машины Джорджа.

— Не смей обижать Ирину, обмудок. – крикнул Чебуратор. – С подружками своими тупоголовыми школьными так разговаривать будешь. Хотя, и они тебя уроют.

Ганс обиженно молчал, потирая ушибленный затылок.

— Мы с Ириной для вас стараемся, кто бы хоть спасибо когда сказал. – махнул рукой Джордж. – Только и можете, что нудеть и ныть, как было здорово, и как теперь плохо. Ни черта вам не надо, кроме как бухать и мочиться, в прямом и переносном смысле. Не нравится – валите в Мистовский зерносовхоз, там как раз для вас атмосфэра. Пьют, орут, матерятся, в унитаз головой макнут с удовольствием.

— Слушай, Джордж. – неожиданно вступил Бобр. – А чего музло такое странное?

— Странное? – крикнул Ганс. – Да гнилое музло вообще!

— Нормальная музыка. – пожал плечами Джордж. – Сейчас такая во всех клубах играет. Непривычно, я согласен, но посмотрим.

— А кто играет? Какой ансамбль? – спросил Бобр.

— И этот туда же… — усмехнулся Гена. – Злой Бобр называет ди-джея ансамблем.

— Кого? – нахмурился Бобр.

— Ты ж городской почти. – улыбнулся Джордж. – А таких простых вещей не знаешь. Играет наш, местный, ди-джей Интеллигент.

— Хто? – усмехнулся Чебуратор.

— Ну Иван, тракторист… Бывший.

— Ивана знаю. – кивнул Чебуратор. – Только я его в клубе не видел.

— Так он за пультом стоит, там темно, поэтому и не видел.

— И давно он этой хренью занимается? Ну, музлом.

— Не очень, год вроде. Я его в других клубах видел, в городе. Как его… Хубр? Хибр? Не помню название…

— Так фигня же музыка-то. – вступил Борян. – Гони его в шею.

— А кто играть будет? Ты, что ли? – улыбнулся Джордж.

— Может, и я. – хмуро ответил Борян. – Чего сложного-то.

— Да я не против. – пожал плечами Джордж. – Играйте, кто хотите. У нас строгих правил нет. Только сначала Ирине покажите, что у вас там есть – ну, музыка какая. Она тут весь день сидит, до поздней ночи, за клубом следит. Приходите, ставьте кассеты, она послушает. Если нормально – поставит вашу музыку вечером.

— Лады. – кивнул Бобр. – Я хочу попробовать. А то достала эта фигня уже.

— Достала – сам делай. Никто не мешает. Я только рад буду.

— А я не буду. – сказал Борян. – Нахрен этой фигней заниматься, музыкой вашей. Я отдохнуть пришел.

— Ну так отдыхай. – немного нервно ответил Гена. – Чего вы к Джорджу-то пристали? Он молодец, старается, организовывает тут все, а вы ноете только. Не нравится – идите домой.

— А тебе самому нравится, что ли? – насупился Борян.

— Тебе какая разница, нравится мне или нет? – ответил Гена. – В целом – да, в деталях – нет. Музыка – через раз. Иногда такая муть, когда транс особенно. А когда хип-хоп – хорошо, я люблю хип-хоп.

— Сам не хочешь попробовать? – спросил Джордж.

— Не, спасибо. – улыбнулся Гена. – Я – слушатель, и критик иногда. Играть – не мое.

— Ну как хочешь. – улыбнулся в ответ Джордж, затем обратился к школьникам. – Ну что, конфликт исчерпан?

Школьники посмотрели друг на друга, не решаясь взять на себя ответственность за общее мнение.

— Исчерпан, исчерпан. – недобро улыбнулся Ганс. – Вы идите, мы тут еще курнем, и тоже подтянемся.

Компания удалилась, оставив наших героев среди автомобилей.

— Ну что, идем? – неуверенно спросил Кузяра. – Вроде нормально все Джордж растолковал. У меня есть немного монет на кармане, возьмем там чего-нибудь, посидим, отдохнем…

— Ну ты баклан. – покачал головой Ганс. – Тебя залечили, как фраера, ты хлебало и разинул. Клуб они тут устроили, коммерцию развели, о нас беспокоятся, деревню с колен поднять хотят. Знаю я! Скоро ничего от дискача не останется, все сметут городские, а мы у разбитого корыта будем сопли жевать!

— Э, ты чего… — с сомнением в голосе сказал Вовик. – Хорош бухтеть, пошли отдыхать.

— Ну идите, я вас не держу. – ответил Ганс. – Сдулись, как лохушки беспонтовые.

— Да ну его. – махнул рукой Хаммер. – Пошли пацаны.

Компания нерешительно, мелкими шажками, стала отходить от автомобилей в сторону клуба.

— Ганс, хорош. – Кузяра чуть задержался. – Пошли.

— Щас-щас, приду. – улыбнулся Ганс. – Есть у меня еще одна идейка, как им праздник подпортить.

— Нафига оно тебе? Чего, как маленький-то? Опять харкаться будешь? Какой смысл?

— Ну, тебе может и никакого, а я не согласен.

— А чего тогда язык в жопу засунул, когда Джордж тут был?

— Иди, от греха.

Кузяра тяжело вздохнул, но, зная тяжелый упрямый характер Ганса, повернулся и поплелся вслед за друзьями.

— Идейка, идейка… — повторял Ганс, прохаживаясь вдоль рядов автомобилей. – Ну я вам щас…
Теги:
Хабы:
Всего голосов 107: ↑37 и ↓70 -33
Просмотры 10K
Комментарии Комментарии 111