Если есть возможность в выходные отдыхать, а не работать — это очень круто. А если получается отдыхать с пользой — это круто вдвойне. Как? — например, читая классные книги.
Мы, издательство ITSumma Press, постоянно ищем интересные и полезные иностранные книги, которые еще не переведены на русский язык. Я, например, частенько слушаю аудиоверсии не-технических книг, которые помогают разобраться в сложных темах без специального образования. И обзоры самых интересных находок время от времени я буду представлять здесь. Если какая-то книга многим покажется занимательной, мы поставим её в очередь на перевод!
Ну, а пока — первый выпуск "ITS книгобзор". Сегодня расскажу вам, почему прямохождение стало причиной появления выдающейся женской груди и от том, как понять, роботы — это поставщики прав и свобод или их потребители. Поехали!
Название: Unbound: How Eight Technologies Made Us Human and Brought Our World to the Brink
Автор: Richard L. Currier
Год издания: 2017
Доктор наук в области социокультурной антропологии, профессор в Беркли, Карриер последовательно и в деталях рассказывает о наиболее значимых, с его точки зрения, технологиях, которые кардинально повлияли на развитие человечества. Автор доступно показывает траекторию изобретений и анализирует последствия их появления для экономики, политики и этики. Сегодня расскажу вам самое запоминающееся о первых двух технологиях, а остальное и в деталях вы узнаете, если прочтёте оригинал.
Итак, палка. Она, родимая, была первой технологией человека. Для выкапывания корешков и сражения с врагами. Она же послужила тому, что мы стали прямоходящими. Хотя после выхода книги выдвигалась и другая теория. Кстати, по гипотезе Карриера, именно женщины начали использовать палку как инструмент.
Карриер довольно подробно останавливается на развитии сексуальных и семейных отношений. Например, вследствие прямохождения женские половые органы оказались скрыты от глаз — и у самок человека молочные железы стали ярко-выраженными не только во время вскармливания потомства, но на протяжении всей половозрелой жизни. Автор рассказывает также, как мы пришли от полиамории к моногамии и почему секс перестал отвечать лишь репродуктивным задачам.
Огонь удостоился отдельной главы. Из-за него мы потеряли волосяной покров по всему телу, развили новую функцию у самого большого нашего органа (хотя мы все знаем, что размер — не главное) и оптимизировали пищеварительный тракт.
Автор, конечно же, останавливается и на печатном станке, и на часах, и на автомобилях. И приводит удивительные истории о том, как изобретение отдельного индивидуума может развернуть историю планеты на 180 градусов.
Отличная книга: научные теории и доказательства излагаются так легко и понятно, что даже дедушка на пенсии поймет, о чем речь. После прочтения\прослушивания у вас будет чёткое понимание, как мы спустились с деревьев и полетели в космос, по пути превратившись в любвеобильных невротиков и трудоголиков.
Актуальной книга будет всегда. Особенно, как мне кажется, для родителей. Прочитайте и узнаете, что отвечать на многочисленные детские «Почему?»
Название: Robot Rights
Автор: David Gunkelm
Год издания: 2018
Автор детально разбирает современные популярные подходы к вопросу прав роботов. Основной корпус книги посвящен четырем комбинациям пары «могут иметь права» — «должны иметь права»:
1) могут, но не должны,
2) могут и должны,
3) не могут, но должны,
4) не могут и не должны.
Важно понимать, что до сих пор нет единого мнения о том, что\кто такие роботы. На это в огромной степени повлияли следующие факторы:
sci-fi кинематограф и литература с многочисленными терминаторами, единым разумом и тп.
сверхбыстрое развитие науки и технологий, которые с каждым годом подкидывают нам новые вер��ии электронных созданий.
многообразие функций и задач новых девайсов: от тостера для поджаривания хлеба до электронной собаки для эмоционального восстановления. Автор напоминает, что главное отличает tools от machines. Если первые заменяют предыдущие версии инструментов и выполняют грязную, тяжелую, унизительную работу (вспомнилось, что в английском это называется 3D works – dangerous, dirty, demeaning), то machines заменяют самого человека. И не только на рабочем месте, но и в социуме — норовят его полностью заместить, а то и поработить.
Во-вторых, остаются разногласия по поводу самой природы прав и их значения относительно роботов. Ганкел приводит отсылки ко множеству научных работ, где роботы рассматриваются не только в качестве потребителей (consumer) прав и свобод, но и в качестве поставщиков (producer).
Однако, хотя автор и не выделял это в отдельную проблему, все же главным затруднением в вопросе прав роботов видится то, что человек предрасположен наделять вещи человеческими качествами. В список significant others уже входят не только роботы-компаньоны, но даже современные пылесосы. Татьяна Черниговская как-то рассказала, как ее подруга постоянно норовила включить в комнате свет, чтобы пылесосу было светло убираться. Появился даже принцип «when in doubt, treat as a human».
Казалось бы, проблема не стоит нашего внимания, ведь нужно лишь:
четко разъяснять потребителям, что перед ними кусок дорогого пластика и проводов;
подчеркивать целевую детерминацию роботов — они созданы для того чтобы копать\вычислять\грузить денно и нощно;
корректно выбирать названия для новых изобретений.
И вуаля, мы сумеем предотвратить эмоциональную привязку к роботам. Глядишь, мы перестанем извиняться перед своим автомобилем за колдобину на дороге или ласковым голосом упрашивать телефон удержать заряд в сорокоградусный мороз.
Но не все так просто. Автор приводит занятные примеры, когда даже эмоционально подкованные и просвещенные военные отказывались от машин-саперов, не желая видеть, как последние «страдают». Люди продолжают относиться к машинам как к живым существам. Хотя, вспоминая знаменитый Chinese Room Argument, нам пора бы уже усвоить: даже если кажется, что тостеру больно, когда мы, например, резко дергаем его за шнур, это еще не означает, что тостеру действи��ельно больно. Вообще, дихотомия being vs. appearing проходит красной нитью через всю книгу.
Книга заканчивается тем, что, возможно, нам стоит защищать права роботов даже не столько ради самих роботов (как в случае с животными, например), а ради самих людей:
люди относятся к роботам так же, как они относятся к людям. И даже аристотелевский катарсис не работает: если человек выпустит гнев на робота, не факт что этот человек станет ангелом в общении с живыми людьми.
несмотря на то, что взрослые люди понимают, что робот – это механизм в обличье homo sapiens, они все равно должны к ним относиться как к людям. А все потому, что дети берут со взрослых пример и, не видя разницу между роботом и человеком, будут относится к людям так, как их родители\взрослые относились к роботам.
Еще больше новостей про интересные книги, книжную индустрию и разной полезной информации в нашем новом телеграм-канале ITSumma Press — Книжная Среда. Наши редакторы делятся прочитанным. Обсуждать тоже можно — в сопутствующем чате. Присоединяйтесь!