Ошибка при интегрировании накапливается. Писал код интегрирования орбит по методу Адамса, ошибка интегрирования накапливалась приблизительно пропорционально квадратному корню из числа итераций. Например за миллион итераций ошибка увеличивалась с 10-15 до 10-12. Но это при интегрировании планетных орбит в Солнечной Системе, т.е. без тесных сближений. При тесных же сближениях (например сближение астероида Апофис с Землей), ошибка накапливается намного-намного быстрее. Так что, на мой взгляд, Марк Рейман что-то недоговаривает.
Масса всего на 5% уменьшилась, так что сильно не расшвыряло, хотя какие-то пертурбации все равно произошли. Если какое-то тело вращалось по круговой орбите вокруг черных дыр, то оно стало вращаться по слегка эллиптической орбите. А вот если орбита была высокоэллиптической, и в момент слияния ЧД тело находилось вблизи периастра, то его вполне могло выкинуть из системы.
А как-то можно оценить количество уровней, если за основу брать не число 3, а скажем 4? Насколько меньше уровней нужно будет взять, чтобы сравниться с числом Грэма? 63 или 63,9999999...?
Теоретически можно, практически тоже. Нагреть лёд до плюсовой температуры, большинство газов при этом улетучится. То что останется можно абсорбировать активированным углём или другим фильтром. Ну и, наконец, дистилляция.
Еще такой момент подсказывают микробиологи: чтобы грунт стал почвой, пригодной для земледелия, в его составе должна быть не только органика, но и нужные бактериальные культуры. Необходимый набор культур содержит навоз травоядных животных, а вот «продукты» человеческого происхождения для этого не очень подходят.
В книге этот момент рассмотрен.
На самом деле я даже выбрался наружу, чтобы собрать мешки с дерьмом, выброшенные экипажем до отлета. Полностью обезвоженное, это конкретное дерьмо уже не содержит живых бактерий, однако в нем сохранились сложные белки, и оно может стать ценным удобрением. А если добавить воды и активных бактерий, они быстро заселят его, заменив своих собратьев, безвременно погибших в Туалете Судного дня.
Я нашел большой контейнер, налил в него немного воды, положил сухое дерьмо. И теперь добавляю туда мое собственное. Чем хуже пахнет, тем лучше обстоят дела. Бактерии за работой!
Когда я добуду марсианскую почву, то добавлю в нее дерьма и распределю ровным слоем, затем посыплю сверху земной почвой. Можно подумать, что земная почва не имеет особенного значения, однако это не так. В ней обитают десятки видов бактерий, необходимых для роста растений. Они размножатся и распространятся, как… ну, как бактериальная инфекция.
Кто-то усмотрел в этом глубокий антироссийский пропагандистский замысел. Но, как мне кажется, нелюбовь к русским — это у Энди Вейера что-то личное. За всю книгу у него упоминается советская и российская космическая программа пару раз, и с довольно необоснованными наездами.
В интервью Энди Вейер попытался объяснить этот момент:
В экипаже «Ареса 3» есть американские астронавты и один космонавт из Евросоюза, но нет русских. Когда NASA ищет ракету, способную добраться до Марса, они обращаются за помощью к китайцам и опять игнорируют Роскосмос. Почему? Неужели в вашей версии будущего Россия утратила интерес к подобным проектам и самоустранилась из полёта на Марс? А может, русские космонавты были в командах первых двух экспедиций?
Описанная в книге программа «Арес» — это совершенно вымышленная концепция пилотируемой миссии на Марс. Я специально сделал её достаточно похожей на «Аполлон», чтобы вызвать у читателей ностальгию. Если бы всё это происходило на самом деле, я уверен, что это была бы крупная международная программа наподобие МКС. В неё наверняка были бы вовлечены NASA, Роскосмос, Европейское космическое агентство и, скорее всего, Японское агентство аэрокосмических исследований. Надеюсь, китайцы тоже были бы в деле. Это очень дорогое и сложное предприятие, так что, думаю, для его осуществления потребовались бы усилия многих стран.
В «Марсианине» Марк Уотни утверждает, что советские космические корабли — смертельные ловушки. Почему у него (и у вас) такое мнение? Ведь за всю историю полётов в космос погибло лишь четверо советских космонавтов, в то время как NASA потеряло семнадцать астронавтов.
Самый надёжный космический корабль в истории — это современный российский «Союз». Поэтому Марк и говорит о советских, а не российских аппаратах.
Но советские космические корабли действительно были самыми опасными в истории. За достаточно небольшой период времени погибло два экипажа (Волков, Пацаев, Добровольский на «Союзе-11» и Владимир Комаров на «Союзе-1». — Прим. МирФ), в то время как NASA потеряло два корабля за 135 пусков («Челленджер» в 1986 году и «Колумбию» в 2003-м. — Прим. МирФ). К тому же надо учесть ещё и смерти на земле. При пожаре на «Аполлоне-1» (27 января 1967 года. — Прим. МирФ) погибло трое астронавтов, а взрыв ракеты «Восток» в 1980-м погубил 48 жизней.
Я прошу прощения у моих российских читателей, которых задела эта фраза, но факт в том, что советская космическая программа была не в пример опаснее, чем современная российская.
А в какого именно бога вы верите? Конфессий много, и понятие бога в каждой из них противоречит другим, а зачастую и самой себе. Почему именно Бог, а не боги? Ведь когда-то доминировало язычество = многобожие.
(Я не пытаюсь вас уязвить, мне действительно интересно как вы для себя это объясняете.)
< /offtop>
В книге этот момент рассмотрен.
В интервью Энди Вейер попытался объяснить этот момент:
Отсюда.
(Я не пытаюсь вас уязвить, мне действительно интересно как вы для себя это объясняете.)
Астрономия, 11 класс.Природоведение, 3 класс.