Наверное, во все века были переводчики-буквалисты и переводчики-«вольнодумцы». Последние чувствовали себя совершенно вправе изменять текст, перекопмоновывать его, выбрасывать одни куски и дописывать другие. А перед современными исследователями стоит типичный вопрос: «Что детально произошло во время трансформации оригинала? Что вычеркнуто, что сохранено, что переделано, что дописано?»

Перед тем, как вчитываться в тексты со всей тщательностью, хотелось попробовать отдать их роботам на предварительную проработку. Надежд на роботов у нас было мало, однако помощь от них мы получили существенную. О том, как мы заставили Google Translate и Яндекс.Переводчик тягаться в работе над греческим текстом «Невидимой брани», читайте под катом.

Среди верстальщиков есть спор с долгой историей (почти как между «остроконечниками» и «тупоконечниками»): надо ли автоматически проставлять неразрывные пробелы после всех однобуквенных союзов и предлогов. Мне захотелось вставить свои «пять копеек» и кратко изложить третий вариант, но пришлось копнуть чуть глубже. Получилось про абзац в целом.

InDesign, безусловно, является флагманом в индустрии вёрстки. Но, проработав в нём немалое количество времени, я вернулся к старому доброму TeX'у, с которым познакомился ещё во время своей учёбы в университете. Почему так вышло? Почему от понятного WYSIWYG-редактора я ушёл к языку разметки, и от продукта, поддерживаемого мощнейшей компанией Adobe — к программе, код которой давно заморожен, и лишь появляются новые пакеты, написанные волонтёрами?

История началась с того, что InDesign меня обидел тем, что начал нагло врать в глаза.