Эта статья будет простой и короткой. Однако, на мой взгляд, она будет очень важна для аналитиков, которые занимаются описанием активностей. При этом не важно каких — будь то процессы, происходящие в ядерном реакторе, или процессы, происходящие на предприятии, — все они моделируются единообразно. Я попытаюсь в очередной раз об этом поговорить, но на сей раз — без сложных теоретических отступлений.
![](https://habrastorage.org/r/w780q1/files/e4a/677/e23/e4a677e234bc49f8a9f57c94e81dd33d.jpg)
Итак, есть некая активность. В мифологическом сознании первобытного человека за каждым действием стоит сознательное существо. Например, если течет, то делает это живое существо — река, если светит, то делает это живое существо Солнце. Поэтому в мифологическом сознании у каждого действия есть сознающий себя актор, который это действие выполняет. И мы можем сказать, что назначение (функция) этого актора — делать это действие. Я специально говорю о том, что все это происходит только в рамках мифологического сознания. Например, машина едет по дороге только в рамках мифологического сознания, потому что на самом деле машина не обладает волей и не может куда-то ехать. Наш язык настроен на отражение мифологического сознания, поэтому нам так сложно мыслить иначе. Например, можно было бы сказать, что участником активности является машина и дорога, в результате этой активности машина постоянно перемещается по дороге, но мы, одушевляя машину, говорим о том, что это делает именно машина. Таким образом, назначение машины в рамках мифологического сознания — ехать, или в рамках мифологического мышления функция машины — ехать. (хотя мы могли бы с тем же успехом одушевить колесную пару и сказать, что ехать — это функция колесной пары, а не машины). Замечу, что назначение как и функция — не имеет начала и конца в рамках существующего контекста.
В рамках того же мифологического сознания, если мы не знаем актора, но видим, что происходит нечто, то мы говорим о действии, которое происходит само по себе, и называем его процессом. Например, если мы видим пламя, то говорим, что идет процесс горения. При этом, если мы выяснили, что идет сжигание попутного газа, то мы можем, одушевив попутный газ в рамках мифологического сознания, сказать, что функция попутного газа — гореть. Мы можем также выяснить, что сжигание происходит при помощи специального факела, и, одушевив факел, мы говорим, что функция факела — сжигать попутный газ. Все ровно так же, как с машиной и колесной парой — что одушевили, то и делает: попутный газ, или факел. Я хочу подчеркнуть, что процесс — это функция без актора, и, также как функция, — не имеет начала и конца в рамках существующего контекста.
Иногда нам надо сказать об активности, которая имела начало и конец. В мифологическом сознании это действие также делает одушевленный актор, например, вулкан выбросил лаву. При этом описание активности в виде операции не есть описание активности в виде функции. Например, в мифологическом сознании функция Солнца — давать тепло. Но допустим, что в какой-то момент Солнце взрывается. В рамках мифологического сознания это происшествие не есть функция Солнца, — это операция, совершенная Солнцем. Описание активности в виде операции также не есть описание активности в виде процесса.
Иногда мы говорим о последовательности действий — сначала делается одно, потом второе, потом третье и тд. Такое описание активности — есть сценарий. При этом описание активности в виде сценария не есть описание активности в виде функции, или в виде процесса.
Иногда мы говорим о типовой последовательности действий. Например, мы говорим, что при пожаре надо действовать определенным образом. Тогда мы говорим о модели сценариев, или о регламенте. Регламент есть модель моделей активностей. При этом очень часто регламент путают с процессом, пытаясь одним словом назвать модель активности и модель модели активности. Это является грубой логической ошибкой.
В ООП мифологическое сознание проникло в виде методов, которые должны выполняться определенными объектами определенных классов. В статье Мир есть совокупность фактов, а не вещей об этом хорошо написано. Нам трудно мыслить вне рамок мифологического сознания и потому кажется естественным, что объект класса «машины» обладает методом «ехать». Но по сути своей — этот способ мышления — попытка одушевить неодушевленное.
Спасибо за внимание. Я, как и обещал, был краток.
![](https://habrastorage.org/files/e4a/677/e23/e4a677e234bc49f8a9f57c94e81dd33d.jpg)
Итак, есть некая активность. В мифологическом сознании первобытного человека за каждым действием стоит сознательное существо. Например, если течет, то делает это живое существо — река, если светит, то делает это живое существо Солнце. Поэтому в мифологическом сознании у каждого действия есть сознающий себя актор, который это действие выполняет. И мы можем сказать, что назначение (функция) этого актора — делать это действие. Я специально говорю о том, что все это происходит только в рамках мифологического сознания. Например, машина едет по дороге только в рамках мифологического сознания, потому что на самом деле машина не обладает волей и не может куда-то ехать. Наш язык настроен на отражение мифологического сознания, поэтому нам так сложно мыслить иначе. Например, можно было бы сказать, что участником активности является машина и дорога, в результате этой активности машина постоянно перемещается по дороге, но мы, одушевляя машину, говорим о том, что это делает именно машина. Таким образом, назначение машины в рамках мифологического сознания — ехать, или в рамках мифологического мышления функция машины — ехать. (хотя мы могли бы с тем же успехом одушевить колесную пару и сказать, что ехать — это функция колесной пары, а не машины). Замечу, что назначение как и функция — не имеет начала и конца в рамках существующего контекста.
В рамках того же мифологического сознания, если мы не знаем актора, но видим, что происходит нечто, то мы говорим о действии, которое происходит само по себе, и называем его процессом. Например, если мы видим пламя, то говорим, что идет процесс горения. При этом, если мы выяснили, что идет сжигание попутного газа, то мы можем, одушевив попутный газ в рамках мифологического сознания, сказать, что функция попутного газа — гореть. Мы можем также выяснить, что сжигание происходит при помощи специального факела, и, одушевив факел, мы говорим, что функция факела — сжигать попутный газ. Все ровно так же, как с машиной и колесной парой — что одушевили, то и делает: попутный газ, или факел. Я хочу подчеркнуть, что процесс — это функция без актора, и, также как функция, — не имеет начала и конца в рамках существующего контекста.
Иногда нам надо сказать об активности, которая имела начало и конец. В мифологическом сознании это действие также делает одушевленный актор, например, вулкан выбросил лаву. При этом описание активности в виде операции не есть описание активности в виде функции. Например, в мифологическом сознании функция Солнца — давать тепло. Но допустим, что в какой-то момент Солнце взрывается. В рамках мифологического сознания это происшествие не есть функция Солнца, — это операция, совершенная Солнцем. Описание активности в виде операции также не есть описание активности в виде процесса.
Иногда мы говорим о последовательности действий — сначала делается одно, потом второе, потом третье и тд. Такое описание активности — есть сценарий. При этом описание активности в виде сценария не есть описание активности в виде функции, или в виде процесса.
Иногда мы говорим о типовой последовательности действий. Например, мы говорим, что при пожаре надо действовать определенным образом. Тогда мы говорим о модели сценариев, или о регламенте. Регламент есть модель моделей активностей. При этом очень часто регламент путают с процессом, пытаясь одним словом назвать модель активности и модель модели активности. Это является грубой логической ошибкой.
В ООП мифологическое сознание проникло в виде методов, которые должны выполняться определенными объектами определенных классов. В статье Мир есть совокупность фактов, а не вещей об этом хорошо написано. Нам трудно мыслить вне рамок мифологического сознания и потому кажется естественным, что объект класса «машины» обладает методом «ехать». Но по сути своей — этот способ мышления — попытка одушевить неодушевленное.
Спасибо за внимание. Я, как и обещал, был краток.