В одной из своих прошлых статей я достаточно подробно рассмотрел вопрос о том, каким именно образом наш мозг экономит энергию и к каким именно практическим последствиям это приводит.
Данная статья является дополнением, в которой подробнее рассмотрен лишь один практический аспект этой экономии – а именно склонность нашего мозга:
во-первых, везде находить аналогии – то есть сводить любой опыт к тем или иным моделям
во-вторых, везде находить строгие причинно-следственные связи – объяснения по какой причине произошло то или иное событие.
И рассмотрен этот аспект будет в связи с распространённостью и частотой той самой логической ошибки, которая и вынесена в заголовок статьи – post hoc ergo propter hoc. С латинского языка эта фраза переводится как «после этого – значит из-за этого».
И её смысл в том, что чаще всего в случае отсутствия дополнительных волевых и сознательных усилий со стороны человека, мозг последнего склонен сваливаться в создание многочисленных ложных причинно-следственных связей – в нахождение ложных причин/обоснований наступления тех или иных событий.
Связано это с тем, что сама модель работы мозга требует нахождения ПРИЧИНЫ для любого значимого факта. И потребность эта биологическая. Она основана на обоснованном желании по максимуму избегать повторения негативных для индивида событий и по максимуму же увеличивать вероятность наступления событий позитивных.
Пока причина наступления значимого события не найдена – человек чувствует себя неуютно.
И нужно признать, что для большинства простых событий эта модель неплохо работает:
«тронул пальцем пчелу – она ужалила – больно». Пчела – причина боли, лучше её не трогать.
«съел спелую гр��шу – сытно – хорошо. Спелая груша – ценный источник еды, стоит их искать и есть.
Но эта модель полностью перестаёт работать там, где у человека по умолчанию недостаточно данных для полноценного анализа – где его картина мира неполна. Или где речь идёт о так называемых «случайных событиях»:
Я никогда не выигрывал в лотерею, а сегодня выиграл. Что же сегодня было другим? О, я же сегодня одел новые носки – мне дорогу перешёл рыжий кот – мне улыбнулась продавщица. Всё понятно: эти новые носки, рыжий кот, улыбка продавщицы приносят удачу.
Вчера в деревне Михаил справил нужду прямо в реку, а сегодня река вышла из берегов и затопила полсела. Всё понятно, во всём виноват Михаил, а в реку гадить нельзя – это приводит к наводнению.
Собственно то, что в просторечии принято называть «магическим мышлением» в основе своей опирается именно на эти, встроенные в человека на автоматическом уровне, механизмы.
А именно: мозг находит корреляцию и присваивает ей значение причинно-следственной связи, отбрасывая всë остальное.
Есть показательный эксперимент Хайдера-Симмеля 1944 года, который позднее более десятка раз повторялся.
Суть эксперимента в следующем: человеку показывается анимированный ролик со случайно движущимися абстрактными геометрическими фигурами.
Любой человек в перемещениях геометрических фигур обнаруживает сюжет (то есть причинно-следственные связи – которых на самом деле нет), наделяет объекты человеческими чертами и расценивает их взаимодействия как социальные.
Heider and Simmel (1994) animation
При этом этот и другие эксперименты указывают на то, что люди интуитивные антропоцентристы. Что люди склонны к гиперкогнитивности, то есть к абсолютизации психики и мышления.
Например, в одном из экспериментов детям показывали изображение скалы и парящих над нею птиц. После чего спрашивали: «Почему у скалы острая верхушка?». Большинство детей выбирали ответ: «Потому что скала не хочет, чтобы на нее садились птицы», а не «Потому что так сложились частицы камня».
Поэтому важно понимать, что сознание каждого из нас доверху наполнено ложными взаимосвязями, неверными оценками, что какие-то факты являются реальными причинами каких-то событий.
И это верно не только для обывателей, но и для специалистов.
В частности, обратите внимание на то, что говорят очень и очень многие психологи и психотерапевты: «все наши проблемы из детства», «нужно искать корни ваших проблем в детско-родительских отношениях», «нужно понять, какой именно опыт привёл вас в текущую точку».
Альфред Адлер во многом именно в детском опыте искал причины формирования того или иного «стиля жизни». Эрик Берн в том же самом детском опыте пытался найти причины формирования у человека того или иного «жизненного сценария». Именно в детском опыте многие психологи пытаются отыскать причины формирования той или иной «картины мира». Тема так называемых «детских травм» и необходимости их проработки стала притчей во языцех.
Тем не менее, все эти причинно-следственны�� связи вида:
«ты стал таким, потому что у тебя в детстве было событие X»
«ты стал таким, потому что ты рос в среде Y»
«ты стал таким, потому что с тобой в жизни произошло Z»
Кажутся крайне убедительными только до той поры, пока мы не обнаруживаем, что множество других людей тоже переживали X или Z, или росли в среде Y – но выросли совсем другими людьми, с другими качествами личности, с другим характером.
То есть пока мы не сталкиваемся с массивом фактов, противоречащих этим гипотетическим причинно-следственным связям.
Великий психолог Карл Густав Юнг также отмечал стремление людей найти причинно-следственные связи там, где их нет. Что люди ищут «ключи не там, где потеряли» - а «под фонарём» - просто потому, что только там их легко искать.
Он отмечал, что раз мы не можем посмотреть какой механизм развития психики уже предзаложен в человеке, раз нам не виден этот план развития, а внешние события произошедшие с ним нам видны – то мы и склонны искать причины в этих самых событиях. Что, конечно, может закрывать задачи нашей психики по объяснению самим себе причин тех или иных наших черт характера – но на самом деле остаётся ложным объяснением.
Карл Густав Юнг вообще абсолютизировал этот вопрос. Он сравнивал развитие человеческой психики с человеческим телом.
Как известно, наше физическое тело строится на основании предзаданного плана. Ваши пищевые привычки, скажем едите ли вы больше мяса, молока, злаковых или овощей, не влияют на то каков у вас будет цвет ��лаз, какова будет длина ваших пальцев, какова будет форма ваших ушей. Потому что физическая пища не усваивается нами как есть. Она распадается внутри нашего организма на мельчайшие элементы, из которых потом и формируется наше тело.
Только лишь серьёзные болезни, сильные травмы, гипер- или авитаминоз способны внести коррективы в то, каким получится в результате тело человека.
Точно такова же ситуация, по его мнению, и с нашим психическим. Что психический опыт не усваивается нами огромными кусками, как не усваивается целиком кусок сыра или ломоть хлеба, а распадается внутри нас на микроскопические частицы опыта. И что на самом деле именно наша предрасположенность к чему-либо в первую очередь и определяет, что именно из происходящего с нами мы отметим, как более значимое, а что пройдёт практически мимо нашего восприятия; что мы запомним, как важное событие, а что быстро уйдёт из нашей памяти.
С точки зрения Юнга точно так же, как физическое тело пытается изъять из еды именно нужные ему элементы для того, чтобы построиться по предзаданному плану, так же и наша психика в первую очередь усваивает и отмечает в качестве наиболее значимого именно тот опыт, который помогает ей выстроиться согласно уже имеющейся предрасположенности.
Я не буду полностью солидаризоваться с этой крайней позицией К.Г. Юнга. Но отмечу, что вижу в ней, действительно, много верного по отношению к той позиции, которую занимают психологи, пытающиеся бесконечно искать и «прорабатывать» детские травмы – как главные, а то и единственные источники формирования человеческой личности.
В заключении же отмечу, что такую особенность своей собственной психики – как встроенное желание найти хоть какую-то, пусть даже ложную, но понятную причину наступления любого значимого в жизни события – важно понимать и знать.
Для того, чтобы в действительно важных для вас вещах волевым и сознательным усилием всё же откидывать «ложные причины» и пребывать в столь неудобном и неприятном состоянии неопределённости.
И, соответственно, принимать решения по поводу этих самых важных вещей с учётом неопределённости, а не опираясь на иллюзии и ложную картину мира.
Автор: Алексей Письменюк
