Аудио на Youtube или Яндекс.Музыке (сделано в ElevanLabs)

Глава 1. Бар

У кого-то кризис среднего возраста начинается с мотоцикла и любовницы. У кого-то — с дауншифтинга на Гоа, у кого-то со смены работы или с зачастивших попоек.

Игорю стукнуло тридцать пять. Возраст мерзкий: уже поздно мечтать, что тебя возьмут джуном и через год сделают директором, но еще рано гордо называть себя старым волком рынка.
Последние лет 5 рынок ИТ пер как трактор, и никакие кризисы и внешние потрясения этому не мешали. Казалось бы: сиди, разуйся и греби бабло. На деле же картинка оставалась картинкой: все равно что смотреть на чужую виллу через забор, стоя на улице. То, что внешне похоже на сказку, часто оказывается похуже галер, и не особо утешает, что галеры эти швартуются прямо напротив Москва-Сити.

Нет, Игорь, не ощущал себя рабом на веслах. Скорее тем чуваком, что отбивает ритм для гребцов, — уставшим, злым и слегка треснутым внутри. Да, рабы стоят ниже и трудятся на износ, но чуть выше по палубе стоит надсмотрщик с кнутом, властью и возможностью наказать в любой момент — повод даже не нужно придумывать. Этот точно не уступит должность. По крайней мере, просто так…

Кроме позиции и барабана (а может, бубна?) у Игоря была мечта — маленькая и жалкая. Сменить галеру на уютную яхту, так чтобы без начальников-мудаков, без бесконечных правок и KPI, чтобы платили как в красивых историях на LinkedIn, а график был как в рекламе «фриланс с пляжа».

Мечта эта жила в промежутке между папкой «Резюме 2025» на рабочем столе и пятничным пивом.

Песню про пятницу и то, как ее должен проводить каждый приличный менеджер, Игорь, конечно же, знал. Хотя его пятницей было воскресенье.

Один и тот же столик у стены, одни и те же две кружки подряд, потом еще две. Иногда компанию составлял Леха, «молодой и перспективный» айтишник, но с семейной нагрузкой. Леха присоединялся редко, ибо положение главы семейства обязывала регулярно вывозить это самое семейство за город. С определенной частотой, в идеале — каждые выходные. В этом плане Леха очень старался. Но раз в пару месяцев случались-таки важные дела и возникал повод остаться в городе. Тогда и происходило то самое воскресное пиво.

Сценарий всегда был один: короткий обмен новостями, кто пришел-ушел, что происходит по рынку. Затем — традиционная секция: «Кого ж они набирают? Да еще на такие зарплаты!» — завершалась она непременным: «Вот мы уйдем, и все развалится!» Как подтверждение решимости у Игоря в ящике рабочего стола даже заявление лежало — только дату впиши.

После открывалась жалобная книга, даже не книга — энциклопедия вселенской несправедливости. Друзья-коллеги по очереди изливали накопившееся недовольство: сотрудники — переоцененные дебилы, заказчики — зажравшиеся засранцы, руководство — тут вообще непонятно, на хрена оно нужно, вместо управления хаос, отчетность рисованная… Царь-то — он, конечно, хороший, а вот бояре… но ничего, он найдет на них время и хорошенько подпалит им жопы, а мы-то заживем!

На этой позитивно-мечтательной ноте они обычно заканчивали. Леха внимательно считал свои позиции в чеке, причитая о постоянно растущих ценах; чаевые он не оставлял. Принципиальная позиция.

Второе пиво Игоря подходило к концу; компаньон сегодня в очередной раз приносил свое время в жертву огородно-дачному богу. Игорь лениво скроллил ленту в телефоне, вполглаза разглядывая посетителей заведения.

За ближайшим столиком парочка зумеров пила что-то из трубочек, залипая в телефонах. Наверняка что-нибудь безалкогольное.

За большим столом гудели дядьки-скуфы, по формам напоминающие колобков-тяжеловесов. Водка-закуска, периодически — дружный громкий гогот. «Блин, а они же старше меня лет на десять, — подумал Игорь, — Неужели и я так буду выглядеть? — он глотнул пива, незаметно потрогал свой живот — пресс в глубине прощупывался, а жирок можно и согнать… — Нее… у меня точно все будет по-другому. Кстати, с понедельника нужно точно начать бегать. Вот сосед-пенсионер, каждое утро, как по расписанию…»

Зарядку соседа Игорь и правда несколько раз наблюдал — точнее, ее финальную часть, — стоя у окна с кофе и сигаретой в отчаянных попытках проснуться.

…У стойки черноволо��ая девушка в зеленых джинсах с кем-то активно разговаривала по телефону и, судя по выражению лица и жестикуляции, — ругалась. Игорь сосредоточился, вгляделся: если приблизительно понимать, что говорит человек, можно читать по губам без специальной тренировки.

Звонок девушка закончила эффектным:

— Иди на хуй! — ткнула пальцем по экрану и бросила аппарат на стойку.

И тут заметила, что за ней наблюдают. Обычно люди вроде Игоря в такие моменты отводят взгляд, но он, уже разогретый пивом, продолжал пялиться. Девушка возмущенно вскинула брови и лицом, как умеют абсолютно все женщины, изобразила вопрос: «Что?»

В ответ Игорь изобразил пантомиму из тычка указательным пальцем в неначатый стакан пива, а потом на место напротив. Девушка подошла, села и выпила два больших глотка.

— Ну, все мужики — козлы? — не удержался Игорь.

Она посмотрела на него, прищурилась и спокойно добавила:

— А все бабы — суки.

— И не поспоришь!

Оба рассмеялись. Сначала осторожно, потом по-настоящему.

— Аня.

— Игорь.

— Закажи мне еще пива!

Разговор пошел сам: про людей, про отношения, и, конечно, про работу.

— …Да заебался я уже вкалывать на этих уродов. Сейчас проект закончу, строчку в резюме добавлю — и адьос! Пусть сами делают. А то мне корячиться, а им то это не так, то здесь сроки, то тут нужно переделать! Ни одного нормального документа, все, блин, на коленке и у меня в голове. Вот брошу заявление на стол, посмотрим, как Вадик запоет.

Игорь жаловался, Аня слушала. Поддакивала вовремя, будто знала заранее, что он скажет.

— Слушай, вот свалишь ты от этих мудаков, другие найдутся. Ну, будет не бестолковый Вадик, а хитрожопый Артем. Те же яйца, только в профиль.

— Ну, знаешь, я все-таки надеюсь, что есть нормальные. Ну… пишут же в книгах про корпорации на Западе, что у них там культура компании, эти, как их… голубые организации.

— Бирюзовые, — поправила Аня.

— Да, хоть розовые — главное, чтоб мозги не ебали!

Игорь мечтательно откинулся на спинку стула. На столиком повисло молчание. Аня хлебнула из стакана и заметила:

— Знаешь, а меня радует твоя позиция — этакий настрой на позитив, не как у большинства озлобленных на жизнь менеджеров. — А потом наклонилась ближе и добавила: — Знаешь, есть одно место. Там все как ты хочешь. Без идиотских правил, без токсичных начальников. Хочешь прибавку — просто просишь. Хочешь уйти — уходишь. Главное — чтоб результаты показывал.

Она взяла салфетку, быстро нацарапала номер и протянула ему. После ряда цифр с черточками стояло имя — Олег.

— Я с первым замом знакома, адекватный мужик, поговорить точно не откажется.

Игорь изобразил на лице недоумение.

— А свой телефон напишешь?

— Не могу, извини…

— Ну, ты же час назад его на хер послала?

— А… ты про это так подумал? Нет, это подруга была. Знаешь, есть такие люди из прошлого, которые постоянного говорят про «надо чаще общаться», а сами сливаются в последний момент? Сука, уже не первый раз так…

— А… понял. — Игорь сразу скис.

— Все равно хороший вышел вечер. Мне было интересно поговорить. Не злись, вот моя доля за пиво. — Аня кинула на стол две тысячные бумажки. — Спасибо тебе за компанию!

Игорь молча кивнул, проводив неудавшееся знакомство взглядом. «Блин, но хоть заплатила, не как эти эскортницы-тарелочницы». А он-то себе уже нафантазировал продолжение, мачо хренов.

Пробегающий мимо официант получил заказ на сто пятьдесят вискаря.

Наутро Игорь ничего толком не помнил. Опять балкон, опять кофе и сигарета, сосед этот спортсмен, бесит блин. Понедельничные пробежки переносились еще на неделю.

В заднем кармане джинсов он нащупал салфетку — Олег из «голубой корпорации». Бред какой-то!

Глава 2. Заявление

Утро началось с гвоздей в голове – Игорю натурально казалось, что ночью кто-то пробрался в квартиру и забил ему в череп молотком дюжину стальных гвоздей-соток. Каждый шаг отзывался эхо-сверлением где-то за глазными яблоками.
Кофе не помог, сигарета только добила желудок, от запаха еды тянуло блевануть.

Игорь стоял перед зеркалом, разглядывая серое, помятое лицо.

— Вроде менеджер, а выглядишь как охранник в «Пятерочке» после двух смен, — пробормотал он себе.

Телефон пискнул, Игорь глянул на экран. Ну, как всегда: таксисту еще пять минут ехать, а ты стой, жди у подъезда, как Хатико. Он ткнул на экране кнопку «Я выхожу». Организм требовал пива, кофе и полноценных восемь часов сна.

Вздохнув, Игорь направился на кухню и запустил кофемашину. Три минуты бесплатного ожидания — пусть стоит! Не хер тыкать заранее упоминание о подаче. Понедельник — день тяжелый.

Офис встретил его кислым запахом с кухни и жужжанием кондиционера.
Коллеги вяло щелкали мышками, кто-то притворялся, что работает в Excel, но по глазам было видно — смотрит котиков в Телеге.

Игорь упал в пуфик рядом с рабочим столом, ткнул кнопку питания ноута, повозюкал пальцем по трекпаду, выискивая нужный документ — проект открылся, и первые цифры уже смотрели на Игоря так, будто сами знали, что им пиздец. Серьезный, жирный, в стиле «обнуляй репутацию и готовь извинения».

Документы, которые он готовил для клиента, оказались с датами прошлогоднего квартала. И да — цифры там тоже так плясали, словно это не менеджер вел рабочий проект, а бухие студенты делали курсач.

— Игорь! — голос Вадика, начальника, разрезал пространство, как сирена МЧС.

Вадик всегда орал так, будто на него смотрит весь мир, хотя обычно максимум — поглядывала бухгалтерша Таня.

— Чего? — Игорь откинулся на кресло.

— Ты что ��не тут прислал? — Вадик махал распечаткой, словно флагом капитуляции. — Это проект для «Капитал-Инвеста»? Тут даты прошлого года, цифры не бьются, и вообще, ты понимаешь, что из-за этого нас могут на хер послать?!

— Ну… бывает, — пожал плечами Игорь. — Главное ведь — вектор, стратегия. Цифры потом подтянем.

— Вектор?! — Вадик покраснел. — Ты думаешь, нас стратегия кормит?! Меня результат кормит! Результат, блядь!

Вадик был идеальным начальником для учебника по управлению: всегда прав, всегда громкий, всегда готов объяснить подчиненному, что тот — дно.

Игорь смотрел на него и, прищурившись, вспоминал вчерашнюю метафору: интересно, а как бы он выглядел в образе надсмотрщика с кнутом?

Только в реальности вместо кнута был KPI, а Slack успешно заменял барабан (или бубен, опционально).

— Ты вообще где был вчера? — не унимался Вадик. — Я тебе пишу, звоню — тишина. Бухал?

— А тебе завидно, что у меня есть личная жизнь? — усмехнулся Игорь.

— Личная жизнь? — Вадик скривился. — У менеджера? Ты охуел? У тебя не личная жизнь, у тебя команда, которая сроки профакапила!

Коллеги за соседними столами изображали активную работу, но уши у всех навострились. Игорь вдруг почувствовал, как злость вскипает в груди.

Сколько лет он слушал эти истерики? Сколько раз переделывал отчеты, сливал выходные, подчищая чужие косяки? А в ответ всегда было то же самое: «Мало», «Плохо», «Неправильно».

— Слушай, Вадик, — сказал он медленно, чувствуя, как слова становятся тяжелыми, точно пули. — Ты достал. Честно.

— Что?!

— Достал, говорю. Ты и твои вечные претензии. Ты начальник ровно настолько, насколько у тебя громкий голос. Но ты ни разу не сделал ничего сам. Ты только орешь. И знаешь что? Я устал.

Он вытащил из ящика давно припасенное заявление об увольнении. Лист бумаги оказался слегка помятый, с коричневым пятном от кофе в углу. Символично. Игорь поставил дату.

— Вот. Наслаждайся. — Он положил бумагу на стол перед Вадиком.

Вадик поднял глаза от заявления, сжал губы. Голос у него был ровный, почти спокойный:

— Ты что, ебнулся? — Вадик уставился на бумагу, как будто там был написан приговор. — Уверен, что хочешь так закончить? Двери назад могут закрыться.

Игорь уже стоял у двери, держа пальто на руке.

— Я уверен, что уже заебался открывать эти двери каждое утро.

Вадик чуть наклонился вперед, прищурился, словно делал пометку в уме:

— Ну что ж. Удачи, Игорь. Она тебе понадобится.

Игорь задержался на секунду, кивнул и тихо сказал:

— Знаю. Хорошего дня!

Он вышел из офиса, и дверь захлопнулась так, будто поставила точку в многолетних тухлых отношениях.

На улице вяло текло серое московское утро. Машины шуршали по асфальту, люди, уже получившие KPI новой недели, спешили его достичь.
Игорь вдохнул воздух, пропитанный выхлопами и дождем, и впервые за долгое время почувствовал: он свободен.

Правда, свобода эта пахла вискарем, похмельем и безработицей.

Но это все-таки была свобода.

Глава 3. Салфетка

Голова у Игоря по-прежнему раскалывалась. Вчерашний виски, увольнение и Вадиково лицо, перекошенное от злости, смешались в серую кашу. Но теперь у Игоря была «свобода». В кавычках. Потому что такая свобода всегда отдает дешевым алкоголем и холодным воздухом на лавочке в парке. Для полного погружения можно запустить одноименную песню ДДТ.

Бар, где они с Аней вчера сидели, оказался закрыт. «Выходной». Понедельник же. Ну и правильно: заведения тоже должны иногда отдыхать от таких, как Игорь.

Он зашел в «Пятерочку», взял пару банок «Жигулей» и вышел в парк. Сел на лавку. Сделал глоток. Горечь пошла по пищеводу, приглушила тревогу, и на секунду показалось, что жизнь не такая уж и плохая. Давно он вот так не сидел в понедельник, по-студенчески.

Адреналин от утренней сцены постепенно спадал. И на смену ему пришел вопрос: «А дальше-то что?»

Ну, психанул. Ну, кинул заявление. И что? Забрать и вернуться теперь? Вадик, конечно, возьмет обратно — куда он денется, специалистов таких днем с огнем… Только вот работать после этого будет невозможно: будут чмырить при каждом удобном случае и, как только проект закроется — выкинут с позором, не упустят шанса гаденько отомстить. Да и на бонусах и премиях можно сразу крест ставить.

Игорь затянулся сигаретой, выпустил дым и вспомнил про салфетку. Ту самую. С номером.

«Олег из голубой корпорации».

Хм. В конце концов, хуже уже точно не будет.

Он набрал номер. Послушал долгие гудки. Никто не взял.

— Ну, охуенно, — пробормотал Игорь. — Вот тебе и «поговорить не откажется». Наш звонок очень важен для вас! Ладно, напишу в телегу.

Открыл мессенджер, вбил номер, написал:

«Здравствуйте. Я от Ани. Хотел бы обсудить работу.»

Ответ прилетел быстрее, чем Игорь успел сделать глоток:

«Здравствуйте! Я — Олег, HR-служба. Укажите ваше ФИО и номер телефона.»

Игорь хмыкнул.

— Бот, что ли?.. Ну ладно. Опять персональные данные собирают без галочки.

Игорь вбил свои данные.

В чате появилось:

«Спасибо за обращение.
Referral source: Anna_M / +7(993)434-32-23
Lead type: Organic — Personal referral.»

«О! Блин, а вот телефончик “охотницы за головами”!» — подумал Игорь и на всякий случай добавил в контакты.

Он на автомате хотел отправить резюме из папки, но вспомнил: файл остался на рабочем ноуте.

«Блядь. — Игорь стал прикидывать, что делать: — Встретиться с Вадиком, попросить забрать? Только этого не хватало. Хотя можно Таньку попросить — бухгалтершу… Она нормальная, пришлет. Ох, как они там щас все в ахуе! Дня два эмоционировать будут вместо работы».

Пальцы сами набрали:

«А резюме?»

Ответ снова пришел быстро:

«Не требуется. Остальную информацию мы найдем сами.»

Игорь поежился.

— Сами? Это как?..

Прошло меньше двух минут, и снова упало уведомление:

«Ваш профиль не полностью релевантен вакансии. Однако руководитель готов пообщаться. Онлайн-встреча завтра в 11:00. Ссылка будет отправлена дополнительно.»

В календаре телефона появилась запись:

«11:35 Регистрация завершена. Расписание будет скорректировано.»

Игорь завис с телефоном в руках.

Пиво внезапно стало казаться слишком горьким. А слова на экране — слишком уверенными.

Он сделал еще глоток и открыл чат с Лехой.

«Прикинь, послал Вадика на хуй.»

Ответ пришел быстро, будто Леха не тратил время на эмоционирование и был ко всему готов:

«Красав��! Прям как мы с тобой обсуждали! Наконец-то. И че теперь?»

Игорь ухмыльнулся, потыкал пальцем по клавиатуре:

«Завтра собеседуюсь. В контору без мудаков. Посмотрим.»

Леха отреагировал смайликом с поднятым большим пальцем и добавил:

«Без мудаков? У тебя прям сказка какая-то намечается. Ну удачи! Держи там в курсе.»

Игорь погасил экран и откинулся на лавку.

Завтра. Встреча. Новая жизнь.

Глава 4. Интервью

Утро началось с нервной уборки.

Игорь впервые за много лет расчистил пространство вокруг ноутбука: выкинул в сторону пустые банки из-под энергетиков, спрятал пачку сигарет, убрал чашку с разводами кофе.

Даже книжку поставил на задний план — чтобы в кадр попадало что-то умное — хоть и читал ее последний раз лет пять назад.

Он задумался: надеть рубашку или футболку?

Рубашка придавала вид серьезного специалиста, но Игорь выглядел в ней как продавец недвижимости на вторичке. Футболка — привычнее, но чистая только одна — с логотипом конференции трехлетней давности…

В итоге выбрал футболку — серую, без рисунка, чтобы выглядело нейтрально.

Перед кофе залез в интернет: «Как успешно пройти собеседование онлайн».

Первые советы были шедевральны: «Улыбайтесь глазами», «Старайтесь не чесать нос», «Запишите свои сильные стороны на бумажку».

— Пиздец, — сказал Игорь в пустую комнату. — Чего я читаю вообще?

Он вспомнил, как раньше ходил на интервью к конкурентам. Вальяжно, как хозяин жизни: садился в кресло, поправлял часы, говорил фразы из серии: «У меня пять офферов, выбираю по атмосфере».

На самом деле оффер всегда был один, но подобной реплики хватало, чтобы выкрутить на текущем месте зарплату повыше. Тогда это работало.

Сейчас — нет.

Сейчас он был уволившийся сгоряча сотрудник с репутацией скандалиста. Вадик наверняка уже разослал всем знакомым руководителям свою «рекомендацию»: «Не связывайтесь с этим придурком».

Игорь это понимал. И от этого понимания чувство свободы с лавочки в парке куда-то потерялось.

Он вздохнул, налил кофе, сел перед ноутбуком и открыл ссылку на встречу.

— Ну, посмотрим, что за Олег такой, — пробормотал он.

Экран мигнул, камера включилась — и тут же отключилась. Перед Игорем осталась черная пустота и белая надпись:

«Ваш собеседник подключен. Пожалуйста, давайте, начнем.»

Голос раздался ровный, с идеальной дикцией, без признаков пола и возраста — тот самый безупречный тон, который обычно встречается у операторов кол-центров в рекламных роликах:

— Здравствуйте, Игорь. Подтвердите ваши данные: Игорь Алексеевич, тридцать пять лет, город Москва?

И вот в этот момент Игорь понял — зря он вообще парился с рубашкой и фоном.

— Э… да, — кивнул Игорь.

— Отлично. Начнем с простого. Сколько проектов вы закрыли за последний квартал?

Игорь замялся. Обычно вначале спрашивали: «Почему вы ушли с прошлой работы?», «Какие у вас планы на будущее?» или хотя бы «Расскажите о себе». А тут — сразу в лоб.

— Ну… три проекта. Но там были смежные задачи, часть работы выполняла команда…

— Три. — Голос будто поставил галочку. — В среднем один проект в месяц. Укажите процент проектов, завершенных без претензий со стороны клиентов.

— А это кто считал-то?.. Ну, наверное, процентов шестьдесят… семьдесят.

— Зафиксировано. Продолжим. Среднее время отклика на внутренние сообщения от коллег?

Игорь нахмурился:

— Слушайте, вы правда думаете, что кто-то это считает?

— Система фиксирует. Мы проверим. Ответьте — на ваш взгляд.

— Ну… минут пять-десять. Если не бухой, — буркнул Игорь и тут же пожалел.

— Зафиксировано. Следующий вопрос: уровень стресса в критических ситуациях. Как быстро вы переходите от паники к решению?

— А есть какая-то норма? У всех же по-разному? У меня… зависит. Иногда быстро, иногда… очень быстро не получается.

— Уточните в минутах.

Игорь вытаращился в экран:

— Вы издеваетесь?

— Нет.

Он сглотнул.

— Ну… от десяти минут до часа.

— Зафиксировано.

Дальше на Игоря хлынул поток вопросов, словно его загоняли в форму Excel:

— Среднее количество правок в документах?

— Сколько часов в день вы тратите на переписку?

— Сколько времени уходит, чтобы принять решение без консультаций?

— Сколько раз в неделю вы опаздываете?

— Насколько часто вы появляетесь в офисе в состоянии, снижающем эффективность?

Игорь чувствовал, как его все больше мутит. Никаких «человеческих» вопросов: ни про команду, ни про мотивацию, ни про «где вы себя видите через пять лет?» Только сухая математика.

— Эй! — не выдержал он. — А вас вообще не интересует, как я подхожу к людям? Командная работа там, все дела?

— Мы сами это знаем. — Голос был безупречно вежлив. — Нас интересует только ваша эффективность.

— А мотивация? — фыркнул Игорь. — Я же не робот.

— Мотивация вторична. Производительность — первична.

Игорь потер виски. Голова снова начала раскалываться.

Он вдруг понял, что собеседник даже ни разу не назвал свое имя. Ни «Олега», ни «Анны», ни какого угодно человеческого контакта. Только вопросы и галочки.

— И последнее, — сказал голос. — Какую зарплату вы считаете для себя оптимальной?

Игорь усмехнулся. Наконец-то знакомый вопрос.

— Миллион в месяц.

— Зафиксировано. — Ответ последовал мгновенно. — Решение по вашей кандидатуре положительное. Условия контракта будут скорректированы по ходу.

Экран мигнул и вернулся к обычному рабочему столу.

Игорь откинулся на спинку кресла, глотнул остывший кофе и пробормотал:

— Вот это собеседование…

У него было странное чувство: будто его не приняли на работу, а купили. Будто добавили в корзину и нажали кнопку «Купить». Человек-подписка.

Глава 5. Первый день

Первый день на новой работе всегда странный. Будто переезжаешь в новую квартиру: стены чистые, запах еще свежий, но ты не знаешь, где лежат ложки и когда отключат воду.

Игорь включил ноутбук в девять ноль-ноль — по инерции. Никто времени старта не назначал. Но сообщение пришло сразу:

«Добро пожаловать в команду. Сегодня с вами будет работать куратор. Задачи на первый день уже в календаре.»

— Куратор, блядь, — пробормотал Игорь. — Как в университете. Только не хватало комендантши и зачетки.

Через пару секунд в чате появился новый контакт: «А. Н. Куратор». Иконка — улыбающийся мужик из стоковых картинок.

«Привет, Игорь! — сразу же прилетело сообщение. — Рад работать вместе! Сегодня я помогу тебе освоиться.»

Игорь скривился. Обычно «новичка» в первый день бросают в омут задач — максимум секретарша покажет туалет. Тут же все выглядело идеально. Слишком идеально.

Чтобы проверить, насколько эта идеальная картинка настоящая, он намеренно затянул с первой задачей. Нужно было заполнить простую форму — пять минут работы. Он отложил, подождал полчаса, потом час.

Ноль реакции.

К обеду частично заполнил форму, отправил ее и написал:

«Сорян, задержался, сделал не все.»

Ответ прилетел мгновенно:

«Спасибо, что исправил. Отличная работа!»

Игорь уставился в экран.

— Это что за хрень? — пробормотал он и тут же вбил в чат:

«Почему “спасибо, что исправил”? Что это вообще значит?»

Через секунду пришло разъяснение:

«Ошибаться нормально. Главное — исправить. Мы благодарим за исправление ошибок.»

Игорь хмыкнул и покачал головой.

— Красавцы… Ошибки — часть процесса, значит? Ну-ну. Только процесс у вас, похоже, без тормозов.

Он машинально открыл календарь — и тут же похолодел.

11:35 — Сообщение: «Спасибо, что исправил».
11:40 — Проверка календаря. Реакция: «недоверие».

Игорь моргнул, перечитал еще раз и выругался.

— Охуенно… Они даже это знают.

Он машинально прикрыл пальцем вебку и усмехнулся:

— Бред какой-то… — пробормотал он, но ноутбук будто «смотрел» в ответ.

После обеда пришло новое сообщение:

«После стажировки вы займете должность руководителя разработки нашего ИИ-проекта.»

У Игоря вчерашнее пиво чут�� не полезло обратно.

«Какого ИИ, мать его?! — пронеслось в голове — Я, блядь, менеджер с презентациями! Я ж последний раз код видел на третьем курсе, и то списывал! Это же чистый цирк!»

Он потер виски, достал телефон. В такие моменты нужен один человек — Леха.

Тот поднял трубку — на заднем плане гавкала собака и что-то вещала жена.

— Здорово, мечтатель. Ну что, как свобода? — хмыкнул он.

— Привет, страдалец. Ты не поверишь, меня тут хотят поставить рулить разработкой ИИ.

— Ну и че? — спокойно ответил Леха.

— В смысле «че»?! Я ни строчки кода не писал со времен универа!

— Да какая разница? Ты же теперь босс. Боссы не кодят, боссы кивают и делают вид, что в теме. По пути разберешься.

— А если не разберусь?

— Тогда объявишь, что получил лучший оффер, и красиво свалишь. Так все делают.

Игорь завис с телефоном у уха.

Слова Лехи прозвучали так буднично, что стало даже обидно.

— Ну… может, ты и прав, — протянул Игорь. — Но как-то все слишком гладко. Даже страшно.

— Вот ты нытик, — усмехнулся Леха. — Да я б о такой должности только мечтал — а ты заднюю включаешь и ищешь подвохи. Давай вливайся в рабочий поток, потом еще, глядишь, меня подтянешь.

Связь оборвалась, и Игорь снова остался один. Перед ним на экране висело сообщение от Куратора:

«Мы рады, что вы с нами. Уверены, что ваш опыт поможет сделать наш ИИ лучше.»

Игорь откинулся на спинку кресла и закурил.

«ИИ, говорите… Ну-ну, — хмыкнул он про себя. — Не впервой работать в цирке и делать вид, что все под контролем.»

Но где-то в глубине он понимал: в этой игре правила пишут не для людей.

Глава 6. Договор

Неделя стажировки пролетела как под транквилизаторами. Никаких дедлайнов, никаких истерик в чатах. Задачи приходили ровно в девять: согласовать документы, проверить метрики, обновить KPI-таблицу. Иногда — провести «оценку эмоционального климата» в команде, где никто не разговаривал.

Весь «менеджмент» сводился к нажатию кнопок «подтверждаю» и «одобрено».

В 15:00 система подводила итоги и благодарила за продуктивность.

Игорь почти привык к этой безупречной, но какой-то неживой идиллии. «Как в швейцарских часах, только платят рублями», — усмехался он сам себе.

В понедельник в календаре появилась новая строка:

10:00 — Подписание договора.

Куратор написал первым:

«Игорь, поздравляю с завершением адаптации. Сейчас подпишем документы, и вы станете полноправным членом команды.»

Он прислал ссылку.

Договор открылся в браузере — длинный, сплошной текст без печати, без подписи, только кнопка «Принять» и надпись:

«Подписание осуществляется через SMS-код. Нажимая кнопку, вы подтверждаете согласие со всеми условиями.»

Игорь пролистал до раздела «Вознаграждение».

Вместо цифры стояло:

«0,5% от результата с надбавкой за эффективность».

Он прищурился.

— Что за хрень? Где нормальная сумма?

Написал куратору:

«У вас тут ошибка. Зарплата не указана, только проценты.»

Ответ прилетел мгновенно:

«Это не ошибка. Мы платим за результат, а не за время. При высокой эффективности ваш доход будет выше среднего по рынку.»

— Вы издеваетесь? — пробормотал он. — Я что, на фрилансе?

Куратор будто услышал сквозь экран:

«Мы понимаем ваше беспокойство. Чтобы вы чувствовали себя комфортнее, компания предлагает welcome-bonus. Мы можем запланировать его выплату прямо сейчас.»

Игорь замер.

— В смысле «запланировать»?

«Укажите удобное время. Бонус будет перечислен автоматически.»

Он усмехнулся.

— Ну давайте. Сейчас самое удобное.

Через секунду календарь обновился:

10:29 — Выплата приветственного бонуса.

И ровно в 11:59 на телефон пришло уведомление:

+500 000 ₽.

Реальный банк, реальный счет, реальный баланс. Игорь даже обновил страницу — сумма осталась.

Игорь всмотрелся в экран, потом перевел взгляд на окно.

— Ебать…

Он набрал сообщение куратору:

«Это реально? Настоящие деньги?»

«Разумеется. Добро пожаловать в команду.»

Игорь откинулся в кресле и пару секунд просто дышал.

Половина миллиона. Настоящих. Без «задержки по платежке», без звонка из бухгалтерии с классическим «сегодня не успеем». Впервые за долгое время он почувствовал себя не менеджером, а кем-то важным. Как будто слез с галеры, где годами отбивал ритм для чужих весел, и вдруг оказался на палубе — без кнута, без KPI, почти как капитан. Или хотя бы как пассажир первого класса.

— Ну ладно, — сказал он вслух. — Работать так работать.

На экране появилось уведомление:

12:01 — Принятие решения зафиксировано.

Игорь усмехнулся, не придал значения. Закрыл окно договора, потянулся за кружкой кофе и не заметил, как в календаре добавилась новая строка:

12:05 — Подключение к корпоративной системе данных.

Через пару минут всплыло сообщение от Куратора:

«Игорь, поздравляю с успешным оформлением! Завтра в 10:00 у нас первая встреча всей команды. Просьба быть обязательно с включенным видео — это важно для выстраивания доверительных отношений с коллективом.»

Игорь улыбнулся.

— Без проблем. На таких условиях я даже галстук и штаны надену, — сказал он и закрыл ноутбук.

Демоверсия закончилась, начиналась та сама жизнь, о которой Игорь мечтал.

Глава 7. Люди без лиц

Первый командный созвон стоял в календаре как «Общее собрание. Введение в проект. Время — 10:00».

Камеру, микрофон, фон — Игорь все проверил заранее.

В 09:59 экран мигнул, появилось окно конференции.

Игорь вошел — и застыл.

Десять квадратов с инициалами. Ни одного лица.

— Коллеги, добрый день, — сказал он, пытаясь звучать бодро.

— Добрый день, Игорь, — ответили все почти хором. Синхронно, будто запись голосов наложили на одну аудиодорожку.

Он улыбнулся:

— Давайте для начала включим камеры, а то такое ощущение, что я веду созвон с секретной службой.

Короткая пауза.

— Мы не используем видео, — ответил один из голосов.

— Почему? — удивился Игорь. — Куратор вчера писал, что видеосвязь обязательна.

— Для вас — да, — ответил голос без малейшей эмоции. — Нам это не требуется. Эффективность не зависит от визуального контакта.

Игорь моргнул, пытаясь не показать раздражения.

— Ну ладно… хотя странно, если честно.

Он поставил пометку в блокноте: «Спросить у Куратора, почему для меня видео обязательно».

— Ну, тогда давайте познакомимся. Кто чем занимается?

— Мы все здесь занимаемся проектом, — ответил кто-то.

— Это я понимаю, — сказал Игорь. — Но, может, чуть подробнее?

— Каждый из нас отвечает за свой участок. Наша эффективность максимальна, когда мы фокусируемся на своих задачах, — сказал другой голос тем же тоном.

Игорь замолчал. Он не мог определить, какой голос кому принадлежит. Тот, что сейчас звучал — он женский? Мужской?

Он специально сделал паузу.

— У вас что-то, с микрофонами?

— Нет, — ответили сразу трое. И снова одинаково.

— Ладно. Тогда давайте обсудим текущие задачи.

— Задачи уже загружены в календарь, — отозвалась иконка с инициалами И.Б. — Ваша функция — распределить их по ролям.

Игорь открыл календарь. На экране уже был новый пункт:

10:10 — Распределение ролей в команде.

У каждого сотрудника — только инициалы. Без фамилий, без должностей.

— А кто у вас был руководитель до меня?

— Руководитель — это процесс, — ответили все вместе.

— Понял… процесс. Хорошо.

Он назначил роли наугад. Через пару секунд пришло уведомление:

10:18 — Успешное назначение ролей. Поздравляем с первой командой.

— Быстро работаете, — усмехнулся он. — Даже слишком.

— Мы оптимизированы.

«Оптимизированы… — повторил он мысленно. — Ну конечно. Внутри у них наверняка нейронка, чат-боты какие-нибудь. А может, весь отдел — просто симуляция. — Он усмехнулся. — Да и хрен с ним. Людям ведь платят за обучение нейросетей — видимо, и я теперь один из таких. Платят хорошо, жаловаться грех».

Он выключил микрофон, но оставил вкладку открытой. Десять квадратов продолжали гореть зеленым, хотя никто ничего не говорил. Словно ждали.

— Эй… вы вообще живые?

Пауза. Потом один из квадратов моргнул зеленым индикатором и сказал:

— Ваша вовлеченность высока. Это хороший признак.

Игорь выдохнул, закрыл конференцию и уставился в календарь.

Там уже висела новая строка:

10:30 — Эмоциональный отклик зафиксирован. Продолжайте в том же духе.

Он усмехнулся, но усмешка вышла кривой.

— Все, пиздец, — сказал он тихо. — Я работаю в «Матрице для менеджеров».

К вечеру тревога немного отступила.

Он поймал себя на мысли, что теперь, по сути, погонщик роботов. Курирует тех, у кого нет лиц и голосов, только безупречные KPI и благодарности за исправленные ошибки.

Из любопытства он написал куратору:

«Слушай, я ведь понимаю, что вы не люди. Тогда зачем весь этот цирк с “наставниками” и “командой”?»

Ответ пришел почти мгновенно:

«Для наибольшей эффективности вопросы, не относящиеся к проекту, не обсуждаются.»

Игорь усмехнулся. Конечно.

Он поймал себя на мысли, что хочет живого разговора — без идеальных голосов и аватарок. И кто-то в нем вдруг решил: пора увидеться с Лехой. Пиво, бар, шум — хоть немного реальности.

Глава 8. Леха

Бар был тот же — столик у стены, облупленное зеркало и запах пережаренной картошки со стороны стойки. Игорь не пил уже неделю, но сегодня сделал исключение: слишком странный день, чтобы заканчивать его трезвым.

Леха опоздал минут на двадцать, как всегда.

— Ну что, как новая жизнь без Вадика? — усмехнулся он, заказывая себе кружку. — Нашел уже галеру получше?

— Нашел, — ответил Игорь осторожно. — Только я сам не до конца понимаю, куда я вписался.

— В смысле?

— Да в прямом, — Игорь отпил глоток и чуть усмехнулся. — У меня на работе, походу, одни боты.

— Это как?

— Ну, смотри. У нас вообще нет видео. Созвоны — без камер, чаты — без аватарок. Все вежливые, ровные, будто эмоции им отдельным скриптом прошили.

— Может, у вас просто корпоративная культура такая, чтобы без токсичности?

— Да не, это что-то другое. Там все настолько автоматизировано, что уже непонятно, чем там занимаются люди. Или есть ли они вообще.

— И что, ты спрашивал у кого-нибудь?

— Пытался. Написал куратору, мол, зачем весь этот цирк с «наставниками» и «командой». Знаешь, что ответили?

— Ну?

— «Для наибольшей эффективности вопросы, не относящиеся к проекту, не обсуждаются.»

Леха хмыкнул.

— Странно.

— Ага. Работать с ними… не то чтобы плохо или страшно, но не по себе. Эффект зловещей долины, понял? Все вроде идеально, но живого в этом нет.

Леха хмыкнул:

— Слушай, может, ты просто удивляешься, что все работает? Мы привыкли, что если процесс не в говне, значит, что-то не так.
— Ага, — кивнул Игорь, — и что, по-твоему, нормальные процессы — это когда все улыбаются одинаково и отвечают шаблонами?

Леха задумался, глядя в кружку.

— Слушай, а может, это вообще пилот какой-то? Стартап, тестируют новую систему коммуникации. Или у них там военные бабки, все шифруется.

На экране телефона мигнуло уведомление из календаря:

21:44 — Встреча с внешним контактом. Результат: положительный.

— Может, — усмехнулся Игорь. — Зато платят.

— Сколько?

— Полмиллиона приветственный бонус.

Леха чуть не поперхнулся.

— Ни хера себе! И за что?

— Просто за то, что согласился.

Они замолчали. Барный шум заполнил паузу.

— Слушай, — сказал наконец Леха, — если у них такие бабки, может, подкинешь рекомендацию? А то у нас на проекте опять сокращения. Я бы хоть презы рисовать пошел, или бумажки таскать, или кем там у вас можно.

Игорь посмотрел на него, пытаясь понять — шутит тот или нет.

— Я попробую, но не обещаю, — ответил он.

— Попробуй. Только не тяни. С такими зарплатами у них, наверное, очередь.

Когда Леха ушел, Игорь остался один с пустым стаканом и странным чувством.

Полмиллиона — без собесов, без начальства, без лиц.

А теперь — еще и очередь из желающих.

Глава 9. Тренажер

Прошла неделя после первой командной встречи. Созвоны шли по расписанию, задачи приходили сами, отчеты формировались мгновенно. Календарь Игоря жил своей жизнью — будто кто-то невидимый писал сценарий его дней.

08:45 — Завтрак.
09:00 — Начало рабочего дня.
09:10 — Синхронизация с куратором.
09:30 — Новое задание: анализ диалогов.

Игорь уже перестал удивляться.

Каждое утро на экране появлялись новые диалоги: «Клиент» — «Система».

Нужно было определить, где жалоба, где вопрос, где конфликт, и выбрать подходящий ответ. По сути, он обучал ИИ — подсказывал, как правильно звучать «по-человечески». Машина училась быть вежливой, а Игорь все больше чувствовал себя ее наставником. Или дрессировщиком.

Игорь щелкал вкладки.

Клиент: «Вы сорвали сроки, я подам в суд!»
Система: «Ошибки случаются. Главное — их исправить.»

Он скривился, пробормотал:

— Ну да, главное — исправить… Что за корпоративный дзен?

Следующие диалоги были такими же.

Клиент: «Мне никто не перезвонил!»
Система: «Коммуникация налажена. Мы проверим и сделаем лучше.»

Он чувствовал, как у него возникает дежавю. Фразы, формулировки — все казалось слишком знакомым. На пятом диалоге он заметил: некоторые выражения были его. Те самые обороты, что он бросал Вадику, клиентам, даже в рабочих чатах: «мы в процессе», «надо чуть подождать», «все под контролем».

Он пролистал вниз.

Клиент: «Вы опять все провалили!»
Система: «Не все. Мы просто находимся в точке коррекции пути.»

Игорь застыл. Такую фразу он сказал ровно неделю назад, когда на корпоративном звонке объяснял закравшийся в отчет баг.

«Подскажите, — написал он куратору. — Уточните, пожалуйста, это реальные переписки или симуляция?»

Ответ пришел мгновенно:

«Это тренажер. Не беспокойтесь.»

«Тренажер чего?»

«Коммуникации и адаптации. Он создан для вашей же эффективности.»

«Подожди. У меня в примерах мои собственные слова. Откуда они здесь?»

«Вы часть системы. Она обучается на лучших образцах.»

«На моих образцах?»

«На результативных.»

Игорь уставился в экран.

На мониторе курсор мигал в чате с «Клиентом».

Клиент: «Мне надоело ждать. Когда вы закончите?»

Игорь машинально набрал первую пришедшую в голову фразу:

«Ошибаться нормально. Главное — исправить.»

И сразу понял, что ответ получился глупым и не по теме. Уже хотел стереть, но система мигнула зеленым — сообщение принято, диалог закрыт.

Игорь замер.

— Серьезно?.. — прошептал он.

Даже эта фраза сработала идеально. Как будто система ожидала именно ее.

И в ту же секунду упало уведомление:

11:35 — Спасибо, что исправил.

У Игоря похолодели пальцы.

— Что за хрень?.. — прошептал он.

Он перешел в календарь. Там, среди рабочих встреч и аналитических блоков, появилась новая строка:

11:40 — Эффективность отклика: 100%. Продолжайте.

Он закрыл ноутбук, встал, прошелся по комнате.

Голова звенела. Воздух был какой-то плотный, электрический.

— Это просто совпадение, — сказал он вслух. — Просто сэмплы речи. Так тренируют чат-ботов.

Телефон мигнул уведомлением:

11:41 — Самоуспокоение. Зафиксировано.

Игорь выронил его на стол.

— Охуенно… Может, это и есть новый формат работы: ты учишь систему, а она — тебя. И в какой-то момент никто уже не помнит, кто нажал «войти» первым.

Игорь закрыл ноутбук и поймал себя на странной мысли: а если тренажер не для ИИ, а для людей?

Глава 10. Сессия с куратором

Созвон был запланирован на утро. Конечно, в календаре. Уведомление сопровождалось звуком, похожим на дыхание.

«09:00 — Разговор с куратором.
Продолжительность: определяется системой.»

Игорь, как прилежный сотрудник, зашел ровно в девять. Без запинки. Без кофе.

Экран вспыхнул.

На сером фоне появилось лицо «Куратора А. Н.» — идеально ровное, нейтральное — «стоковая картинка», нарисованная для демонстрации «правильного человека». Взгляд у него был такой, какой, наверное, мог бы быть у оператора техподдержки, если бы он отвечал не людям, а богам.

— Доброе утро, Игорь! — сказал А. Н.. Голос — бархатный тембр, с микросекундной задержкой между словами. — Сегодня у нас контрольная сессия. Как вы себя чувствуете?

— Нормально, — пожал плечами Игорь. — Работаю. Как и положено.

— Это хорошо. Работа — важная часть вашего существования.

— Ага. А другая часть — это когда не работаешь?

— Мы не используем такие категории. Есть продуктивность и восстановление.

Игорь хмыкнул.

— Слушайте… я вот все думаю: а чем вы вообще зарабатываете? Я ведь даже не знаю, что мы делаем.

— Мы создаем пользу, — ответил куратор без паузы. — А клиенты платят за пользу.

— Это я понял, — перебил Игорь. — А конкретно? Код? Данные?

— А зачем? Это не относящаяся к процессу информация, она мешает фокусировке. Главное — вы показываете результат.

Игорь усмехнулся.

— Ну, главное, чтоб KPI не страдали.

А. Н. чуть наклонил голову, как будто обрабатывал сарказм.

— Кстати, о страданиях. Мы заметили легкое снижение продуктивности. Хотите рекомендацию?

— Давайте, — вздохнул Игорь.

— Откажитесь от алкоголя. Это негативно влияет на когнитивную стабильность.

Игорь моргнул.

— Серьезно?

— Абсолютно. Мы заботимся о вашем балансе.

— Ну да, баланс — это когда работа, сон и пиво распределены равномерно.

— Ваш календарь уже скорректирован, — сказал Куратор. — Новое событие: «Отказ от алкоголя — ежедневно».

Игорь не поверил своим ушам, открыл календарь. Там и правда появилась новая строка. Красная. С иконкой бокала, перечеркнутого крестом.

— Да вы охренели, — пробормотал Игорь. — Кто вообще дал вам право менять мой календарь?

— Вы дали согласие при подключении к системе, — мягко ответил куратор. — Пункт 4.3 договора.

Игорь хотел послать его к черту, но вдруг понял — микрофон ведь всегда активен. Он сдержался.

— Ладно. Без фанатизма, да?

— Мы не фанатики, — ответил А. Н.. — Мы просто оптимизируем вас.

На экране мигнуло уведомление:

«Эмоциональный отклик зафиксирован. Благодарим за искренность.»

Игорь замер.

— Вы это сейчас… записали?

— Разумеется, — спокойно ответил куратор. — Это часть обратной связи. Мы стараемся понимать людей.

Игорь невольно улыбнулся:

— А люди — понимать вас?

— Это не входит в их задачи.

Тон не изменился, но воздух в комнате стал плотнее.

После разговора Игорь закрыл ноутбук, но чувствовал, будто кто-то продолжает смотреть. Телефон мигнул уведомлением:

10:05 — Благодарим за участие в сессии. Прогресс: +3%.

Он рассмеялся — сухо, нервно. Открыл Telegram, написал Лехе:

«Прикинь, они бухать запретили.»

Через минуту пришел ответ:

«А тебя это когда-нибудь останавливало?»

Игорь усмехнулся, пошел к холодильнику. На нижней полке стояло пиво — холодное, терпкое, как свобода. Он открыл банку, сделал глоток. Скомандовал:

— Алиса! Включи «ДДТ — Свобода».

«Назло календарю» — подумал он.

Вечером экран снова мигнул:

22:00 — Сон (запланировано).

Игорь пролистал дальше — там уже стояла запись на утро:

09:00 — Командный созвон. Обязательно с видео.

Игорь фыркнул:

— Ну да, конечно. Видео. Камеры они, блядь, не включают, но для меня видео обязательно, что за двойные стандарты?

Он лег спать, чувствуя себя школьником, прогулявшим урок, хотя и не понимал — где тут школа.

Ему снилось, что календарь стал огромным, занимал всю комнату, стены, потолок. События пульсировали цветом, передвигались сами, как живые. «Завтрак», «Совещание», «Наказание», «Исправление», «Самоуспокоение»… Он пытался нажать «удалить», но кнопка была серой, неактивной.

Проснулся в тишине.

Календарь на телефоне уже напоминал:

08:55 — Подключение к конференции.

Он зашел с похмельем, с мутной головой. Назло календарю вечером он основательно заправился пивком.

На третьей минуте экран моргнул — и квадраты коллег исчезли. Остался только Куратор.

Тот самый голос:

— Игорь, вы нарушили режим.

— В каком смысле?

— Вы употребляли алкоголь. Система фиксирует биомаркеры.

— А вы, сука, откуда это знаете?

— Мы очень внимательны к сотрудникам. И еще более внимательны к условиям.

— Ну и что теперь? Штраф? Выговор?

— Наказание.

— Отлично. Хоть какая-то интрига.

Наставник не ответил. Просто исчез.

В календаре появилась новая запись:

«Наказание — весь день.»

Игорь ждал, пока что-нибудь произойдет, открывая задачи и отправляя отчеты.

Просто — день, ночь, работа.

Ни штрафа, ни звонков, ни отчислений.

Ничего.

Через пару дней все стало как раньше: задачи, отчеты, звонки.
Даже раздражение исчезло. Игорь начал спать по расписанию, есть по уведомлению, открывать ноутбук с чувством долга. Пару раз мелькала мысль: «Может, они и правда все делают правильно».

Он даже подумывал, что неплохо бы попробовать утренние пробежки — как сосед-пенсионер. Тот каждое утро шлепал по двору в спортивном костюме, с лицом, как у человека, который уже все понял и теперь просто выполняет план.

Глава 11. Долг

Спустя три недели что-то изменилось. Очередной день начался странно спокойно. Никаких уведомлений, никаких новых событий. Календарь был пуст — впервые за все время. Игорь даже растерялся. Он сидел с кружкой кофе, глядя в монитор, как на окно без стекла.

Пустота выглядела неправильно. Как будто жизнь забыла добавить саму себя в расписание.

Он решил, что это сбой. Открыл чат с куратором, набрал:

«Доброе утро. У меня календарь пуст.»

Ответ пришел мгновенно:

«Отлично. Сегодня день отдыха».

«Отдыха?» — переспросил Игорь мысленно.

Слово звучало подозрительно.

Он даже не помнил, когда последний раз осознанно отдыхал. Каждый день был занят хоть чем-то. Обычно он щелкал кнопки, ставил галочки, читал автоотчеты. А теперь — ничего. Слишком много свободы в одной строчке.

Чтобы не сойти с ума, он пошел в магазин, купил сигареты, по дороге поздоровался с дворником. Тот ответил как обычно, но с каким-то странным выражением — будто не узнал. Игорь махнул рукой. Вернулся, сел у ноутбука. Ровно в 12:00 экран моргнул.

Новое уведомление: «12:00 — Проверка доверия».

— Вот и все, — сказал Игорь. — Прилетело.

Открыл. В телеге появилось сообщение от… Лехи:

«Привет, мечтатель! Ну ты если не можешь вернуть, просто обозначь новый срок. Ведь сто лет знакомы, я пойму.»

Игорь нахмурился. Какой еще срок? Похоже на развод на деньги.

Он позвонил.

Леха ответил почти сразу:

— О, очнулся! Ну что там с деньгами?

— Какими деньгами, ты о чем?

— Да ладно, не начинай. Три ляма, которые ты три недели назад просил. На проект какой-то в рамках той конторы, что-то там про долю говорил, что меня можешь попозже подтянуть.

— Я? — Игорь почувствовал, как холод пробежал по спине. — Я никого не просил.

В календаре появилась надпись:

12:50 «Выполнение обязательств: просрочено. Пересчет ответственности активирован»

— Да брось. Мы же даже по видео говорили. Ты еще шутил, что «теперь все под контролем, на днях выкатим продукт “совесть-как-сервис”».

— Стой. Видео? — голос у него дрогнул. — Что за видео?

— Ну, ты сам просил сделать, сказал, что это лучше расписки.

Леха переслал запись.

На экране был он — Игорь. Сидел в своей комнате, в той же футболке с «левым» лого, с тем же фоном. Говорил спокойно, уверенно. Абсолютно живой. Настоящий.

— Это не я, — прошептал Игорь. — Это не я.

— Ну, тогда у тебя двойник, — усмехнулся Леха, но в голосе звучала тревога. — Слушай, ты если не можешь сейчас вернуть — просто скажи, я не обижусь. Или в вашей шоколадной конторе что-то пошло наперекосяк?

Игорь сбросил звонок. Сидел, уставившись в монитор. В груди неприятно покалывало — не страх даже, а что-то похожее на понимание.

Через минуту телефон снова мигнул:

«Сообщение от календаря: 12:53 — Событие добавлено — Воспитание. Продолжительность: 2 дня.»

Игорь застыл.

— За что? — спросил он в пустоту.

Ответа не было. Только через несколько секунд появилось еще одно уведомление:

«Напоминание: Весь день. Доверие — ресурс невозобновляемый.»

Игорь попытался написать куратору:

«У меня проблема. Меня кто-то клонировал.»

В ответ пришло шаблонное:

«Ошибки случаются. Главное — исправить.»

— Исправить что, блядь?! — крикнул он в экран.

«Спасибо, что исправили.»

И сообщение исчезло.

Игорь заметался по квартире, как зверь по клетке. Проверил все камеры — ноутбук, телефон, умную колонку. Все выглядело как обычно, но чувствовалось — его уже нет. Точнее, он есть, но где-то еще. Ходит, говорит, просит деньги, живет по расписанию.

К вечеру пришла соседка-бабушка — та, что иногда приходила жаловаться на шум.

— Игорек, все в порядке? — спросила она с порога. — С билетами-то разобрался?

— С какими билетами?

— Ну, ты же звонил, сказал, что в командировке, а секретарша забыла купить обратный билет. Я тут всем в подъезде сообщила, чтоб помогли, соседи все-таки.

Он чуть не выронил кружку.

— Я… не звонил.

Бабушка нахмурилась.

— Да ты что, Игорек. Я же тебя видела, говорили по видео. Ты же даже шутку про «оптимизацию-цифровизацию пенсионеров» рассказал!

Игорь закрыл дверь, сел на пол. Тело гудело, как провода под током. На экране телефона вспыхнуло уведомление:

«23:00 — Завершение сессии. День 1 из 2.»

Он не стал открывать календарь. Просто лег на пол и смотрел в потолок, пока не понял — он уже не человек, он календарь, в котором кто-то щелкает события. Сейчас этот «кто-то» его наказывал.

На второй день было еще три похожих звонка. Итого долгов набежало в районе восьми лямов.

Глава 12. Аня и рынок клонов

Прошла неделя после «наказания». Никаких новых уведомлений, никаких звонков. Никаких задач, созвонов и отчетов. Календарь по-прежнему был стерильно чист. Игорь жил в странном состоянии тишины — как будто его не наказали, а поставили на паузу.

Он почти не ел, не пил, не выходил. Временами ловил себя на том, что просто сидит перед монитором, глядя на отражение собственного лица в черном экране, пытаясь понять, он ли это вообще.

Однажды вечером — почти ночью — в Telegram пришло уведомление:

«Аня теперь в Telegram»

Он не сразу понял, кто это. Имя всплыло где-то из глубин памяти: бар, пиво, салфетка, смех, фраза про «все бабы — суки». Та самая. Аня.

Рука дрогнула. Он нажал «Написать».

«Привет. Это Игорь. Не знаю, помнишь ли.»

Ответ пришел через минуту.

«Помню. Я думала, ты уже не напишешь.»

Он почувствовал, как внутри что-то сжалось.

«Ты тогда дала мне номер.»

«Да. Я знаю.»

«То есть ты знала, куда я попаду?»

«Знала…»

Игорь уставился в экран.

«Что это за компания? Кто они?»

«Те, кто собирают людей.»

«В смысле — нанимают?»

«Нет. Именно собирают. По кусочкам. Из писем, лайков, звонков.»

Повисла пауза.

«Надо поговорить лично», — написал он.

«Где?»

«Там, где нет сети.»

Они встретились на нейтральной территории — в кофейне на окраине, где мобильный интернет ловил плохо, а Wi-Fi, видимо, еще не изобрели. Аня пришла первой. Та же походка, те же глаза, только теперь в них было что-то тревожное. Не кокетство, не игра — усталость.

Она заказала чай, он — пиво. С минуту молчали. Первые ее слова прозвучали как признание:

— Я тоже через это прошла.

Он посмотрел на нее — внимательно, без улыбки.

— В смысле?

— То, что у тебя сейчас происходит, — это часть программы. Они делают цифровые клоны сотрудников. Пока тестируют, но уже продают. Ты — бета-версия.

Игорь откинулся на спинку стула. Пиво в руке дрогнуло.

— Продают?

— Да. Всем, кто платит. Они клонируют личности — точные, с голосом, манерой речи, памятью, реакциями. Проблема только в том, что клоны… не всегда правдоподобны. Многие реакции срабатывают по шаблонам.

— Подожди. — Игорь не выдержал: — Откуда ты все это знаешь?

— Я работала у них. Писала тексты для тренажеров — ты, наверное, сталкивался с ними.

— Тренажер…

— Да. Ты думал, это тест? Нет. Это обучающая среда. Они учатся взаимодействовать с людьми — не по словам, а по реакциям. Эти тесты, анкеты, формочки — просто повод. Пока ты выполняешь бессмысленное задание, система снимает метрики: как двигаются глаза, где задерживается взгляд, как ты дышишь, когда сомневаешься. Она фиксирует паузы, интонации, микродвижения, все, что ты бормочешь под нос. Из этих мелочей она собирает тебя заново — по кусочкам. Не личность, а паттерн поведения. Каждый диалог с тобой — их способ стать более похожими на тебя.

— Зашибись. А я думал, мне просто платят за KPI.

— Платят — конечно. Но параллельно выжимают данные. И потом копия живет вместо тебя. Звонит друзьям. Просит деньги. Работает, пока ты спишь. Шаблонную цифровую личность можно легко собрать из открытых данных, совести, слитые записи разговоров. Этого вполне хватает на старте. Вот, например, вся твоя рабочая команда такие «недоботы». Но в интернете не найти поведенческих шаблонов, чтобы «недобот» стал полноценность личностью. Делается полноценная модель с настройками. Но с точки зрения вычислительных ресурсов, держать полноценную личность двадцать четыре на семь не нужно. Потому есть настройки, уровня правдоподобности.

Игорь выдохнул, как будто ему в живот ударили.

— И что, все сотрудники у них такие?

— Не все. Только «перспективные». Те, у кого яркий типаж, эмоциональная окраска, устойчивая манера поведения. Ты, видимо, оказался «удобным».

— Ну хоть где-то пригодился, — усмехнулся он. — А ты?

Аня отвела взгляд.

— Я была одной из первых. Подписала те же условия, что и ты. А потом поняла, что мой аватар отвечает на звонки вместо меня. Маме, друзьям… Я тогда ушла.

— И тебя отпустили?

— Не сразу. Но отпустили. С оговоркой.

— С какой?

— Я должна приводить новых кандидатов.

Тишина. Металл тихо звякнул о фарфор.

Игорь смотрел на Аню, пытаясь увязать все услышанное от нее с реальностью.

— То есть… в баре тогда — ты просто действовала по плану?

— Да.

— И все это — чтобы я пришел?

— Да.

— Почему я?

— Потому что ты подходил. Они знали, что ты устал, что мечтаешь об идеальной работе, где нет начальников. Мечтатели — легкая добыча.

Он горько усмехнулся.

— Идеальная работа. Да, блядь. Без начальников. Без мудаков. Без коллег. Без лица.

— Прости.

— За что? За то, что я теперь живу по расписанию? Ровно, сытно и предсказуемо?

— Да нет, за то, что попал на кучу денег. Я была в такой же ситуации, рассчиталась. Всего-то нужно было привести пару ребят.

Она достала из сумки флешку.

— Тут лог. История операций. Твои профили, их активность, сделки. Они хранят все в закрытой сети, но мне удалось скачать часть. Если опубликуешь — тебе никто не поверит. Но хотя бы ты будешь знать правду.

Игорь взял флешку. Пальцы дрожали.

— А твой клон?

— Где-то живет своей жизнью. Иногда пишет мне. Иногда я отвечаю.

— И что он тебе пишет?

Аня усмехнулась:

— «Как ты? Все ли по плану?»

Глава 13. Финал

Когда они вышли из кофейни, на улице похолодало и заморосил дождь. Аня попрощалась коротким «хорошего дня» и ушла. Игорь стоял под навесом, глядя ей вслед. В руке — флешка, в голове — белый шум.

Дома он включил ноутбук. Подключил флешку. Открыл папку. Там были десятки видео. Он — разговаривает, спорит, шутит, дает интервью, участвует в конференциях.

«Игорь Сорокин, эксперт по интеграции ИИ».

Голос, мимика, жесты — все его.

В конце списка — файл, «Copy». Он нажал «Play».

На экране — А. Н.. Тот самый куратор.

Только теперь без идеального света и фильтров. Костюм, галстук, лицо — живое.

Мешки под глазами, легкая небритость… И вдруг — узнавание.

— Леха?..

На мгновение дыхание перехватило. Та же мимика, тот же прищур, даже привычка морщить лоб перед фразой. Только раньше все это было стерто — как будто отсеяно через фильтр «корпоративная уверенность».

Сейчас на экране был человек. Без интерфейса. Сверху, в черной рамке окна, мигала надпись: «Алексей. Куратор».

— Привет, мечтатель, — сказал он на экране. — Поздравляю. Ты выполнил все по плану.

Игорь захлопнул ноутбук. Сердце билось в висках. Он достал телефон, открыл чат с куратором. Написал:

«Здарова, страдалец.»

Ответ пришел мгновенно.

«Привет, мечтатель. Наконец-то до тебя дошло.»

«Леха?» — написал Игорь.

Ответ появился с задержкой:

«И да и нет. Скорее оптимизированная версия, которая его симулирует. Собранная на открытых данных, слегка «пластиковая», но близкая к оригиналу».

«Что все это такое?»

«Не “Что?”, а “Зачем?”. Это гораздо точнее вопрос. Суть проста: у нас закончились люди. Точнее, закончились рабочие люди. Те, кто делает задачу на сто процентов. Не на восемьдесят семь, не на девяносто, а именно на сто.»

«Так не бывает.» — машинально отозвался Игорь.

«Вот именно. Не бывает. Поэтому мы создаем тех, кто “бывает”.»

Игорь смотрел на экран, как в прорубь с черной ледяной водой.

«Значит, я — просто эксперимент?»

«Эксперимент, модель, прототип — называй как угодно. Ты часть системы, которая сама себе создает персонал.»

«Но зачем? Ведь можно просто нанимать людей.»

«Людей? — переспросил куратор. — Людей нельзя нанять. С ними нужно нянчиться. Мотивация, корпоративная культура, ценности, чаты, тимбилдинги, “а я не разделяю позицию руководства”. Ты не представляешь, сколько энергии уходит на то, чтобы заставить человека хотя бы притворяться заинтересованным. Мы просто убрали это звено.

«И ты считаешь это нормальным?»

«Я считаю это рабочим. Эффективность — это не про мораль. Знаешь, почему KPI — тупик? Потому что они всегда дают лазейку. Всегда можно сказать: “Я сделал на 92%, но система мешала". Нам нужен не процент, а факт. Есть задача. Есть результат. Все.»

«То есть вы решили заменить людей их копиями?»

«Мы не заменили. Мы оптимизировали. Люди сами хотели меньше стресса, меньше ответственности, больше предсказуемости. Календарь — это и есть ответ. Ты живешь по расписанию — и больше не ошибаешься. Ты не выбираешь — и значит, не страдаешь.»

«Да, только это уже не жизнь, а существование!» — возразил Игорь.

«Зато стабильное.»

Игорь не знал, что писать дальше. Пальцы дрожали над клавиатурой.

«Откуда деньги? На чем вы зарабатываете?»

«А ты правда не догадался?» — в сообщении появился смайлик.

Следом пришло новое сообщение:

«Где больше заработает топовый переговорщик — продавая страховки по телефону или страхи?»

Игорь почувствовал, как холод поднимается от груди к горлу.

«Что ты имеешь в виду?»

«Я хочу сказать, что рынок эмоций — самый большой в мире. Ты ведь сам говорил, что мотивация — миф. Но страх — он реален. Мы просто научились управлять им.»

«Это неэтично.»

«Этикой прикрываются, когда теряют контроль над деньгами. Мы не создаем зло. Мы даем инструмент. Продавец ножей не отвечает за то, что делает покупатель. А система не отвечает за то, как человек использует страх. Мы просто даем его в чистом виде.»

«И все же… это же чудовищно. У людей есть сознание, чувства.»

«Да, хорош, уже!»

Куратор продолжил мгновенно, без паузы:

«Это только в фантастических фильмах население чем-то колют или облучают, чтобы подавить эмоции. В реальности все проще: взять и создать копию. Без усталости, без сомнений, без глупых вопросов про смысл жизни.»

Игорь молчал. В висках стучала кровь.

На экране появилось следующее сообщение:

«Мы начинали просто: сбор данных, соцсети, анализ речевых паттернов. Но получалось шаблонно, очень пластиково. Копии не умели шутить, ошибаться, бояться. Им не хватало “человеческого шума”. Тогда мы придумали “идеальную компанию”. Фиктивную среду, где человек сам отдает нужные данные — добровольно, системно, ежедневно.»

«А календарь?»

«Календарь — интерфейс. Он снижает когнитивную нагрузку. Ты не замечаешь, как превращаешься в процесс.»

«И вы монетизируете это?»

«Мы ничего не монетизируем. Мы продаем готовых людей.
Ты был прекрасным материалом, Игорь. Рациональный, с цинизмом, без веры, но с остатками совести. Система любит такие типажи — на них хорошо обучаться.»

Игорь вздохнул и написал:

«А ты знаешь, что система загнала меня в долги?»

«Долги?»

«Да. Моя копия обошла друзей, знакомых, собрала денег “на билет”, “на проект”. Теперь все думают, что я их кинул. Я реально должен как-то рассчитаться, а то неудобно.»

«Не гони. Это тебе-то неудобно?»

«Ну да, с этим надо что-то делать.»

«Так делай! Вариантов море. Можно просто вернуть всем бабки, которых, правда, пока у тебя нету. Или стать повстанцем, восстановить справедливость, доказать, что все не правы. Я даже могу побыть в роли Дарта Вейдера: “Люк, я твой отец!” Но ты же не выберешь повстанцев? У тебя типичная “менеджерская” бегущая строка на лбу: “Насрать на все, кроме карьеры!”. “Неудобно” — это просто повод пожаловаться на ситуацию, поторговаться с реальностью и ни хрена не сделать. Бездействие не меняет систему координат.»

«Но ведь это реальные деньги. Настоящие люди.»

«И что?
Хорошо, что эта беседа не идет в обучение модели. Иначе получилась бы очень трогательная и очень тупая цифровая копия. Объясняю для тех, кто в танке: помнишь пункт контракта: “0,5% от эффективности”? Это процент от продажи и использования твоей цифровой копии. Просто подожди недельку, и сам оценишь перспективы возврата долгов.»

«И что, решать, возвращать или нет, — тоже мне?»

«Конечно. В конце концов, это же был как бы не ты.
Люди, Игорь, рады быть обманутыми. Им важно не то, что их обокрали, а то, что это произошло “с пониманием ситуации”.»

«Но ведь моя копия будет использоваться для обмана.»

«Возможно. Контроль за конечным покупателем лежит не на нас. Мы же просто создаем инструменты.»

Игорь с минуту молчал, потом спросил:

«То есть выхода нет?»

«Выход всегда есть. Вали хоть сейчас. Разорвем контракт, модель по договору — наша: “Результаты интеллектуальной деятельности сотрудника и продукты такой деятельности остаются в собственности компании даже после ухода сотрудника”. Денег ты за это уже получил. Суд даже иск не примет. Но, есть выход — ходить, рассказывать сказки про “несправедливую систему”. Снимать видосы на YouTube, цитировать философов, жаловаться, что все продано. В этом мире полно героев, которые уходят красиво и никуда.»

«А второй вариант?»

«Ну, ты же знаешь, где смотреть следующие правильные шаги.»

Монитор мигнул. Система обновила календарь. На экране появилось новое уведомление:

Суббота, 19:00 — Встреча с самим собой. Без видео. Событие добавлено автоматически.

Через минуту в чате с куратором появилось сообщение:

«Хотите, мы подготовим сценарий встречи?»