В последние годы рынок переживает всплеск интереса к компаниям, связанным с искусственным интеллектом — во многом схожий с ажиотажем вокруг электромобилей (EV) несколькими годами ранее. Тогда почти каждый новый EV-стартап быстро оказывался в фокусе инвесторов и медиа, зачастую ещё до появления устойчивой бизнес-модели.

Опыт EV-бума позволяет рассмотреть как эволюцию технологических идей, так и поведение инвесторов в периоды массового ожидания прорыва. Показательно, что сами электромобили вовсе не являются чем-то новым: первый электрический экипаж был создан в 1832 году — почти за полвека до автомобиля с двигателем внутреннего сгорания (ICEV).

В течение 1890-х годов число электромобилей в США превышало число других транспортных средств в 10 раз.

Электромобили были не только чище, чем их конкуренты с движками внутреннего сгорания, но и легче заводились. Чтобы завести автомобиль с бензиновым двигателем требовалась физическая сила. Владельцы, бывало, ломали руки, заводя автомобиль. Это проблема была настолько распространенной, что даже родился термин «перелом Форда». Легкость электромобиля при запуске стала одной и причин их популярности среди женщин.

К 1899 году электрический La Jamais Contente стал первым автомобилем, преодолевшим барьер скорости в 100 км/ч.

В эпоху, когда дорожная система Америки была бедной и неразвитой, электромобили процветали еще и потому, что подавляющее большинство поездок были непродолжительными. Это отодвигало фактор “дальности поездок” EV на второй план. Тем не менее, некоторые из ранних EV могли проехать 250 км. От одного заряда! На рисунке ниже показана ранняя зарядная станция.

Но к 1912 году ситуация изменилась. Бензиновый автомобиль уже занимал долю в продажах более 90 процентов. Они были быстрее и могли ездить на большие расстояния – не только из-за лучших технических решений, но и из-за более развитой инфраструктуры дозаправки. Быстро расширяющаяся сеть дорог с твердым покрытием также работала в их пользу.

Двигатели внутреннего сгорания стали стоить намного дешевле электродвижков. В 1908 году Ford представил свою серийную бензиновую модель «T», которая первоначально продавалась за 850 долларов – в два-три раза дешевле аналогичного электромобиля. В 1912 году цена на Model-T снизилась до 650 долларов. В том же году появился электростартер для бензиновых автомобилей, убравший еще одно преимущество EV автомобилей – легкий запуск. И последнее, но не менее важное: бензин стал намного дешевле, чем в конце 19-го века.

И хотя в 1914 году Генри Форд все-таки объявил о продаже дешевого серийного электромобиля, этот автомобиль так и не был выпущен.

Таким образом, нельзя сказать, что электромобили “новая” альтернатива автомобилям с ДВС. Электромобили просто находятся на ранних стадиях попытки возвращения с целью вернуть себе место доминирующего транспортного средства. Чтобы действительно понять, насколько схожи “новые” идеи в индустрии EV сегодня и в начале 1900-х годов, посмотрите на следующие сравнения:

Если посмотреть на первые автомобильные компании, которые выпустили акции в США, можно обнаружить, что все они также производили электромобили. Акции «бензиновых» автопроизводителей появились только в 1900-х годах. Тесла, BYD и здесь возвращает старую традицию, а не вводит революционные изменения.

Ниже представлена динамика акций Electric Vehicle Co., которые стали снижаться, когда стало понятно, что будущее за бензиновыми компаниями.

Электромобили и спекуляции

Люди удивительно предсказуемы. Особенно когда речь идет об инвестициях. Модели нашего поведения не меняются.

Вспомним концепцию, которая была популяризирована Уорреном Баффетом, хотя и стала упоминаться еще с 1866 году: Три «I» (Innovators, Imitators, Idiots или Инноваторы, Подражатели, Идиоты).

Сначала приходят те, кто видит то, что другие не видят.
Потом приходят подражатели, которые видят, что делают инноваторы.
Последними приходят «идиоты» в надежде разбогатеть, как это сделали до них инноваторы и может быть часть подражателей.

В 2008 году, выступая на шоу Чарли Роуза, ведущий спросил Уоррена Баффета: “Должны ли мудрые люди лучше разбираться в происходящем” во время инвестиционного бума? Баффет ответил:

Люди не становятся умнее в таких простых вещах, как жадность. Вы не можете спокойно наблюдать, как ваш сосед становится богаче. Вы знаете, что вы умнее, чем он. А он делает простые вещи и становится богаче. Очень скоро вы начнете делать то же самое.

Как следует из The Economist за 1866 год инвесторы уже тогда знали о концепции трех «I»:

Независимо от нашего мнения о Tesla или Илоне Маске, нет никаких сомнений в том, что ажиотаж вокруг Tesla несколько нет назад стал спусковым крючком для следующей фазы спекуляций – подражание. Активизировалась торговля акциями других компаний-производителей электромобилей, которые могли бы стать “следующей Теслой”. Инвесторы, которые, возможно, не успели купить Tesla, решили тогда вложить деньги в стартапы типа Nikola, Li Auto, Nio и другие, в надежде извлечь выгоду из ралли в бумагах Tesla.

Капитализация Тесла в сравнении с остальными автопроизводителями (декабрь 2025)

Происходило то, что уже происходило 100 или 300 лет назад. История изобилует примерами спекулятивного разгона цен на акции компаний, использующих, по мнению многих, инновационные технологии будущего. Упустив возможность вложиться в первую успешно раскрученную компанию, использующую новую технологию, инвесторы устремляются к следующему наилучшему варианту в попытках заработать.

Рассмотрим примеры «Велосипедной мании» в Британии, технологический пузырь 17-го века в Лондоне и времена компании «Южные моря».

Велосипедная мания

В течение «Велосипедной мании» в Великобритании 1895-1900 годов цены на акции производителей велосипедов выросли более чем на 200%, а затем рухнули на 75%. Рост велосипедной промышленности в этот период возник в результате ряда технологических инноваций. "Безопасная" конструкция, использование шарикоподшипников, новые подходы к изготовлению рамы и шин сделали езду намного более комфортной, что привело к быстрому росту спроса на велосипеды, который существующие производители изо всех сил пытались удовлетворить.

Число зарегистрированных производителей велосипедов в Великобритании быстро росло. В разгар бума в 1896 году производилось 750 000 велосипедов в год, и 1,5 миллиона человек ездили на велосипедах, в то время как население Британии составляло около 35 миллионов.

В апреле 1896 года британская газета утверждала, что “акции производителей велосипедов обещают стать такими же раздутыми, как шины”. Для такого заявления было достаточно оснований. В таблице ниже показано, сколько новых компаний по производству велосипедов было запущено во время мании.

Бум закончился предсказуемо. Ниже мы видим хорошо знакомую динамику. Как только капитализация первых компаний резко выросла (внизу слева), стало расти количество других производителей (внизу справа), которые тут же выходили на биржу. Со временем начался обратный процесс, который привел к тому, что удельная капитализация компаний снизилась в несколько раз.

Лондонский «технологический» пузырь 17-го века

Технологический пузырь 1690-х годов в Лондоне был частично вызван успешной «охотой за сокровищами».

Как-то сэр Уильям Фипс решил попытать счастья в поисках "Альмиранты", испанского судна, затонувшего в Вест-Индии в 1640-х годах и, по слухам, имевшего на борту невообразимые богатства. Фипс нашел своего венчурного капиталиста 17-го века в герцоге Альбемарле и его синдикате инвесторов. Группа финансистов быстро создала небольшое акционерное общество для финансирования экспедиции.

После бесплодных поисков затонувшей Альмиранты сэр Фипс наконец нашел свое сокровище в 1687 году. Добыча была настолько велика, что Фипс и его команда потратили более двух месяцев на подъем со дна океана 32 тонн сокровищ.

Говорят, синдикат инвесторов получил доходность порядка 10 тысяч процентов. Что касается самого капитана, то Фипс имел в проекте долю 11%, которая стала стоить 12 000 фунтов. Это было огромным состоянием.

Успех экспедиции привел к взрыву стартапов, которые обещали инвесторам подобный успех за счет новых технологий погружения. Началась та самая «имитация» из трех «I».

Как и ожидалось, множество компаний-имитаторов не смогли повторить успех Уильяма Фипс. Тысячи инвесторов также потеряли деньги в этом новом увлечении.

Времена компании «Южные моря»

Времена пузыря компании «Южные моря» 1720 года прекрасный пример того, как инвесторы вкладываются в акции новых компаний после кажущегося успеха одного конкретного проекта.

Компания планировала зарабатывать на торговле с Латинской Америкой, получив от государства монопольные права на торговлю в южных морях — в начале 18 века под ними подразумевались воды, окружающие Латинскую Америку. Инвесторов не смущало то, что порты южных морей находятся под властью Испании, с которой Великобритания воюет. Они ожидали, что в их страну из Латинской Америки хлынут золото, серебро и сахар. А в саму Латинскую Америку тысячи рабов.

Спекулятивная атмосфера 1720 года, когда взлетели акции компании «Южные моря», открыла новые возможности для разного рода других «стартаперов», которые с легкостью привлекали доверчивых инвесторов. На рисунке ниже показан резкий взлет числа новых проектов, выходящих на рынок каждый месяц (аналог современных IPO), вслед за резким ростом цены на акции «Южные моря».

("10x" или 88 проектов в июне 1720 года соответствуют 880 на рисунке. Это сделано, чтобы можно было вывести динамику на одном графике)

У инвесторов короткая память, люди не меняются, а значит истории, подобные описанным выше, будут повторяться. Очень вероятно, на очереди компании из ИИ бизнеса. Не совсем ясно только одно, на каком этапе в рамках концепции трех «I» мы сейчас находимся.

С наступающим Новым годом! заходите на тг канал https://t.me/TradPhronesis

Инновации и правило трех «I»