Как мечта гения прошлого века задает тренды нашего столетия
12 января 2026 года исполнилось 119 лет со дня рождения Сергея Павловича Королева. Его нет с нами уже более полувека, но созданный им космический «задел» до сих пор определяет контуры не только российской, но и мировой космонавтики. Мы живем в эпоху Илона Маска и частных стартапов, возвращения на Луну и полетов к Марсу. При чем здесь советский конструктор, родившийся при царе? Ответ прост: именно Королёв заложил фундаментальные принципы, на которых стоит наше сегодняшнее представление о космосе как о пространстве для жизни, работы и мечты.
Принципы, пережившие эпоху
Королёв был примером уникального синтеза мечтателя и практика. Прошедший репрессии и «шарашки», он совершил невозможное: в условиях холодной войны превратил фантазии Циолковского в конкретные инженерные задачи. Его гений — не просто в создании ракет, а в формировании системы мышления, актуальной до сих пор.
Первый принцип, который исповедовал Сергей Павлович - «Практическая космонавтика — это последовательность решаемых задач». От мечты о межпланетных полетах — к первой баллистической ракете, от нее — к «семерке» (Р-7). Легендарная Р-7 стала и носителем для Юрия Гагарина, и дала начало целому семейству. Ракеты «Союз», ее прямые потомки, — самые надежные в мире, настоящие «рабочие лошадки», десятилетиями отправляющие экипажи к МКС.
Второй принцип Королева - «Человек в космосе — главное действующее лицо». Корабли «Восток» и «Восход» проектировались не просто для полета, а для работы. Эта философия жива и поныне в концепции Международной космической станции, где ключевая роль отведена человеку-исследователю, проводящему эксперименты в уникальных условиях.
Наследие в действии: «королёвские» технологии сегодня
Мы ежедневно пользуемся плодами труда Сергея Королева. Во-первых, как отмечено выше, созданная им система обеспечения жизни в космосе по-прежнему безальтернативна для МКС. Во-вторых, идея навигационной спутниковой группировки, современный «ГЛОНАСС», родилась в его конструкторском бюро. В-третьих, именно Сергеем Павловичем была создана пилотируемая космонавтика как индустрия, была задана недосягаемая до сих пор планка надежности. Однако, наследие Королёва —как в металле и схемах, так и в идеологии и культуре. Сергей Павлович доказал, что инженер может быть творцом, меняющим картину мира для всего человечества. Его триумфы — первый спутник, полет Гагарина — стали поводом для гордости всего человечества.
Сегодня, когда о космосе все чаще говорят в категориях коммерческой выгоды, королёвская романтика о познании Вселенной — критически важный противовес. Она напоминает нам об изначальном смысле экспансии: не только добывать ресурсы, но и искать ответы на вечные вопросы. Такими вопросами задался и ректор Российского нового университета, доктор технических наук, академик Российской академии образования Владимир Алексеевич Зернов, выпускник МФТИ, друг и ученик многих соратников Королева.
- Когда я уже работал не в конструкторском бюро Королева, а на Физтехе, сохранял очень теплые дружеские отношения с ведущими учеными в этой области: прежде всего, Раушенбахом, Легостаевым, Келдышем, Моисеевым, Чертоком и другими, - рассказал Владимир Алексеевич. - Тогда готовился запуск советского орбитального корабля-ракетоплана «Буран», параллельно шла разработка американской программы Space Shuttle, причем, бюджет NASA был сравним практически с бюджетом СССР, тем не менее, наша космическая программа опережала США, и я поинтересовался у Бориса Викторовича Раушенбаха причинами этого. Мой друг и наставник ответил: «Я полагаю, концентрация интеллектуального потенциала намного важнее концентрации финансов». Того же убеждения придерживался и Сергей Павлович Королев.
По словам Зернова, СССР при трех «К» - С. П. Королеве, И. В. Курчатове и М. В. Келдыше – обладал примерно третьей частью критических технологий мира и держал курс на решение сложных задач авиакосмической отрасли при минимизации затрат. Внимание к Королеву усилилось в связи с желанием России вновь занять место технологического лидера мира. Существуют ли в современной реальности аналогичные возможности и условия? – задается вопросом ректор РосНОУ, - и отвечает положительно, но «есть нюансы».
- Критерии оценивания вузов должны соответствовать поощрению технологических достижений. Сейчас мы оцениваем вузы по освоенным ресурсам, как правило, бюджетных денег: получается, лучше работает не тот, кто решил задачу за минимум денег, а тот, кто потратил больше денег вне зависимости от того, решил задачу или нет? Раньше патриотом считался тот, кто больше делает для страны, а сейчас – тот, кто больше осваивает ресурсов и об этом красиво говорит, – с горечью иронизирует доктор технических наук.
Кто или что может стать современным Сергеем Королевым? На этот вопрос однозначного ответа нет. По мнению Зернова, это может быть квантовый компьютер, объединяющий интеллектуальный мировой потенциал, ядерный двигатель или развитый киборг. В идеологическом смысле наиболее «королёвской» фигурой современности сегодня выглядит Илон Маск, разработчик гиперреальности, но не как инженер, а как стратег и визионер, поставивший амбициозную, почти фантастическую цель – колонизацию Марса - и последовательно двигающий к ней всю свою компанию. Помимо этого, Маск – отличный интегратор, сумевший объединить разработку ракет, кораблей, спутников Starlink и даже наземной инфраструктуры в единую систему. Илон – эффективный менеджер, ломающий устои, который, подобно Королёву в свое время, заставил всю индустрию пересмотреть подходы к стоимости, скорости и многоразовости использования аппаратов.
Тем не менее, космос XXI века слишком сложен, дорог и глобален, чтобы его мог определять один человек или даже одна организация. Одного аналога Сергея Павловича в настоящее время появиться не может: сам гений конструкторской мысли обладал коллективным разумом. Такой коллективный разум может стать и сейчас лидером на пути к достижению Россией технологического суверенитета. «Королёв» сегодня — это алгоритм открытой конкуренции и сотрудничества (государство + частники), быстрых итераций (частые запуски, многоразовость, приемлемая цена), а также глобальной кооперации на фоне геополитического соперничества. Наследие Королёва не заменено, а трансформировано. Его принципиальный подход — ставить великие цели и достигать их через гениальную инженерию — теперь рассредоточен по тысячам компаний, лабораторий и стартапов по всему миру. Он создал «одно солнце» — советскую космическую программу. Сегодня мы видим «галактику» из тысяч звезд разной величины, вместе освещающих путь человечества в космос. Сила этого нового света — в его разнообразии, но искра, от которой он зажегся, была одной. Мы лучше всех в мире умеем готовить кадры высшей квалификации – именно Россия имеет все шансы стать мировым технологическим лидером.
Масштаб решаемых задач
«Он намного опередил свое время. Мы его еще не догнали», - говорил о Сергее Павловиче Королёве один из его учеников Борис Евсеевич Черток. Мы по-прежнему мыслим в заданных им парадигмах и летаем на его идеях. Самый важный урок Главного конструктора для современности — это вера в то, что любую грандиозную мечту можно разбить на конкретные, последовательно решаемые задачи. Чтобы достигнуть технологического лидерства в мире, мы должны ставить перед страной и собой самую амбициозную задачу. В мире, полном глобальных вызовов, этот принцип важнее, чем когда-либо. Пока на Земле есть те, кто смотрит на небо так, как смотрел Королев, будущее человечества выглядит светлым.