Сегодня хочется затронуть тему музыкального оформления. В любом проекте — анимация, игра, кино — музыка играет немаловажную роль. Наверняка многие сейчас легко назовут парочку треков, которые, услышав однажды в фильме, были добавлены в плейлист. Или вспомнят хоррор-игру: в самый кульминационный момент начинает играть «зловещая музыка», и вы такие: «Нееет, выключите! И так страшно!». У вас такого не было? Что ж, возможно, я одна так сильно обращаю внимание на музыку, но не суть.
Хочется в очередной раз поговорить про «Аркейн» и на его примере разобрать интересный феномен — «вживление» музыки в повествование.
Нарратив vs Повествование
Для начала проясню два очень похожих понятия, которые часто ошибочно считают синонимами. Но это далеко не так.
В одной из моих статей, посвященной играм, я разбирала эти термины и нашла интересную деталь: повествование в «Аркейне» — это ни что иное, как игровой нарратив. Но один из комментариев звучал так: «Нарратив и повествование — синонимы». Честно, я была смущена. Полезла во все возможные источники — и русские, и иностранные. И спустя бесчисленное количество прочитанного могу точно сказать: нарратив и повествование — это разные понятия. И вот почему.
Нарратив — это история, рассказанная по определенным правилам. Мы как зрители наблюдаем за развитием сюжета, но не вовлекаемся в него напрямую. Нарратив — это целая история, которая может быть рассказана через нескольких персонажей.
Повествование — здесь всё иначе. История «повествуется» с помощью рассказчика (простите за тавтологию). Как правило, этим рассказчиком является персонаж, которого мы называем главным героем.
И вот здесь вступает моя теория: «Аркейн» — это не классическое повествование. Здесь нет одного рассказчика. Их много. Каждый персонаж рассказывает одну большую историю через призму своего взгляда и своей задачи в сюжете.
Влияние музыки на восприятие сюжета
Почему мне было так важно рассказать о различии нарратива и повествования? Потому что в «Аркейне» музыка работает на двух уровнях. И если не понимать разницы, можно упустить половину смыслов.
Давайте разберемся.
Нарратив — это то, что происходит в истории. События, повороты сюжета, факты. Когда музыка становится частью нарратива, она сопровождает ключевые моменты, ставит точки, подчеркивает: «Смотри, это важно».
Повествование — это то, как мы узнаём героев изнутри. Это голос, который шепчет нам о том, что они чувствуют, о чем молчат, чего боятся. В обычных фильмах эту роль играет закадровый голос или крупные планы с долгими взглядами. В «Аркейне» эту роль часто берёт на себя музыка.
И вот тут начинается магия.
Музыка �� «Аркейне» постоянно переключается между этими ролями. Иногда она — просто часть нарратива: подчеркивает экшен, ставит точку в сцене, создает атмосферу. А иногда она становится повествователем — тем самым закадровым голосом, который открывает нам душу персонажа.
Возьмём сцену падения Джинкс. (Ее мы чуть позже разберем подробнее) Дальше будут спойлеры!
С одной стороны, это нарратив: происходит ключевое событие, после которого зритель гадает, жива героиня или нет. Точка невозврата. Музыка здесь работает как маркер: «Это важно, запомни этот момент».
Но одновременно с этим та же самая музыка становится повествователем. Потому что Джинкс молчит. Она не говорит нам, что чувствует. Она не смотрит в камеру и не произносит прощальных слов. Но песня говорит за неё. Текст, мелодия, интонация — всё это раскрывает то, что происходит у неё внутри: принятие, боль, любовь, прощание.
И вот это умение музыки быть одновременно и частью истории, и голосом героя — то, что делает «Аркейн» уникальным. Создатели не просто кладут красивый трек на красивую картинку. Они выстраивают сложную систему, где звук говорит тогда, когда персонажи молчат, и молчит тогда, когда нужно дать место сюжету.
Кристиан Линке, шоураннер и композитор, однажды сказал: ему было важно, чтобы зритель «почувствовал» персонажа, даже если просто слушает. И это работает. Хотите верьте, хотите нет, но если вы просто послушаете весь сериал, не глядя на экран, вы поймёте всё, что происходит. Особенно сильно это работает в первом сезоне. В эпических сценах, когда персонажи только действуют и молчат, слова из песни рассказывают абсолютно всё.
Единственное условие — хороший английский. Признаюсь честно: ради этого сериала я его выучила.
Три трека, которые разбивают сердце
Есть три композиции, которые каждый раз заставляют мое сердце сжиматься. В сочетании с происходящим на экране — это чистое фаталити.
1. Guns For Hire — Woodkid (6 серия 1 сезона)
2. What Could Have Been — Sting feat. Ray Chen (финал 1 сезона)
3. Wasteland — Royal & the Serpent (8-9 серии 2 сезона)
Последняя заслуживает отдельного разговора.
Паудер, Вандер и бомба-мартышка
В финале второго сезона Джинкс жертвует собой ради Вай и падает в пропасть.
Давайте разберем, что здесь происходит на самом деле. Для Джинкс (для Паудер) всегда было жизненно важно, чтобы сестра ее приняла. К сожалению, Вай так и не смогла этого сделать до конца. Не смогла принять Джинкс полноценно. А вот Вандера, которого Вай любила больше всего на свете, она не смогла даже атаковать, когда тот стал Варвиком и пытался ее убить. В том звере она до сих пор видела доброго и заботливого Вандера. И Джинкс это увидела.
Для Вай любовь всегда была выше страха. И Джинкс увидела в этом надежду: если Вай способна любить так сильно, значит, однажды она сможет принять и её. Не сейчас. Но когда‑нибудь
Именно поэтому Джинкс спасла Вай и пожертвовала собой. Она не услышала заветных слов: «Я принимаю тебя», «Ты всегда будешь моей сестрой». Но Джинкс было достаточно увидеть: сестра ее не отпустит, даже если придется погибнуть. Вай готова быть с ней до конца. И здесь не нужны слова.
Джинкс сделала свой ход. И дала Вай возможность жить дальше.
Флэшбек в прошлое
В момент падения с Варвиком нам показывают сцену из детства: Вандер укладывает девочек спать. Казалось бы — просто флэшбек из детства. Но если смотреть внимательнее, вспоминаешь кое‑что важное.
За несколько серий до этого, в тюрьме, Варвик уже смотрел на Джинкс. Он пытался её убить — и вдруг, посреди ярости, в его затуманенном сознании всплыла картинка. Маленькая Пауд��р. И он назвал её по имени. «Паудер».
Единственный за столько лет, кто назвал её так.
Он увидел в ней ту самую девочку. И Джинкс это запомнила. Именно поэтому она пыталась его спасти. А теперь, в финале, Варвик нападает на Вай. Но Вай, словно не слышит этого. Для нее это все тот же Вандер, которого она всегда любила. Джинкс уже говорила Вай раньше: «Ты не сможешь помочь ему». Она знала. Знала, что Вандера не вернуть. Знала, что иногда любовь — это не спасение, а принятие.
Падая в пропасть, Джинкс смотрит в глаза Варвику. Она видит в них не монстра, не зверя, не то, чего все боятся. Она видит Вандера. Того самого, который когда‑то укрывал её одеялом. Который любил её просто так — не за то, кем она станет, а за то, кем была.
В этот короткий миг, за секунду до того, как всё оборвётся, с ней случается то, чего Силко пытался добиться годами. То, ради чего он топил её в воде и говорил «дай умереть прошлому». Только происходит это не так, как он задумал.
Джинкс не убивает прошлое. Она его принимает.
Она смотрит на Вандера — и принимает, что та девочка, которой она когда‑то была, никуда не делась. Она всё ещё там, внутри. И это не делает её слабее. Не делает уязвимее. Это делает её — целой.
Впервые в жизни Джинкс не пытается сбежать от себя. Не пытается переделать. Не пытается стать кем‑то другим. Она просто смотрит в глаза человеку, который любил её, — и наконец‑то позволяет себе быть той, кем стала.
Она больше не ждёт, что Вай скажет заветные слова. Не ждёт принятия извне. Она принимает себя сама. Через Вандера. Через ту девочку Паудер, которой когда‑то была. Через любовь, которая никуда не делась, даже когда всё вокруг превратилось в руины.
Это не смерть. Это рождение.
И происходит оно в её духе: с бомбой‑мартышкой, с которой всё когда‑то началось. Потому что только так, по‑своему, по‑безумному, она и могла стать собой.
Как можно эмоционально усилить эту сцену? (пример работы скрипт-доктора)
Сцену сопровождает песня Wasteland.
И вот тут я долго спорила сама с собой. Сначала мне казалось, что момент недожали. Что слова выбраны не те. Ведь в оригинале поется:
If I could just lay my head down and rest
If there was nothing to fight or protect
Maybe then I could finally be free
Maybe death is like falling asleep
Честно? Да, слова описывают состояние героини. Но это так… в лоб. Слишком прямо. Слишком буквально про смерть и покой. А ведь этот момент можно было наполнить такой глубиной, что зрители рыдали бы навзрыд.
И я нашла другие строчки из этой же песни. Те, которые, как мне кажется, попали бы точнее:
I'm not ready to face it
Don't go saying goodbye
There's a beauty in changes
And I wanna try
This world is a wasteland where nothing can grow
If it weren't for you, I'd be here all alone
I know in my heart this is where we belong
This world is a wasteland
Don't let me go
Почему именно они?
«I'm not ready to face it. Don't go saying goodbye» — это Джинкс самой себе. Ей нужно принять себя, но принятие означает расставание с прошлым. С Вай. С той девочкой Паудер, которой она была. Она боится. Не хочет прощаться. Но должна. «There's a beauty in changes. And I wanna try» — она решается. Впервые решается стать собой.
«This world is a wasteland where nothing can grow» — это она про себя. В этом мире она — монстр, преступница, «потерянный остров». Здесь не вырастить новую жизнь. Не построить будущее. Но есть кое‑что важное: «If it weren't for you, I'd be here all alone». Вай. Если бы не сестра, она была бы совсем одна. «I know in my heart this is where we belong». В своем сердце я знаю, именно здесь наш дом. И «Don't let me go» — это крик. Не к смерти, а к сестре. Не дай мне уйти. Не отпускай. Даже когда меня не станет.
Письма, что остались без ответа
Песня — это последнее письмо сестре. То, которое Вай никогда не прочтет. Как письмо Вандера к Силко, оставшееся непрочитанным. Помните, как Джинкс сказала: «Если бы он только прочел это…»? Она повторила ту же судьбу. Нет, она не писала Вай писем. Но песня стала этим письмом. «Wasteland» — это прощание.
Прощальное письмо, что останется без ответа. Прощание с сестрой. С прошлым. С собой прежней.
И эти слова никогда не будут сказаны лично. Но этого и не нужно. Потому что в музыке сказано всё.
Такое повествование раскрывает нечто глубинное. Мы не просто смотрим анимационный сериал по игре — нет. Мы становимся свидетелями истории, которая не рассказывается, а поется. Где музыка становится незримым диалогом со зрителем. Диалогом, который говорит громче любых слов.
Мила Апрель
