![](https://habrastorage.org/webt/jd/ri/-n/jdri-nj8f3xeszpxng3ry3mtkiq.jpeg)
Как я писал в одной из предыдущих статей, в 70-е годы советское руководство столкнулось с новым стратегическим вызовом. В связи с появлением высокоточного ядерного оружия и развёртывания в Европе ракет, способных за считаные минуты достичь Москвы и других важнейших целей на западе СССР, время реакции на ядерное нападение сократилось с часов и десятков минут до нескольких минут или даже секунд.
Одним из ответов стала разработка советского «ядерного чемоданчика»: абонентского терминала автоматизированной системы управления стратегическими ядерными силами «Казбек», получившего кодовое наименование «Чегет». Из него руководитель СССР мог отдать приказ о ядерном ударе из любой точки страны в любой момент: была бы связь.
Однако, во-первых, никто не гарантировал, что «Чегетом» успели бы воспользоваться. Во-вторых, проблемой была именно связь: и в условиях электромагнитных последствий ядерных ударов, и в связи со всё более совершенными системами радиоэлектронной борьбы и глушения этой самой связи.
Поэтому в СССР было принято решение создать систему, которая могла бы инициировать ответный ядерный удар даже в том случае, если бы никто из отвечающих за это лиц не имел бы возможности это сделать. Для надёжности новая система дублировала главную систему управления, связи и взаимодействия советских ракетных войск стратегического назначения – тот самый «Казбек». Она получила название «Периметр».
![](https://habrastorage.org/getpro/habr/post_images/bf8/761/2fb/bf87612fb176f26bbc89b2e4df020518.jpg)
«Периметр» до сих пор стоит на вооружении и продолжает модернизироваться. Подробности о нём, естественно, глубоко засекречены — но самая суть этой системы заключается в том, чтобы вероятный противник знал о её существовании, и лишний раз подумал перед радикальными шагами. В том числе поэтому о ней регулярно пишут в российской прессе.
Насколько можно судить, система «Периметр» представляет собой резервную систему кодированной связи между военными объектами и кораблями, оснащёнными ядерным оружием, и специальным очень мощным передатчиком. Этот транслятор в «час Ч» должен передать всем терминалам сигнал о применении спецбоеприпасов по заранее предписанным на такой случай планам и целям.
Передатчик установлен на специальной ракете (или ракетах), находящейся (или находящихся) в глубоко законспирированных местах. Хотя бы какие-то подробности и фотографии имеются только про раннюю модель, командную ракету 15А11 (она же 15П011) разработки и производства КБ «Южное» в Днепропетровске, испытывавшуюся в 1980-е годы на Байконуре и первой поставленную на вооружение.
![](https://habrastorage.org/getpro/habr/post_images/509/36a/fc6/50936afc63fcad5b2b05d187ae89ab44.jpg)
Разработку будущей системы «Периметр» начали по секретному решению руководства СССР в августе 1974 года, когда опасность потенциального обезглавливающего удара высокоточными ракетами средней дальности из Европы была осознана в Москве.
Разработка ключевого элемента системы, тех самых ракет с трансляторами, была поручена днепропетровскому КБ «Южное». За основу взяли их же межконтинентальную баллистическую ракету УР-100, она же SS-17.
Особую головную часть с мощным передатчиком разработали в Ленинградском политехе и пустили в производство в оренбуржском НПО «Стрела». В 1979 году начались первые испытательные старты.
На ключевых испытаниях в ноябре 1984 года стартовавшая из-под Полоцка 15А11 вышла на высоту около 4 километров и передала сигнал на шахту с межконтинентальной баллистической ракетой Р-36М под Байконуром. Та, в свою очередь, стартовала и поразила условную цель на полигоне Кура на Камчатке. Испытания признали успешными.
Система «Периметр» заступила на боевое дежурство в январе 1985 года, когда перспектива открытой ядерной войны между СССР и США выглядела до опасного реальной. Естественно, установки с ракетами «Периметра» обслуживают военнослужащие, но многое в её работе предельно автоматизировано для исключения человеческого фактора.
В то же время, есть данные, что она работает не в режиме постоянной готовности, а может включаться и выключаться по решению высшего руководства России. Это делается для минимизации шансов на возможную ошибку, которая может стоить жизни всему человечеству. «Периметр» должен включаться в режим готовности тогда, когда вероятность ядерной войны становится реальной.
При этом в некоторой степени он страхует от слишком быстрого нажатия «кнопки» в нервной обстановке: у принимающих решение о начале или не начале ядерной войны есть некоторая уверенность, что даже при прилёте непосредственно в них спецбоеприпаса ответный удар всё равно состоится, и потому можно лишний раз выдохнуть и всё взвесить.
![](https://habrastorage.org/getpro/habr/post_images/71a/14b/ad1/71a14bad12bcb0bee92a7ed3cce8f423.webp)
Решение о запуске процедуры автоматизированного ядерного удара включённый «Периметр» — насколько известно широкой публике — принимает автоматически на основе поступающих на его объекты данных с развёрнутой по всей территории России системы сенсоров. Они «снимают» множество показателей: уровень радиационного фона и электромагнитного излучения, ионизацию, сейсмические волны, температуру воздуха у потенциальных целей, интенсивность военного и гражданского радиообмена, не говоря уже о сведениях с систем раннего оповещения РВСН.
Эти данные непрерывно поступают в системы даже «спящего» Периметра. Если складывающаяся на основе этих данных картина (мощные сейсмические импульсы на месте городов и важных целей, резкий рост радиационного фона, электромагнитные импульсы) недвусмысленно указывает на множественные ядерные удары по российской территории — система запрашивает связь с российским Генштабом. Если связь есть, то дальнейшие решения она оставляет ему. Если связи нет — она запрашивает контакт с основной системой управления ядерным оружием «Казбек». Если не отвечает и «Казбек», идёт запрос на прописанные в программе командные бункеры в поисках хотя бы кого-то из ответственных лиц, имеющих полномочия принимать решения о ядерной войне.
Если сенсоры указывают на массированные ядерные удары, но никто из людей не отвечает на запросы, то искусственный интеллект «Периметра» говорит «Зовите меня «Скайнет», и автоматически принимает решение о запуске процедуры ответного ядерного удара. Ракеты с передатчиками стартуют, дают сигналы на уцелевшие пусковые.
Дальнейшее понятно.
Также поговаривают, что «Периметр» может работать в режиме «будильника Апокалипсиса»: если он запущен, но так не был выключен за некоторое время, то автоматическое применение ядерного оружия также становится неизбежным. Правда, это, на мой взгляд, уже выглядит немного сомнительным, и заставляет вспомнить что-то из «Доктора Стрейнджлава».
![](https://habrastorage.org/getpro/habr/post_images/834/0cc/bf6/8340ccbf6bfc1b72740b6b7e085e798c.jpg)
В оставшиеся годы существования СССР система «Периметр» была сугубо секретной. Всё изменилось в октябре 1993 года, когда в The New York Times вышла статья Уильяма Брода «Машина Судного дня России» (https://www.nytimes.com/1993/10/08/opinion/russias-doomsday-machine.html). В ней со ссылкой на эксперта Брукингского института Брюса Блейра и его интервью с выходцами из бывшего СССР утверждалось, что в СССР была создана «машина судного дня». Блейр вкратце описал вышесказанное. И предположил, что при любых степенях защиты подобные автоматизированные системы всё равно могут стать жертвой ошибок и случайностей, тем более, в состоянии только что распавшегося СССР — не забыв упомянуть в качестве примера всё того же «Доктора Стрейнджлава».
Из этой статьи пошло и более известное название системы «Периметр»: «Мёртвая рука». По словам автора, так её прозвали в СССР, но из российских источников этого не следует — вполне возможно, Уилл Брод слегка досочинил ради хлёсткой фразы.
Статья вызвала оживлённые споры в американских военных и разведывательных кругах: одни считали это полной выдумкой, другие считали нужным разобраться. Директор Центральной разведки (не путать с директором входящего в её состав ЦРУ) Роберт Гейтс назвал сведения «невероятными, но не невозможными» в свете «уже ставших известными сюрпризов», и предложил запросить пояснений у президента Ельцина, функционирует ли эта система после распада СССР. Правда, и ЦРУ, и руководство Пентагона, и Госдеп с Белым домом от комментариев воздержались, а в Москве тем более промолчали.
![](https://habrastorage.org/getpro/habr/post_images/044/ba5/a55/044ba5a559009410dd9e2abea0966331.jpg)
Насколько, опять же, известно из открытых источников — изначальные ракеты-передатчики 15А11 сняли с вооружения ещё в середине 90-х по договору СНВ-1. Впрочем, через некоторое время их заменили на какие-то другие, уже на базе ракет, собиравшихся на территории Российской Федерации.
Секрет, во-первых, перестал быть секретом, во-вторых, система давно уже не та, какой была на момент утечек в начале 90-х, и, третьих и главных, в широко известном «Периметре» гораздо больше смысла, чем в засекреченном. Поэтому с начала 2010-х в российской прессе эта тема стала всё более открыто обсуждаться. В декабре 2011 года существование и продолжение функционирования «Периметра» открыто подтвердил «Комсомольской правде» тогдашний командующий РВСН Сергей Каракаев. Появились подробности и от разработчиков, к примеру, Владимира Ярынича.
Некоторые источники, к примеру, сотрудник НИЦ прикладной информатики Пётр Казульский утверждают о наличии в сердце системы суперкомпьютеров на самых защищённых и сверхсекретных военных базах, способных некоторое время продолжать функционировать даже после попаданий боеприпасов редкого ныне мегатонного класса. Он же говорит, что ракеты — не единственный контур передачи команд «Периметра» на пусковые.
Поговаривают даже о нейросетях – хотя их некоторая непредсказуемость вызывает сомнения в возможности применения в настолько ответственном деле.
Ведь мы вряд ли хотим породить настоящий «Скайнет».
![](https://habrastorage.org/webt/ou/g5/kh/oug5kh6sjydt9llengsiebnp40w.png)