Беспроводные технологии *

Рассмотрен процесс моделирования, изготовления и тестирования многосекционного гибридного ответвителя мощности

В первой части статьи я рассказал о том, что во Франции, США и СССР существовали настоящие мобильные телефоны задолго до создания сотовых сетей. Была такая технология и в Германии. А Скандинавии, так вообще… Впрочем, сейчас я все расскажу.

Безэховая камера осталась позади. Измерения сняты, графики выглядят ровно, чувствительность укладывается в спецификацию, EVM не выходит за допустимые пределы.

Камера даёт чистоту эфира, но она ничего не говорит о том, как устройство поведёт себя в условиях реальной эксплуатации, где его будут ронять, возить в багажнике и крепить на вибрирующий корпус промышленного станка.

Реальность сурова. Радиомодуль, который уверенно держит связь на лабораторном столе, может полностью потерять способность принимать пакеты данных после первого часа работы на движущемся объекте.

Приветствую всех читателей Habr. Сегодня хочу поделиться с вами проектом zigbee датчика CO2. DIYRUZ AirSens Reloaded это новый взгляд на проект AirSense. В этой версии была сделана попытка избавится от старых болячек. Проект так же является открытым, доступен на GitHub.

Если вы смотрели французский фильм «Разиня» с Луи де Фюнесом и Бурвилем, то наверняка заметили одну деталь. Кадиллак, который перегоняет главный герой, — это не просто шикарная машина. В ней есть телефон. Телефон! С которого можно позвонить на обычный городской номер.

«Разиня» снят в 1965 году, действие по смыслу происходит примерно тогда же. До старта первой сотовой сети — чуть меньше двадцати лет. Как же герои умудрялись звонить из этого Кадиллака? Неужели это всего лишь художественный вымысел?

Нет, такое действительно было возможно. В США, Европе и СССР существовали системы, которые сейчас можно назвать прообразом мобильного телефона. Они имели выход на телефонную сеть общего пользования и обходились без проводов.

В этой статье я предлагаю вам пройтись по истории таких систем и погрузиться в их технологии. Добро пожаловать в мир до сотовой связи — мир, который заложил основы нашей современной мобильности.

Сегодня беспроводные системы распространены повсеместно, и количество беспроводных устройств и сервисов продолжает расти. Разработка полноценной радиочастотной системы — это комплексная задача, требующая междисциплинарного подхода, при этом наиболее важной ее частью является аналоговый радиочастотный интерфейс. Однако наличие интегрированных радиочастотных приемопередатчиков, таких как AD9361, значительно упрощает решение радиочастотных задач в подобных проектах. Эти приемопередатчики обеспечивают цифровой интерфейс для цепочки аналоговых радиосигналов и позволяют легко интегрировать их с ASIC или FPGA для обработки в основной полосе частот. Процессор основной полосы частот (BBP) позволяет обрабатывать пользовательские данные в цифровой среде между конечным приложением и приемопередающим устройством. Конструкцию процессора основной полосы частот также легко спроектировать с помощью инструментов системного моделирования, таких как Simulink. Однако начинающему пользователю может быть трудно понять и дополнить эту часть головоломки системы связи. Эта статья представляет собой скромную попытку спроектировать и реализовать простой радиочастотный процессор основной полосы частот для системы беспроводной связи. Проект реализован на платформе AD-FMCOMMS2-EBZ и Xilinx® ZC706 с использованием эталонной конструкции FPGA AD9361.

В первом разделе этой статьи подробно описаны общие принципы проектирования процессора основной полосы частот. Этот раздел представляет собой в основном теоретическое введение в тему. Во втором разделе рассматривается фактическая аппаратная реализация процессора основной полосы частот на базе эталонной платы FPGA AD9361 от Analog Devices. Отмечается, что основная цель разработки — максимально упростить конструкцию и продемонстрировать быструю передачу данных по беспроводной связи в лабораторных условиях. Использование радиочастотного спектра сопряжено с соблюдением нормативных требований и другими последствиями.

Проверка радиожелеза относится к тому виду деятельности, про который сложно рассказать за ужином. Собеседник быстро теряет интерес, услышав про децибелы, согласование импедансов и вектор ошибки модуляции. Между тем внутри процесса скрыто довольно много поводов для профессионального скепсиса.

Если вы думаете, что тестирование радиосвязи это про нажатие кнопок на роутере, безэховая камера готова с вами поспорить.

Авто — идеальный полигон для экспериментов программно-аппаратного хакера. Здесь вам и реверс-инжиниринг прошивок IoT устройств, и подключение к портам дебага, и взлом беспроводных сетей, и радиохакинг. Но самое интересное начинается, когда все эти направления пересекаются в одном исследовании.

На связи Иван Глинкин, руководитель группы аппаратных исследований из команды Бастиона. Сегодня займемся реверс-инжинирингом штатного ключа автомобильной сигнализации (key fob) китайского JAC JS4, известного в России как Москвич 3. Этот китаец с русским именем за несколько лет уверенно прописался на наших дорогах, но в инфополе до сих пор нет информации о его тестировании на стойкость к взлому. 

Итак, вызов принят! Мы проведем детальное исследование компонентной базы брелока, изучим его внутренности, просканируем эфир с помощью SDR, постараемся выявить плавающий код (hopping/rolling code) и наметим несколько векторов атаки.

В 09:00 по Москве кто-то в команде уже закрывает первую задачу, а кто-то только входит в рабочий ритм. В инфраструктурных проектах это либо превращается в бесконечные «созвоны ради созвонов», либо дает реальное преимущество по скорости и качеству. Меня зовут Виталий Попов, в «Софтлайн Решения» я отвечаю за реализацию инфраструктурных проектов. И мы пошли по второму пути — и это не про героизм, а про инженерную настройку процесса и нормальные человеческие границы.

В предыдущей статье я рассказывал о своём приложении позволяющем мониторить уровень сигнала и тип интернета в смартфонах и некоторых моделях роутеров, работающих c мобильным интернетом. В опросе к той статье со счётом (8 : 2) победило мнение описывать, с кодом на Java добавление новых роутеров в приложение. Не знаю из какого хаба были победители, но повод ещё раз попиарить приложение найден.

Как и планировал, приобрёл Huawei B535-232a. Подержанный, с одной антеннкой, потёртый корпус, слегка глючный, но работающий. Вбиваем в адресную строку хуавеевские 192.168.8.1 и

Проводной телефон по воздуху

Пришёл как‑то внук к деду в деревню. Посидел, чай попил, по огороду прошёлся — и давай в телефоне ковыряться. Потыкав по экрану, вздохнул и говорит:

— Дед, тут у вас связь какая‑то лесная. То одна палка, то «только экстренные вызовы». А поговорить нормально — по своим городским тарифам — вообще разориться можно. У меня за пару дней в деревенском роуминге счёт набежал, как за месяц дома.

Дед усмехнулся, поправил очки и отвечает:

— Так ты к кому пришёл жаловаться? Я у нас в деревне главный по проводам и связи. Если мобильный дорогой — будем делать проводной. Только у нас провод будет не под землёй, а по воздуху.

— Дед, какой ещё провод по воздуху? Это же уже почти магия.

— Это не магия, — говорит дед. — Это нормальная инженерия и немного хитрости. У нас же уже есть всё, что нужно: стабильный интернет через NR‑712, коробочка, которая умеет переводить старый добрый аналог в IP, и телефонный провайдер, который даёт отдельный номер с тарифом дешевле, чем у твоего мобильного оператора. Надо только правильно это собрать.

Внук смотрит на него, как на шамана от электроники.

— То есть в доме будет стоять обычный проводной телефон, а разговаривать он будет через интернет по воздуху, а не по медному кабелю?

— Именно. Для тебя — обычная трубка на столе и нормальный номер. Для инженера — радиоканал, SIP и немного танцев с бубном вокруг железа.

На следующее утро дед начал колдовать. Сначала он достал из чулана пыльный VoIP‑шлюз — «коробочку», о которой говорил вчера. Подключил к нему старый телефонный аппарат, оставшийся от бабушки. Затем вытащил NR‑712 — беспроводной интернет‑модуль, который цеплялся к ближайшей вышке на холме.

Привет, Хабр! Меня зовут Алексей, и я продолжаю копаться в беспроводных технологиях. В прошлый раз мы настраивали Wi-Fi в OpenWrt для максимальной стабильности и покрытия. Сегодня я хочу поговорить о другой, не менее увлекательной теме - мониторинге беспроводного эфира с помощью легедарного роутера TP-Link MR3020.Многие скажут: «Зачем мне это? У меня и так всё работает». А я отвечу: возможности, которые открываются, могут удивить. Давайте сразу к делу.

Вы открываете YouTube, Twitch или просто обновляете приложение — и, возможно, уже скоро за это придётся платить как за «иностранный трафик».

По обсуждаемым инициативам, после 15 ГБ в месяц каждый дополнительный гигабайт может стоить около 150 рублей — формально для борьбы с VPN.

Звучит просто: VPN = зарубежный сервер = иностранный трафик.
Значит, нужно просто посчитать и ограничить.

Проблема в том, что интернет так не работает.

Тот же Twitch сегодня может отдавать вам видео из локального кэша в вашем городе, а завтра — из Франкфурта. API вашего приложения может находиться в Нидерландах, а сайт с российским доменом — работать через зарубежный CDN.

И в какой-то момент становится непонятно: где вообще проходит граница между «нашим» и «чужим» трафиком?

Я решил разобраться в этом с технической стороны:

- что на самом деле видит провайдер

- почему он не может «заглянуть внутрь» вашего трафика

- как устроены VPN и чем они отличаются (или не отличаются) от обычного HTTPS

- можно ли реально отличить VPN от обычного трафика

- и почему идея считать «иностранные гигабайты» выглядит куда более спорной, чем кажется

И главный вопрос, к которому всё это приводит: можно ли вообще технически корректно реализовать такие ограничения да так, чтобы не сломать половину интернета?

Если коротко — всё чуть сложнее, чем звучит в новостях.

В прошлом статье мы начали наш рассказ про спутниковую связь, ее технологии, историю и особенности. Мы дошли до появления DVB-S2 и триумфа геостационарной связи. Продолжаем. И резко снижаемся. Ибо у нас революция, которую совершили низкоорбитальные системы.

Времена, когда спутниковый телефон был кирпичом с выдвижной антенной, остались в далеком прошлом. Двадцать-тридцать лет назад для связи с космосом могла потребоваться даже не трубка, а полноценный чемодан.

А сегодня ваш обычный смартфон подходит к тому, чтобы решать пустить ли вызов через базовую станцию или через ближайший спутник. Мы прошли путь от аналоговых чемоданов весом в несколько кило до лазерных мостов в космосе и технологии Direct‑to‑Cell. В этом материале я хочу рассказать как зарождалась спутниковая связь, какой путь она прошла и что мы имеем на текущий момент. Мы узнаем почему иридий стал символом грандиозного коммерческого фиаско, чем высокоэлиптическая орбита отличается от геостационарной, что изменилось в космосе с приходом DVB-S2 и чем позвонить с Эвереста.

А с теми, кто как и я, рос в 90-е, мы вспомним и объясним самую противную фразу нашего детства: “Это канал звукового сопровождения, программы “Орбита-4 Восток", центрального телевидения, пиии!”. Все же помнят, что она значила для нас? Что утренних мультиков не будет…

В попытках описать современный мир с точки зрения технологий в голову приходят самые разные эпитеты: от умный и миниатюрный до многофункциональный и энергоэффективный. Но ничто так не изменило мир, как беспроводные технологии. Нивелирование необходимости в том, чтобы устройство было подключено к источнику питания или коммуникационному оборудованию, сделало не только множество устройств, но и сам образ жизни человека весьма мобильным. Беспроводной интернет стал одной из важнейших технологий наших дней, которой пользуются не только компьютеры и смартфоны, но даже бытовая техника. Однако возможности Wi-Fi, как и любой другой технологии, имеют свои ограничения, преодолеть которые помогает наука. Ученые из Общества оптики и фотоники (Вашингтон, США) разработали новый чип, позволяющий увеличить скорость Wi-Fi до невообразимых 360 Гбит/с. Из чего сделан новый чип, каков принцип его работы, и какими еще достоинствами он обладает? Ответы на эти вопросы мы найдем в докладе ученых.

Если вы сталкивались с одной из следующих ситуаций, эта статья для вас:

• Хотите попробовать UWB-позиционирование, но не готовы начинать с разработки на уровне микросхем — UWB653Pro подключается к USB-порту компьютера, настраивается через AT-команды, и измерение расстояний можно запустить за несколько минут.

• Нужно организовать позиционирование персонала на заводе, в шахте или на складе, но не знаете, с чего начать — в статье подробно описана полная архитектура системы: базовые станции, метки и Mesh-ретрансляторы, а также практические рекомендации по развёртыванию.

• Требуется продемонстрировать UWB-решение заказчику, но под рукой нет готового оборудования — UWB653Pro по размеру не больше флэш-накопителя, его удобно носить с собой и использовать для демонстрации непосредственно на месте.

• Купили UWB-модуль, но точность измерений неудовлетворительна — в статье описаны два уровня калибровки: калибровка задержки антенны и корректировка смещения расстояния, что позволяет добиться необходимой точности.

Поколения сотовой связи меняются приблизительно раз в десять лет. Возможно, в будущем, мы увидим ускорение этого процесса, но пока тайминги более-менее выдерживаются. И если старт внедрения 5G пришелся на 2020-е годы, значит совсем скоро, года через четыре, мы уже можем ждать 6G.

Спойлер: можем. В феврале 2026 года был утвержден драфт техтребований к стандарту.

Каким он будет? На какие запросы пользователей он ответит? И как он собирается изменить нашу жизнь? Давайте обсудим!

Приветствую всех читателей Habr. Время от времени я выкладываю в открытый доступ некоторые свои проекты по электронике. Сегодня я хочу представить устройство, которое делал с особым удовольствием - EFEKTA Open PM Monitor.

Это Zigbee-датчик мониторинга твердых частиц (PM1.0, PM2.5, PM10). В версии 2.0 в проект добавился сенсор ENS160 для измерения TVOC, eCO2 и AQI, а также небольшой дублирующий OLED-дисплей 128×64.

Но главная его «фишка» - аналоговый стрелочный индикатор.

Вокруг каждого из нас постоянно что-то «шумит» в радиоэфире: брелоки от шлагбаумов, датчики «умного дома», метеостанции, беспроводные звонки. Огромный пласт бытовой электроники работает на частоте 433 МГц и не защищен от анализа и воспроизведения сигналов. Зачастую безопасность этих устройств держится на честном слове и надежде производителя, что «никто не будет в этом ковыряться».

Раньше, чтобы исследовать радиоэфир или изменить параметры сигнала, нужно было брать в руки паяльник и пересобирать колебательный контур. С приходом SDR (Software Defined Radio) правила игры изменились. Теперь радио — это не столько «железо», сколько математика и программный код. Любой сигнал можно визуализировать, разобрать на биты и собрать заново, не отходя от ноутбука.

В этой статье пройдем путь от теории к практике SDR-реверсинга бытовой техники. Вспомним необходимый минимум физики, разберем «зоопарк» доступных SDR-устройств — от копеечных свистков до USRP — и реализуем три вектора атаки на обычный беспроводной звонок: от простого перехвата до чистого программного синтеза сигнала.