Существует такое понятие Bone Wars — «Война костей». Под этим названием известна история двух профессоров палеонтологии — одного из Йеля, другого из Филадельфии, — которые на протяжении пятнадцати лет, с 1877 по 1892 год, вели ожесточенное противостояние друг с другом. Эдвард Коуп и Отниел Марш засылали шпионов, подкупали чужих рабочих, похищали окаменелости и уничтожали кости динозавров, чтобы они не достались конкуренту. Попутно ими было открыто более 140 новых видов, и фактически именно они создали американскую палеонтологию. В итоге оба разорились. Обратимся к истории.
Что было известно про динозавров в XIX веке и кто ими занимался
Само слово «динозавр» придумали только в 1842 году. Британец Ричард Оуэн, изучив многочисленные неопределенные кости, найденные на юге Англии, пришел к выводу, что они принадлежат отдельной группе вымерших ящеров. Он соединил два греческих корня — deinos (ужасный) и sauros (ящер).
Оуэн видел в динозаврах опровержение теории эволюции: ящеры существовали, затем вымерли, не оставив потомков — следовательно, никакого развития нет. Однако уже в 1868 году Томас Гексли, прозванный «бульдогом Дарвина», высказал предположение о близком родстве динозавров с птицами. Их связь была окончательно доказана лишь в 1970‑х годах Джоном Остромом, открывшим дейнониха.
В Америке ситуация в палеонтологии долгое время была хуже. Первый полноценный скелет динозавра на континенте обнаружили только в 1858 году — гадрозавра из Нью‑Джерси описал Джозеф Лейди, и эта находка долго оставалась единственной.
Перемены начались после Гражданской войны. При строительстве трансконтинентальной железной дороги при взрывных работах постоянно попадались крупные кости неизвестного происхождения. Палеонтологов в Америке тогда можно было пересчитать по пальцам.
Эдвард Коуп из Филадельфии
Эдвард Дринкер Коуп родился в 1840 году близ Филадельфии в семье квакеров.
Он был вундеркиндом. Первую статью опубликовал в 18 лет, а к двадцати годам уже был известен как серьезный герпетолог (специалист по рептилиям и амфибиям). Журнал Copeia — ведущее американское издание по герпетологии и ихтиологии — до сих пор носит его фамилию.
Коуп окончил Пенсильванский университет, стажировался в Европе, после чего продал отцовскую ферму и на полученные средства стал независимым исследователем. За свою карьеру он опубликовал более 1400 научных работ.
Коуп был из тех людей, которых одни называют «бесконечно увлеченный и щедрый», а другие — «невыносимый зануда, который не знает, когда надо заткнуться». Обе характеристики имели основания. С одной стороны, Коуп не умел налаживать отношения с чиновниками и в итоге не получил ни одного государственного гранта, финансируя экспедиции из собственных средств. С другой — он находил общий язык с индейцами, на чьих землях часто проходили раскопки, демонстрируя им фокус со съемными зубными протезами, что вызывало неизменный восторг.
Отниел Марш из Нью‑Йорка
Отниел Чарлз Марш родился в 1831 году в Нью‑Йорке. Он также происходил из фермерской семьи и с детства коллекционировал минералы и окаменелости.
Дядя Марша, Джордж Пибоди, был одним из богатейших людей Америки, филантропом и торговцем. Сначала он оплачивал обучение племянника — свою первую научную работу Марш написал только в 30 лет, будучи студентом. Впоследствии дядя спонсировал все его проекты. Марш убедил родственника выделить средства на создание музея естественной истории при Йеле в 1866 году, и к 1876 году музей Пибоди был открыт для публики; он работает до сих пор.
В Йеле специально учредили для Марша должность профессора палеонтологии — так университет отблагодарил его за создание музея. Должность была формальной и не оплачивалась, но это не имело значения: средства поступали от Пибоди, к тому же отсутствие обязательств давало полную свободу действий.
Марш, в отличие от Коупа, умел договариваться с военными (обеспечивая охрану экспедиций на землях индейцев), политиками и администрацией. Его проводником работал Буффало Билл. С вождем сиу Красным Облаком Марш заключил соглашение: он содействовал племени в правительственном комитете, а взамен экспедиции получали беспрепятственный проход. За это индейцы прозвали его Вождь Большая Кость.
Среди недостатков Марша исследователи отмечают пренебрежительное отношение к подчиненным: он задерживал выплаты, перекладывал на них тяжелую работу и публиковался под единственным авторством, не упоминая сотрудников, которые работали с полной самоотдачей.
Что пошло не так между учеными
Познакомились они в 1864 году в Берлине, где оба стажировались у ведущих европейских палеонтологов. Вначале они были скорее союзниками: вместе выезжали на раскопки и обменивались научными любезностями. Коуп назвал в честь Марша амфибию Ptyonius marshii, а Марш ответил тем же, присвоив имя Коупа рептилии Moschops copeanus. В те годы их дружба казалась прочной, и ничто не предвещало будущего острого соперничества.
Существует несколько версий того, что привело к разрыву. Точных сведений, какая из них является основной, нет; возможно, сыграли роль все три.
Версия первая: оба ученых отправились на раскопки в Нью-Джерси, где ранее палеонтолог Уильям Паркер Фульк собрал полный скелет динозавра. Место считалось перспективным, ожидались новые находки. Согласно этой версии, Марш тайно подкупил рабочих из команды Коупа, чтобы те передавали находки ему, а не своему нанимателю. Коуп узнал об этом.
Версия вторая: ее позднее, в 1890 году, изложил сам Коуп в газете Herald. По его словам, еще до истории с подкупом Марш перекрыл ему доступ к костям первых американских динозавров мелового периода, найденных в том же Нью-Джерси. Изначально эти кости обнаружил и описал Коуп, но по законодательству того времени участки с окаменелостями можно было оформлять в частную собственность. Марш, используя связи, оформил землю на себя.
Версия третья — наиболее известная. В 1868 году Коуп опубликовал описание эласмозавра — морского ящера с необычайно длинной шеей (строго говоря, это не динозавр, но впечатляющее ископаемое).
При подготовке иллюстраций Коуп ошибся, перепутав шейные позвонки с хвостовыми, в результате чего череп на рисунке оказался приставлен к хвосту. Тираж уже вышел. Коуп попытался скупить оставшиеся экземпляры, но не успел. Марш, вместо того чтобы указать коллеге на ошибку в частном порядке, сделал это публично и в резкой форме, предложив переименовать животное в Streptosaurus — «искривленную рептилию».
К началу 1870‑х годов общение между ними прекратилось. Скорее всего, конфликт назревал постепенно: два амбициозных ученых, каждый из которых был убежден в собственном превосходстве, работали в одной узкой области.
Как выглядела война
Противостояние продолжалось целых пятнадцать лет — с 1877 по 1892 год. Основными территориями были Вайоминг, Колорадо и Небраска.
Особого внимания заслуживает Вайоминг, ставший главным полем битвы. В южной части штата, вдоль горного хребта, протянувшегося с запада на восток, находится местность Комо Блафф. Там кости динозавров залегали буквально на поверхности, что делало это место одним из богатейших «месторождений» останков динозавров в мире. Обе команды регулярно проводили здесь экспедиции.
Каждый из исследователей тратил собственные средства. Марш использовал наследство дяди и свои доходы, Коуп — остатки от продажи отцовской фермы. Они нанимали бригады рабочих, платили местным охотникам за ископаемые, скупали кости и арендовали участки. Условия раскопок были тяжелыми: палатки, пыль, жара, а также необходимость передвигаться по землям индейцев, что требовало охраны.
Бригады конкурентов иногда сталкивались друг с другом прямо в поле на одном и том же участке. Вот как они портили друг другу жизнь:
Шпионы и вредители. С самого начала конфликта обе стороны внедряли своих людей в экспедиции соперника для сбора информации о маршрутах, перспективных участках и планах дальнейшего продвижения, чтобы опередить конкурента.
Подкуп. Марш платил людям из команды Коупа за находки и фактически выстроил параллельный канал поставки костей внутри чужой экспедиции.
Административное давление. Марш, обладавший обширными связями, неоднократно использовал их во вред конкуренту. Например, в форте Бриджер (Вайоминг), служившем перевалочным пунктом, экспедиции Коупа отказали в помещениях и помощниках.
Перехват грузов. Коуп держал своих людей среди железнодорожных рабочих и станционных смотрителей. Когда очередная партия ящиков Марша из Вайоминга прибыла на перевалочную станцию, Коупу сообщили об этом. Учет грузов в те годы не был строгим, сквозной маркировки не существовало. Коуп убедил станционных работников в том, что ящики адресованы неправильно, и добился перенаправления вагонов в Филадельфию вместо Нью-Хейвена. Подкуп железнодорожников в тот период был обычной и недорогой практикой. Получив чужой груз, Коуп вскрыл ящики и изучил содержимое раньше самого Марша. В палеонтологии XIX века действовало такое правило: кто первым опубликовал описание нового вида, тот и считался его первооткрывателем. Когда Марш обнаружил пропажу, ему пришлось подключать юристов и чиновников, чтобы вернуть кости. Точных данных о том, удалось ли ему получить их назад и в каком состоянии, не сохранилось.
Подброс фальшивок. Марш подбрасывал в раскопы Коупа костные фрагменты из других геологических периодов. Он рассчитывал, что Коуп, стремясь быстрее опубликовать новые виды, включит их в описание, что привело бы к научной ошибке и удару по репутации.
Уничтожение находок. Обе стороны уничтожали кости, которые не могли вывезти с собой. Раскопки велись на Диком Западе, перевозка осуществлялась мулами и поездами на восток тоннами; забрать все сразу было невозможно. Поэтому кости, не поместившиеся в текущую партию, ломали, чтобы они не достались сопернику. Иногда уже отработанные участки взрывали динамитом, чтобы конкурент не нашел там ничего полезного.
Гонка порождала многочисленные ошибки: новые виды описывались в спешке, кости путались, одному и тому же животному нередко давали два разных названия, описания дублировались. Разбираться с этими последствиями пришлось уже следующим поколениям палеонтологов. Некоторые виды, описанные в пылу гонки, оказались уже известными. Часть «открытий», сделанных в пылу противостояния, впоследствии была аннулирована.
Открытие бронтозавра
Эта история служит наглядной иллюстрацией происходившего.
В 1877 году Марш описал крупного длинношеего динозавра, назвав его апатозавром. Спустя два года его люди нашли еще один похожий скелет, но без черепа, и Марш решил, что это другой вид, дав ему имя «бронтозавр», то есть «ящер‑гром». Это красивое слово быстро запомнилось и ушло в народ.
Желая как можно скорее выставить находку в своем музее, Марш использовал череп камаразавра, приспособив его к скелету бронтозавра. В таком виде — с «чужим» черепом — динозавр экспонировался в музеях до 1979 года. Палеонтологи высказывали сомнения, но авторитет Марша был столь высок, что открыто спорить никто не решался.
Лишь в 1903 году палеонтолог Элмер Риггс внес ясность, доказав, что апатозавр и бронтозавр — одно и то же животное. Согласно правилам номенклатуры, приоритет остался за названием «апатозавр». Однако в 2015 году европейские ученые провели масштабный анализ и предложили все-таки реабилитировать бронтозавра, вернув ему статус самостоятельного рода, отдельного от апатозавра.
1890-е: о конфликте узнают из газет
На протяжении двадцати лет об этом конфликте и допущенных ошибках знали лишь в профессиональном сообществе. 12 января 1890 года нью-йоркская Herald вышла с заголовком на первой полосе: «Ученые ведут ожесточенную войну». Коуп решил предать историю огласке и обвинил Марша в плагиате, некомпетентности и уничтожении находок. Он заявил, что своими открытиями Марш обязан сотрудникам, а не себе.
В качестве доказательств были представлены письменные показания бывших работников, которым не платили и чьи находки публиковались под чужим именем. В ответ Марш обвинил Коупа в воровстве, проникновении в его лабораторию и психической нестабильности. Очевидно, что оба годами собирали компрометирующие сведения друг на друга.
Последовала цепная реакция: Коуп продолжал передавать в газеты новые письма и показания, Марш отвечал тем же. Научное сообщество раскололось: коллеги, вставшие на ту или иную сторону, также ввязались в полемику, которая велась уже на страницах научных журналов и в прессе.
Чем это кончилось для исследователей
Огласка 1890 года обернулась для обоих катастрофой.
Правительство инициировало расследование, в ходе которого выяснилось, что оба ученых использовали федеральное финансирование в личных целях. Марш лишился должности в Геологической службе США и государственного финансирования. Коуп также потерял федеральные гранты. Без средств продолжать экспедиции в прежнем масштабе стало невозможно.
Марш к тому времени истратил почти все состояние на экспедиции и содержание коллекций. Лишившись государственной поддержки, он оказался в стесненных обстоятельствах, заложил дом и впервые за тридцать лет обратился к Йелю и Пибодскому музею с просьбой о жалованье, в котором ранее не нуждался. Ни одной из задуманных монографий он не завершил. Он умер в 1899 году, оставив ящики с неразобранными окаменелостями; их разбор занял у других ученых несколько десятилетий.
Коуп после скандала попытался начать все сначала и вложил остатки средств в горнодобывающий бизнес, но разорился. Ему пришлось продать почти целиком палеонтологическую коллекцию, которую он собирал всю жизнь, а также дом. Последние годы он провел в небольшом частном музее. Биограф Ленхэм описывает его последние дни так: кушетка, вокруг кости, больной Коуп лежит среди них. В 1897 году на похороны ученого пришло всего шесть человек.
Перед смертью Коуп завещал свой череп науке — и бросил Маршу последний вызов: предложил ему сделать то же самое, чтобы после смерти ученые сравнили, у кого мозг больше. Марш промолчал. Череп Коупа до сих пор хранится в университете Пенсильвании.
Итоги для науки
За Маршем числится 86 новых видов динозавров. Он открыл трицератопса, стегозавра, аллозавра, диплодока, первых птерозавров на американском континенте и описал останки ранних предков лошади, ставшие одним из главных доказательств эволюции.
За Коупом — 56 видов динозавров, около тысячи описанных видов вымерших позвоночных и более 1400 научных публикаций по сравнительной анатомии, герпетологии, ихтиологии, эволюции. По объему научных работ он значительно превзошел Марша.
В общей сумме за пятнадцать лет они описали 142 новых вида динозавров, тогда как до этого на всю Северную Америку имелся лишь один более или менее полный скелет.
Но главное, они изменили представление о динозаврах в массовом сознании. До Коупа и Марша эта тема оставалась уделом узкого круга специалистов. В 1880‑х годах американские газеты впервые начали освещать палеонтологические находки как сенсации, музеи привлекали очереди, в учебники зоологии вошли разделы о мезозойской эре. Роберт Бэккер, палеонтолог, консультировавший «Парк юрского периода», отмечал, что именно тогда динозавры по-настоящему захватили воображение людей. Судя по тому, что «Парк юрского периода» вышел спустя сто лет после смерти Коупа и собрал миллиард долларов в прокате, он был прав.
Если кому-то интересна художественная версия этих событий — Майкл Крайтон написал об этом роман «Зубы дракона» (вышел в 2017‑м, уже посмертно).
