Мы много писали о катастрофах на фондовом рынке, причиной которых были сошедшие с ума алгоритмы или оплошности брокеров. Эти истории могут создать впечатление, что биржевые обрушения – события всегда молниеносные и не поддающиеся прогнозам. Однако бывает и так, что краху предшествует многолетнее планомерное нарушение правил торговли сотрудниками финансовых организаций, которые обманывают и своего работодателя, и его клиентов.

Таких комбинаторов принято называть rogue trader, и сегодня мы расскажем об одном из ярчайших представителей этого племени "изгоев", выявившем серьезные слабости в системе управления рисками и внутреннего контроля банковской индустрии конца нулевых. Речь идет о трейдере банка Societe Generale (SocGen) Жероме Кервьеле, из-за несанкционированных сделок которого его наниматель в 2008 году распрощался не только с €4,9 млрд, но и деловой репутацией на долгие годы.

Rogue trader: самый опасный зверь инвестиционных джунглей

У термина rogue trader нет конкретного автора, однако именно так озаглавил свою автобиографию Ник Лисон – старший трейдер сингапурского отделения английского банка Barings Bank. Русская локализация «Как я обанкротил “Бэрингз”» является спойлером к этой истории: в далеком 1995 году, манипулируя инвестициями во фьючерсы на японской бирже Nikkei, Лисон умудрился потерять $1,3 млрд и погубить старейший банк Европы. В результате в том же году Barings Bank был продан со всеми долгами за символический £1 нидерландской банковской группой ING.

Сегодня понятие «недобросовестного трейдера» ассоциируется с профи, которые превышают свои полномочия по части рискованных инвестиций, действуя при этом от лица работодателя. Иногда они обходят механизмы корпоративного контроля, действуя на свой страх и риск. А бывает и так, что руководство банков само закрывает глаза на мутные схемы – до тех пор, пока rogue trader приносят огромную прибыль, а не катастрофические убытки.

В числе таких вольных торговцев можно упомянуть Ясуо Хаманаку, главного торговца медью в Sumitomo Corporation. Пресса окрестила его «Мистером Медью» за то, что в какой-то момент он контролировал до 5% ежегодных поставок меди. Однако в 1996 году Хаманака обошелся корпорации в $2,6 млрд за якобы несанкционированные сделки на Лондонской бирже металлов. Другой пример: Джон Руснак, бывший валютный трейдер в банке Allfirst Financial, который долгое время скрывал от своего руководства $691 млн убытков от рискованных сделок, за что в итоге отправился в тюрьму на 7,5 лет. Под понятие rogue trader попадает и один из героев нашей старой публикации Стив Перкинс, устроивший в пьяном угаре на клиентские деньги инцидент международного масштаба с нефтяными фьючерсами.

Однако на сегодняшний день с точки зрения размеров нанесенного ущерба королем мошеннических трейдеров является именно француз из Societe Generale. Так кто же такой на самом деле Жером Кервьель: хитроумный аферист или жертва негласной корпоративной политики?

История работы Жерома Кервьеля на банк Societe Generale

Жером Кервьель родился в небогатой семье в 1977 году в кантоне Пон-л’Аббе, Бретань, где и закончил школу. В 1999 году он получил степень бакалавра в Университете Нанта, а в 2000 году — степень магистра финансов в Университете Лиона. Получив диплом, Кервьель быстро устроился в банк Societe Generale. Первые годы он работал в отделе комплаенс-контроля в бэк-офисе, а также пробовал себя в политике: согласно The Telegraph, в 2001 году Жером безуспешно участвовал в муниципальных выборах в Пон-л'Аббе от правоцентристской партии президента Николя Саркози UMP. В 2005 году Кервьель перебрался в трейдинговое подразделение Delta One, которое специализировалось на торговле фьючерсами на фондовые индексы, где и начал свой путь к сомнительной славе.

Занявшись торговлей деривативами на европейском фондовом рынке, Жером быстро стал одним из ведущих трейдеров банка. Основная стратегия Кервьеля заключалась в том, что он открывал длинные позиции, делая ставку на рост фьючерсов фондового индекса EURO STOXX 50 и рассчитывая на гигантскую прибыль для SocGen.

Все, что произошло в дальнейшем, объясняется в отчете, опубликованном на сайте Societe Generale, следующим образом. Обычно для минимизации риска при торговле трейдеры компенсируют длинные позиции со ставкой на рост короткой позицией со ставкой на паде��ие. Например, если трейдер покупает фьючерсы на европейские акции в ожидании роста рынка, он может застраховать эту ставку, продавая фьючерсы на американские акции, поскольку европейские и американские рынки часто движутся синхронно. Однако Кервьель с какого-то момента начал делать ставки только в одном направлении.

Благодаря многолетней работе в бэк-офисе SocGen Кервьель хорошо знал банковские процедуры по контролю трейдеров. Он использовал эти знания в 2006-2008 годах, за несколько дней до внутренних проверок открывая фиктивные страхующие позиции и сразу закрывая их после аудита. Это позволило ему продолжать высокорискованную торговлю, оставаясь незамеченным.

Хотя Кервьелю был установлен лимит на торговые операции в €125 млн, он многократно превышал его, используя заемные средства. Это давало ему возможность управлять деньгами, которых у него на самом деле не было, однако «эффект плеча» увеличивал не только потенциальную прибыль, но и потери. Это в конечном счете и произошло: когда рынок пошел против Кервьеля, размер убытков начал быстро расти, что привело к катастрофическим последствиям для банка.

Причины, побудившие Кервьеля принимать такие огромные риски, до конца не ясны. Скорее всего, он хотел показать себя лучшим трейдером и продвинуться по карьерной лестнице: официально его зарплата, включая бонусы, не превышала €100 тыс. в год, что считалось довольно скромным для его деятельности. При этом друг Жерома, Николя Шафрон, характеризовал его как амбициозного заучку, не сильно интересующегося деньгами: «Для него важнее был сам процесс — разобраться, как устроены экономика и финансы. Его привлекала игра, а не награда». Привет Котегаве, Сарао и другим возмутителям спокойствия, которых пресса потом обвиняла чуть ли не в игромании. В те же годы у Кервьеля умер отец, и, по-видимому, были проблемы в личной жизни, что также могло сказаться на ясности его головы.

Что бы там ни было на самом деле, Кервьель скрывал свои позиции от руководства SocGen и манипулировал отчетностью до последнего. Однако в январе 2008 года команда управления рисками банка заметила подозрительную активность на его счетах и инициировала расследование. Когда SocGen обнаружил масштабы потерь, он моментально закрыл позиции Кервьеля, ликвидировав все его сделки и сообщил об убытках в размере €4,9 млрд финансовым регуляторам. Так начался скандал, потрясший финансовую индустрию.

Мошенник, жертва банковской системы или национальный герой?

Кервьель был взят под стражу 26 января 2008 года и обвинен в злоупотреблении доверием, подделке документов и несанкционированном использовании компьютерных систем. Однако, как это часто бывает в таких историях, разбирательство заняло несколько лет: Жерома несколько раз выпускали на свободу под залог, а затем арестовывали снова. Согласно The Wall Street Journal, у Societe Generale даже не сразу получилось уволить трейдера.

Адвокаты Кервьеля настаивали, что банк сам несет часть ответственности за убытки, так как не контролировал трейдера и негласно поощрял его совершать рискованные сделки. Критики суда отмечали, что Кервьель был наказан за системные ошибки в банковской отрасли, а настоящие виновники — высшее руководство и финансовые регуляторы — избежали ответственности.

Сам Кервьель тоже утверждал, что стал «козлом отпущения»: по его словам, по итогам 2007 года его сделки принесли Societe Generale прибыль в €1,4 млрд, и потому руководство банка, якобы знавшее все о его деятельности, закрывало на нее глаза. «Я человек, который пытался выполнять свою работу как можно лучше, в интересах банка. Моя цель была — принести ему прибыль. Да, я совершил ошибки, но меня поощряли мои начальники», — так охарактеризовал себя на одном из судебных процессов сам трейдер. В своих мемуарах L'Engrenage: Mémoire d'un trader он, уже не стесняясь в выражениях, заявил, что был не единственным сотрудником, проводившим махинации, и сравнил себя и других таких трейдеров с низкооплачиваемыми проститутками на большой банковской оргии.

Скандал привел к отставке генерального директора SocGen Даниэля Бутона в 2009 году и поставил под сомнение эффективность системы управления рисками в банке. Тем не менее  руководство SocGen ожидаемо отвергало подобные обвинения и настаивало, что Кервьель действовал в одиночку и тщательно скрывал несанкционированные операции от менеджмента. И в итоге суд встал на сторону банка: в 2010 году Кервьель был приговорен к трем годам тюремного заключения и обязан возместить €4,9 млрд евро убытков для банка.

Несмотря на приговор, Жером стал французским неформальным героем. Некоторые люди видели в нем символ борьбы против финансового истеблишмента и несправедливости банковской системы. В какой-то момент он даже получил аудиенцию у Папы Франциска в Ватикане, которая вдохновила его на пеший марш из Рима в Париж для привлечения внимания к «тирании рынков».

Несколько лет Жером подавал апелляции и в итоге добился уменьшения штрафа до €1 млн и, проведя в тюрьме всего пять месяцев, вышел на свободу. А в 2016 трейдер даже смог отсудить у Societe Generale €450 тыс. за «необоснованное увольнение».

В том же году про его историю сняли художественный фильм «Аутсайдер» (L'outsider, 2016), где симпатии режиссера явно были на стороне вольного торговца. А Хосе Моджо проанализировал кейс Кервьеля и его влияние на инвестиционный рынок в книге «Societe Generale: дело Жерома Кервьеля».

Последствия кейса Кервьеля для банковской системы и современные методы контроля трейдеров

Сегодня можно констатировать, что Кервьель отделался сравнительно легко, и в настоящее время бывший rogue trader имеет репутацию жертвы воротил банков��кого бизнеса. Банк SocGen тоже чувствует себя неплохо: оправившись от удара, он со временем вернулся в списки крупнейших финансовых конгломератов мира.

Однако скандал не прошел для фондового рынка бесследно, продемонстрировав необходимость более строгого контроля банковской индустрии. В частности, в ответ на финансовый кризис 2007-2009 годов, вызванный в том числе рискованными сделками финансовых организаций, Базельский комитет по банковскому надзору разработал конвенцию, известную как Basel III. В ней ужесточались требования к капитализации банков на случай необходимости покрывать убытки. Также, чтобы ситуация, в которую попал Кервьель, не повторялась, ограничивался размер кредитного плеча и предписывалось строже отслеживать ошибки и мошеннические схемы персонала.

Как результат – сегодня для противодействия rogue trader организации, связанные с инвестированием, активно используют разные практики, позволяющие снизить риск финансовых преступлений. Помогают им в этом новые технологии: например, искусственный интеллект и машинное обучение позволяют быстрее и точнее выявлять подозрительные операции. А RegTech- и SupTech-решения – автоматизируют процесс соответствия нормативным требованиям. Мы в свое время писали о таких механизмах защиты от банковского мошенничества, как Anti-Money Laundering (AML) и Know Your Customer (KYC). К конкретным методам борьбы с rogue trader можно отнести следующие.

Мониторинг транзакций. Современные системы мониторинга транзакций способны выявлять подозрит��льные торговые схемы. Благодаря автоматизированным инструментам финансовые учреждения могут оперативно реагировать на потенциальные угрозы.

Знай своего клиента. Глубокая проверка клиентов помогает предотвратить использование внутренних уязвимостей в банковских системах. Процедуры KYC включают в себя верификацию личности, анализ источников дохода, а также оценку потенциальных рисков, связанных с конкретными клиентами. Это снижает вероятность использования банковских услуг для отмывания денег и других преступных схем.

Разделение обязанностей. Четкое распределение полномочий внутри организаций снижает вероятность несанкционированных действий со стороны сотрудников. Введение многоуровневого контроля и разделения функций помогает минимизировать риски мошенничества и коррупции.

Независимые аудиты. Регулярные внутренние и внешние аудиты позволяют выявлять слабые места в системе финансового контроля и обеспечивают соответствие AML-нормам. Аудиторские проверки помогают вовремя обнаружить и устранить потенциальные риски, а также предотвратить финансовые преступления.

Обучение и повышение осведомленности. Финансовые учреждения должны инвестировать в обучение своих сотрудников, чтобы они могли распознавать подозрительные операции и своевременно сообщать о них соответствующим службам. Обучение позволяет персоналу лучше понимать новые методы мошенничества и быть готовыми к предотвращению угроз.

Резюме

История Жерома Кервьеля стала уроком для инвестиционного рынка и продемонстрировала уязвимость банков перед действиями отдельных трейдеров и их недобросовестного начальства. Ответом стало усиление внутреннего контроля со стороны финансовых организаций, внедрение автоматизированных систем мониторинга и выявления подозрительных операций. Можно предположить, что развитие ИИ и анализа данных поможет быстрее предотвращать подобные махинации. Регуляторы также ужесточили требования к прозрачности сделок, а управление рисками стало ключевым элементом корпоративной культуры.

Однако полностью исключить такие случаи в будущем пока невозможно — ведь за феноменом rogue trader стоит невероятно живучий человеческий фактор, питающийся алчностью, тщеславием и просто азартом потягаться с любой системой контроля. А эти людские качества неистребимы.