Спасибо, крайне полезная статья. Я бы ещё подвёл к variance так, чтобы это понятие не выглядело возникшим из ниоткуда: просто оно с неизбежностью появляется в языках, поддерживающих и subtyping, и генерики.
Свежая пища (и твёрдая, и жидкая) для сортирных остряков (вообще-то излишнее внимание к сортирным темам Эрих Фромм считал признаком некрофилии). А я счастлив, что дожил до фантастического будущего: к Луне летит просторный корабль с экипажем из четырёх человек, в котором есть отдельная туалетная кабина с дверцей! Это уже не подвиг экстремалов, а рутинная работа.
Смысл перехода на Rust именно в том, чтобы писать unsafe (там, где это надо) ☺. В C++ не надо писать unsafe только потому, что вся программа от начала до конца unsafe.
Rust часто выбирают потому, что это тупо практично. Это хорошо видно в областях, где нужно быстро выкатить продукт высокой ответственности (финансы, крипта, скоростной трейдинг) – там в последние годы практически безальтернативен Rust в качестве языка нового проекта.
Конспирология какая-то. Язык Rust попросту очень хороший и приятный и люди на нём пишут с удовольствием – это не приходит в голову? И кстати, «спасибо» C++; типичная история, когда опытный C++-разработчик приходит в отчаяние от того, во что превратили этот некогда великий язык, смотрит по сторонам и переходит на Rust.
Тут существенная разница. Бог принципиально непознаваем. Или обстоятельства, например, убийства Цезаря непроверяемы (были проверяемы некоторое время, пока было возможно обследовать тело, место преступления и опросить свидетелей). А в случае с экспедицией на Луну проверка исторического факта состоит просто в наблюдении материальных объектов, потому что эти объекты хорошо сохраняются в течение длительного времени. Поэтому так смехотворны измышления немогликов.
Индийский картографический спутник Луны ещё несколько лет назад передал фотографии мест посадок, где всё видно. И как вы думаете, что новые космонавты будут тщательно протаптывать следы Армстронга, сверяясь со схемой? ☺
Согласен, я тоже немного размышлял в этом направлении. «Закон» сохранения сложности больше относится к сложности проекта в предположении его изолированности. Например, можно перераспределять сложность между конфигурацией и программным кодом, но нельзя уменьшить. Если же привлечь внешние инструменты, то не сохраняется. Аналогично с термодинамическими закономерностями ☺.
Да, и то, что большинство в любом народе радостно поддержит смертную казнь за даже незначительные преступления, вызывает большие сомнения в разумности широкой демократии.
Нет, траектория рассчитана так, что если не потребуются (небольшие) коррекции, корабль после облёта Луны вернётся к Земле.
Спасибо, крайне полезная статья. Я бы ещё подвёл к variance так, чтобы это понятие не выглядело возникшим из ниоткуда: просто оно с неизбежностью появляется в языках, поддерживающих и subtyping, и генерики.
Я вдруг сообразил, что могут подумать, будто я ругаю саму эту новость. Нет, очень интересно, толково и спасибо @denis-19
Свежая пища (и твёрдая, и жидкая) для сортирных остряков (вообще-то излишнее внимание к сортирным темам Эрих Фромм считал признаком некрофилии). А я счастлив, что дожил до фантастического будущего: к Луне летит просторный корабль с экипажем из четырёх человек, в котором есть отдельная туалетная кабина с дверцей! Это уже не подвиг экстремалов, а рутинная работа.
Смысл перехода на Rust именно в том, чтобы писать unsafe (там, где это надо) ☺. В C++ не надо писать unsafe только потому, что вся программа от начала до конца unsafe.
Rust часто выбирают потому, что это тупо практично. Это хорошо видно в областях, где нужно быстро выкатить продукт высокой ответственности (финансы, крипта, скоростной трейдинг) – там в последние годы практически безальтернативен Rust в качестве языка нового проекта.
Конспирология какая-то. Язык Rust попросту очень хороший и приятный и люди на нём пишут с удовольствием – это не приходит в голову? И кстати, «спасибо» C++; типичная история, когда опытный C++-разработчик приходит в отчаяние от того, во что превратили этот некогда великий язык, смотрит по сторонам и переходит на Rust.
Так я и говорю, эта миссия пролетает слишком высоко. Индийский спутник снимал со 100 километров, и то мало что видно. https://22century.ru/space/85611
Ладно, относительно скоро всё узнаем. В этой миссии пролетают над Луной высоко, будут ли пытаться разглядывать интересные места...
Тут существенная разница. Бог принципиально непознаваем. Или обстоятельства, например, убийства Цезаря непроверяемы (были проверяемы некоторое время, пока было возможно обследовать тело, место преступления и опросить свидетелей). А в случае с экспедицией на Луну проверка исторического факта состоит просто в наблюдении материальных объектов, потому что эти объекты хорошо сохраняются в течение длительного времени. Поэтому так смехотворны измышления немогликов.
Отдельные отпечатки подошв не видны, но видны "тропинки".
Индийский картографический спутник Луны ещё несколько лет назад передал фотографии мест посадок, где всё видно. И как вы думаете, что новые космонавты будут тщательно протаптывать следы Армстронга, сверяясь со схемой? ☺
Очень жду момента, когда человек на Луне подойдёт (скорее подъедет) к месту посадки «Аполлона-11». Это будет эпично.
Классный дневник. У меня в своё время не хватало терпения на такое, а зря.
Что ж, годное заимствование. И этимология прозрачная: нет воров среди знакомых – станешь королём или, на худой конец, Кингом ☺.
Согласен, я тоже немного размышлял в этом направлении. «Закон» сохранения сложности больше относится к сложности проекта в предположении его изолированности. Например, можно перераспределять сложность между конфигурацией и программным кодом, но нельзя уменьшить. Если же привлечь внешние инструменты, то не сохраняется. Аналогично с термодинамическими закономерностями ☺.
И ради этого самолёты жгут тонны ископаемого топлива, продолжая загаживать нашу прекрасную атмосферу... ☺
Закон сохранения сложности.
Непонятно на что оскорбляться: человек и есть обезьяна. Надо было сказать как все: мартышкин труд.
Да, и то, что большинство в любом народе радостно поддержит смертную казнь за даже незначительные преступления, вызывает большие сомнения в разумности широкой демократии.