Привет Хабр!

CISO в 2025 и 2026 годе наверно одна из самых востребованных ролей в компаниях которые уже испытали на себе все "прелести" кибер рисков, в статье постараюсь раскрыть кто это такой - Директор по ИБ и зачем он нужен бизнесу, буду рад вашему мнению и обратной связи, старался писать доступным и понятным для бизнеса языком.

Если вы управляете бизнесом в 2026 году, у вас уже нет роскоши относиться к кибербезопасности как к чему‑то факультативному. Это не «страховка от редкого цунами», а обычный операционный риск — наравне с кассовыми разрывами, срывами поставок и кадровым голодом. Разница лишь в том, что цунами вы увидите на горизонте, а большинство атак вы узнаете постфактум — когда клиенты уже не могут войти в сервис, бухгалтерия не может выставить счета, а служба безопасности лихорадочно ищет, куда утекли данные.

За последние пару лет фон резко изменился. Если раньше кибератака на российскую компанию была, скорее, исключением, то теперь это статистика «по умолчанию». В год счёт атак идёт на десятки и сотни тысяч, а серьёзные инциденты измеряются десятками тысяч кейсов. По оценкам отрасли, более 70% крупных организаций хотя бы раз за год становились мишенью целевой атаки — чаще всего в промышленности, финансах и телекоме.

Это не только про «страшные новости», это про деньги. Для промышленной компании совокупный ущерб от кибермошенничества и атак легко съедает до 3–5% годовой выручки. В эту цифру входит всё:

простои оборудования и сервисов;
«ручное» восстановление систем и данных;
вынужденные внеплановые инвестиции в защиту;
потери от сорванных контрактов и недополученной выручки.

Для компаний поменьше всё ещё проще: один затянувшийся простой — и квартальная прибыль превращается в ноль. Плюс косвенные эффекты: осторожные инвесторы, клиенты, которые уходят к тем, кто не «падает» в середине операции, ухудшившиеся условия по кредитам и страхованию.

При этом ландшафт угроз стал особенно неприятным именно для тех, кто активно «оцифровывается». Чем больше у вас:

цифровых сервисов и мобильных приложений,
интеграций с партнёрами и подрядчиками,
облачных систем и удалённых сотрудников,

тем шире поверхность атаки. Сегодня заметная доля успешных атак начинается с двух банальных вещей: не закрытая вовремя уязвимость в публичном сервисе или скомпрометированный аккаунт сотрудника. Кто‑то не обновил веб‑сервис, кто‑то повторно использовал пароль, кто‑то кликнул по правдоподобному письму «от партнёра». На этом фоне «хакер‑одиночка» давно уступил место конвейеру киберпреступности.

Снаружи всё это часто выглядит как «обычные ИТ‑проблемы». Упал сайт в «чёрную пятницу» — ну, бывает. CRM недоступна полдня — «сервер не вывез». На самом деле под этим могут скрываться вполне реальные сценарии:

DDoS‑атака в момент пикового спроса;
шифровальщик, который тихо шёл по сети и добрался до критичных систем;
компрометация учётных записей и массовый слив данных.

Для бизнеса разницы нет: вы не можете принимать деньги, обслуживать клиентов, управлять поставками. Это просто остановка.

К этому добавляется регуляторика. Если вы:

работаете с персональными данными,
подпадаете под КИИ,
крутите финансовые или околофинансовые сервисы,

у вас появляется ещё один слой рисков: проверки, предписания, штрафы, возможные ограничения деятельности. Несвоевременная реакция на инцидент превращается уже не только в техническую, но и в юридическую проблему. А рынок, особенно в B2B и финансах, всё чаще смотрит на киберустойчивость как на фактор выбора партнёров: никто не хочет оказаться в новостях рядом с заголовком «утечка данных» или «остановка производства из‑за атаки».

На этом фоне традиционный подход «у нас есть айтишник, который заодно ставит антивирус» перестаёт работать. Масштаб и скорость угроз такие, что закрывать их «по дружбе» силами случайного администратора — это как страховать многомиллиардный завод запиской «Вася обещал следить». Нужен человек, у которого кибербезопасность — не дополнительная обязанность, а основная профессия и зона ответственности.

Важно, чтобы этот человек умел:

смотреть на инфраструктуру и процессы глазами атакующего;
при этом разговаривать с бизнесом на языке денег, рисков и процессов, а не технического жаргона;
думать не только про «поставить защиту», но и про «как быстро мы восстановимся, если всё‑таки прилетит».

В моём опыте CIO и CDTO эта точка наступает довольно быстро, как только цифровизация перестаёт быть набором одиночных проектов и превращается в системный процесс. Когда у вас уже не один внутренний портал, а целая экосистема:

ERP как ядро учёта;
DWH и BI для управленческой аналитики;
интеграционная шина;
телематика и IoT;
мобильные приложения для клиентов и сервисных команд;
десятки внешних интеграций и подрядчиков.

В такой среде любое серьёзное событие информационной безопасности — это не про «исправить баг», а про удержать бизнес от каскадного отказа. Здесь уже нужен тот самый CISO — директор по информационной безопасности, человек, который отвечает за устойчивость цифровой стороны бизнеса так же, как финансовый директор отвечает за устойчивость денежного потока.

Дальше в статье мы разберёмся, кто именно этот человек, чем он отличается от «классического безопасника», какую реальную пользу приносит бизнесу и в какой момент его отсутствие начинает стоить слишком дорого.

Кто такой CISO простыми словами

Формально CISO (Chief Information Security Officer) — это директор по информационной безопасности, топ‑менеджер, который отвечает за то, чтобы бизнес мог спокойно работать в цифровой среде и не умирать от киберинцидентов.

Если по‑человечески, CISO — это человек, который:

· видит, где в бизнес‑модели самые слабые места с точки зрения безопасности;

· понимает, как эти слабости превращаются в простои, потери выручки и проблемы с регулятором;

· выстраивает систему защиты так, чтобы компания выдерживала атаки и быстро восстанавливалась.

Важно: современный CISO — это не «старший по антивирусу». Это роль уровня C‑suite, рядом с CIO, CDTO, CFO и COO. Его зона ответственности — не один продукт и не одна система, а вся экосистема:

· инфраструктура (серверы, сети, облака);

· приложения (веб, мобильные, внутренние системы);

· данные (клиентские, финансовые, производственные);

· люди и процессы (как сотрудники работают с этой цифровой средой).

Чем CISO отличается от обычного «безопасника»

Частый вопрос от собственников: «У нас же есть инженер по ИБ, зачем нам CISO?».

Разница примерно такая же, как между:

· разработчиком и директором по продукту;

· бухгалтером и финансовым директором.

Инженер по ИБ:

· закрывает конкретные задачи: настроить DLP, обновить фаервол, провести сканирование;

· живёт в мире уязвимостей, логов, CVE и технических отчётов;

· отвечает за «сделать», но не всегда за «зачем» и «как это влияет на бизнес».

CISO:

· формирует общую картину рисков: что критично для бизнеса и что можно пережить;

· задаёт стратегию и приоритеты: что защищаем первым, что вторым, а что сознательно принимаем как риск;

· говорит с советом директоров и акционерами на языке денег, рисков и сценариев, а не только технологий.

У хорошего CISO фокус сдвинут:

· с «поставить ещё одну систему защиты» на «снизить вероятность простоя на N часов в год»;

· с «закрыть все уязвимости» на «сделать так, чтобы даже при инциденте компания выжила и быстро встала на ноги».

Три ключевые роли CISO в компании

Чтобы не утонуть в определениях, полезно смотреть на CISO через три роли.

1. Стратег по рискам

CISO отвечает на вопросы:

o какие сценарии киберинцидентов для нас по‑настоящему страшные;

o сколько денег и репутации мы потеряем в каждом таком сценарии;

o какие меры защиты реально уменьшают эти потери.

Это про карту рисков, приоритизацию и честный разговор: «мы готовы принять вот такой уровень риска, но не выше».

2. Архитектор защиты

Здесь CISO уже не просто рисует процессы, а помогает собрать из разрозненных технологий систему:

o какие средства защиты нам реально нужны, а что — избыточно;

o как внедрять ИБ в архитектуру систем, а не прикручивать её в последний момент;

o как сделать так, чтобы безопасность не ломала производительность и UX.

3. Переводчик между ИТ и бизнесом

Одна из самых недооценённых функций:

o для ИТ‑команд он объясняет, зачем нужны те или иные требования ИБ;

o для бизнеса переводит «технические страшилки» в нормальный язык: деньги, сроки, риски, приоритеты;

o для юристов и compliance связывает регуляторку с реальной технической практикой.

Как это выглядит с точки зрения CIO/CDTO

Со стороны CIO/CDTO хороший CISO — это партнёр, с которым можно обсуждать не только «как закрыть уязвимость», но и:

· «можем ли мы себе позволить вывести этот продукт в продакшен через две недели, а не через месяц — и что для этого надо сделать по ИБ?»;

· «какие риски мы открываем, когда подключаем нового крупного подрядчика или выносим часть сервисов в облако?»;

· «где нам выгоднее инвестировать: в ещё один слой защиты или в ускорение восстановления после инцидентов?».

Когда этой роли нет, CIO часто вынужден играть за двоих: и за «человека, который делает так, чтобы всё работало», и за «человека, который отвечает, если всё сломали». На небольшом объёме это возможно, но как только:

· цифровых сервисов становится 10+,

· пользователей — тысячи и десятки тысяч,

· событий ИБ в сутки — десятки тысяч,

это перестаёт быть задачей одного человека.

Какие бизнес‑риски закрывает CISO и какие деньги он экономит

1. Простой и потеря выручки

Самый очевидный, но часто недооценённый риск — остановка операций.

Где это бьёт больнее всего:

· e‑commerce и онлайн‑сервисы: каждый час простоя — это невыполненные заказы и недополученная выручка;

· банки и финтех: клиенты не могут провести платежи, растёт нагрузка на колл‑центр, люди уходят к конкурентам;

· промышленность и логистика: простаивает оборудование, срываются поставки, цепочка «склад — транспорт — клиент» рассыпается.

Типичный инцидент раскладывается на несколько строк бюджета:

· упущенная выручка за время простоя;

· штрафы за невыполнение SLA перед крупными клиентами;

· переработки людей, которые потом в ручном режиме «дочищают хвосты»;

· ускоренные закупки железа/ПО «чтобы больше так не было».

Задача CISO — снижать вероятность таких остановок и, главное, сокращать время восстановления:

· проектировать архитектуру с учётом отказоустойчивости, резервирования и планов DR;

· добиваться, чтобы у критичных систем были понятные RTO/RPO (через сколько времени мы обязаны подняться и что готовы потерять);

· добиваться того, чтобы сценарии восстановления были не в голове у одного админа, а в виде проверенных процедур.

На уровне цифр это выглядит просто: каждый час простоя ключевого сервиса может стоить компании столько же, сколько месячный бюджет на ИБ. Именно эту математику CISO приносит на стол.

2. Утечки данных и штрафы

Вторая большая категория — утечки данных: клиентских, финансовых, персональных.

Риски здесь многослойные:

· юридические: штрафы за нарушение требований по защите ПДн, возможные оборотные штрафы, гражданские иски;

· операционные: необходимость экстренно разбираться, откуда утечка, как её остановить, как уведомлять клиентов;

· репутационные: падение доверия, отток клиентов, рост затрат на маркетинг и удержание.

Для бизнеса это часто выглядит так:

· «мы потеряли X миллионов на штрафах и юристах, ещё Y — на PR и компенсациях»;

· плюс несколько кварталов замедленного роста, потому что бренд ассоциируется с инцидентом.

Чем здесь занимается CISO:

· настраивает минимально необходимый уровень защиты: шифрование, сегментация, контроль доступа, DLP;

· следит, чтобы работа с данными была выстроена по принципу «знаю только то, что нужно для работы», а не «у всех ко всему есть доступ»;

· формирует процессы: как быстро обнаруживаем факт утечки, как реагируем, кого и как уведомляем.

Важно, что хорошая работа CISO здесь не означает «утечек не будет никогда». Она означает, что:

· вероятность крупных инцидентов снижена;

· ущерб от них ограничен;

· компания не выглядит в глазах регулятора и клиентов как «безответственная».

3. Ransomware, шифровальщики и «мегаинциденты»

Отдельная категория рисков — шифровальщики и целевые атаки, после которых компания внезапно обнаруживает, что:

· часть серверов зашифрована;

· бэкапы тоже не в лучшем состоянии;

· злоумышленники угрожают выложить данные и парализовали операции.

Тут быстро включается тяжёлая артиллерия:

· переговоры (или отказ от переговоров) с вымогателями;

· попытки восстановиться из резервных копий;

· остановка или ограничение работы ряда систем на дни и недели.

CISO здесь:

· заставляет бизнес заранее инвестировать в нормальные бэкапы и проверку их работоспособности;

· выстраивает сегментацию, чтобы взлом одного сегмента не приводил к каскадному падению всего;

· готовит план действий на случай, если «всё пошло не так»: кто принимает решения, какие данные в приоритете, что включаем первым.

Экономический смысл простой: стоимость восстановления после шифровальщика при «нулевой готовности» может легко превышать совокупный бюджет на ИБ за несколько лет. CISO делает так, чтобы эта математика не сработала против компании.

4. DDoS и недоступность онлайн‑каналов

Для компаний, которые сильно завязаны на онлайн‑каналы, доступность — вопрос выживания.

Типичные последствия атак на доступность:

· падение конверсии и выручки в пиковые периоды (распродажи, сезонные пики, день зарплаты);

· необходимость компенсировать клиентам проблемы бонусами и скидками;

· рост нагрузки на поддержку и колл‑центр.

CISO:

· поднимает вопрос устойчивости к DDoS не тогда, когда сайт уже лежит, а на этапе проектирования;

· взаимодействует с провайдерами защиты, проверяет их SLA и сценарии работы;

· добивается тестов под нагрузкой и регулярных проверок готовности.

Ключевая мысль: защита от DDoS — это не «опция для параноиков», а обычная страховка для бизнеса, который живёт онлайн.

5. Риски проектов и цифровой трансформации

В мире, где у компании одновременно идут десятки цифровых инициатив, роль CISO проявляется ещё в одном месте — в прое��тах.

Примеры рисков:

· запускаем новое мобильное приложение, но забываем про безопасную аутентификацию и шифрование;

· подключаем внешнего подрядчика, даём ему доступ «чуть шире, чем нужно», он становится слабым звеном;

· выносим сервисы в облако, не меняя модель угроз и доверия.

CISO:

· включается в проектный контур: ревью архитектуры, оценка рисков, требования к ИБ в ТЗ и договорах;

· помогает командам найти баланс между скоростью вывода продукта и безопасностью;

· задаёт рамки: какие компромиссы допустимы, а какие — нет.

Здесь CISO экономит деньги не напрямую, а через снижение вероятности того, что очередной «успешный» проект через год станет причиной крупного инцидента.

6. Индиректные эффекты: стоимость капитала и доверие

Есть ещё менее очевидный слой — то, как киберриски влияют на:

· условия кредитования и страхования;

· оценку компании инвесторами;

· готовность крупных клиентов подписывать долгосрочные контракты.

Сильный CISO и зрелая система ИБ:

· уменьшают количество неприятных сюрпризов в виде громких инцидентов;

· помогают проходить due diligence у крупных партнёров и инвесторов;

· снижают требования по премиям за риск со стороны банков и страховщиков.

Эти эффекты редко видны в ежедневной отчётности, но проявляются на горизонте нескольких лет — в виде более стабильного роста и меньшего числа «чёрных лебедей».

Где CISO сидит в оргструктуре и почему это важно

1. Почему подчинение CISO — не формальность

От того, кому подчиняется CISO, зависит не только его зарплата и кабинет, но и:

· насколько серьёзно бизнес воспринимает киберриски;

· есть ли у CISO реальный мандат «останавливать» рискованные решения;

· не превращается ли безопасность в декоративную функцию «для отчёта».

Если CISO формально отвечает за риски, но его решения могут легко игнорировать, система не работает. Если наоборот — CISO может блокировать всё подряд, не оглядываясь на бизнес‑цели, — тоже плохо.

Задача — найти баланс: дать CISO достаточно полномочий, но встроить его в общую картину управления.

2. Основные варианты подчинения CISO

На практике чаще всего встречаются несколько моделей.

Вариант 1. CISO подчиняется CIO (ИТ‑директору)

Классическая схема для компаний, где:

· ИБ исторически росла как часть ИТ;

· цифровые риски пока не на первом месте в общей карте рисков.

Плюсы:

· проще договариваться: CIO и CISO сидят в одной вертикали;

· меньше бюрократии, быстрее согласования;

· ИБ лучше встроена в ИТ‑процессы.

Минусы:

· риск конфликта интересов: CIO отвечает за скорость и удобство, CISO — за ограничения и риски;

· безопасность может превращаться в «ещё один блок в ИТ», проигрывающий при борьбе за ресурсы;

· сложнее донести серьёзность ИБ до CEO и совета директоров.

Эта модель работает, пока киберриски не критичны для выживания. Как только на кону серьёзные деньги и регуляторика, компании уходят от неё.

Вариант 2. CISO подчиняется напрямую CEO или COO

Модель для компаний, где:

· большая часть выручки завязана на цифровые сервисы;

· атака или утечка может повлиять на капитализацию и лицензии;

· киберриски официально признаны ключевыми.

Плюсы:

· высокий статус роли, прямой доступ к первому лицу;

· меньше шансов, что вопросы ИБ «потеряются» в слоях менеджмента;

· CISO может честно озвучивать риски, даже когда это неудобно ИТ или продукту.

Минусы:

· от CISO требуется гораздо более зрелый уровень: умение говорить на языке стратегии и денег, а не только технологий;

· конфликтные ситуации с CIO/CTO нужно уметь решать конструктивно, а не через «донесения» CEO.

В моём опыте этот вариант лучше всего работает в банках, финтехе, крупных промышленных и цифровых бизнесах.

Вариант 3. CISO подчиняется службе безопасности или внутреннему аудиту

Наследие тех компаний, где ИБ росла из физической безопасности и контроля.

Плюсы:

· сильный акцент на контроле и проверках;

· внимание к нарушениям и расследованиям.

Минусы:

· ИБ отрывается от ИТ и цифровых проектов;

· CISO превращается в «надзорный орган», с которым никто не хочет работать проактивно;

· CIO и CISO часто оказываются по разные стороны баррикад.

Эта модель оправдана разве что там, где цифровая составляющая бизнеса ещё мала, а основная нагрузка на ИБ — проверки и регуляторика. В цифровых компаниях она почти всегда создаёт конфликты.

3. Какой вариант выбрать под ваш бизнес

Проще всего думать в терминах зрелости и критичности.

Если:

· менее 20–30% выручки завязано на цифровые каналы;

· у вас нет жёсткой регуляторики по ИБ;

· ИБ‑команда небольшая (1–3 человека),

то CISO под CIO или IT‑директором — рабочий компромисс.

Если же:

· критичные процессы живут в ERP, CRM, мобильных приложениях, порталах;

· вы работаете с большими объёмами данных клиентов;

· у вас КИИ, финансы, промышленность, логистика, маркетплейсы,

то логичнее поднимать CISO к CEO/COO или хотя бы ставить его на один уровень с CIO.

Как CISO говорит с бизнесом

1. Язык, который понимает совет директоров

На уровне совета директоров и акционеров никого не интересуют CVE, типы атак и названия систем. Там важны три вещи:

· какие сценарии могут остановить бизнес;

· сколько это может стоить в деньгах и репутации;

· что делается, чтобы вероятность и масштаб таких событий уменьшить.

Поэтому зрелый CISO всегда оперирует:

· сценариями: «если падает платёжная система на 4 часа», «если утекает база клиентов», «если останавливается производство на сутки»;

· оценками потерь: прямые (выручка, штрафы, компенсации) + косвенные (отток клиентов, имидж);

· планом действий: что уже сделано, что в процессе, что не будет делаться сознательно.

Хороший формат — короткие дашборды с 5–7 ключевыми метриками:

· количество серьёзных инцидентов за период;

· среднее время обнаружения и восстановления;

· покрытие критичных систем средствами защиты и резервирования;

· статус выполнения требований регуляторов.

2. Диалог с CIO и CDTO

С CIO/CDTO у CISO разговор другой: более технический, но всё равно вокруг рисков и приоритетов, а не вокруг «идеальной безопасности».

Примеры вопросов:

· «Если мы переносим эту систему в облако, как меняется модель угроз и что нам нужно сделать дополнительно?»;

· «Если мы хотим релизнуть продукт на месяц раньше, какие требования по ИБ мы можем временно ослабить, а какие трогать нельзя?»;

· «Где нам выгоднее вложиться в этом квартале: в ещё один слой защиты или в ускорение восстановления?».

Здесь важен не только формальный статус, но и личное доверие. В твоей роли CIO/CDTO CISO должен быть партнёром, который:

· вовремя напоминает про риски;

· не заваливает команды лишними требованиями;

· помогает аргументировать перед бизнесом необходимость инвестиций в ИБ.

3. Взаимодействие с продуктом, маркетингом, продажами

Для продуктовых команд и бизнеса CISO должен выглядеть не как «злой проверяющий», а как человек, который помогает:

· запускать фичи и сервисы так, чтобы их не приходилось потом переделывать из‑за ИБ;

· заходить в крупные сделки, где заказчик задаёт жёсткие вопросы про безопасность;

· проходить due diligence у партнёров и инвесторов.

На практике это:

· участие CISO (или его команды) в ревью требований и архитектуры новых продуктов;

· чек‑листы ИБ при запуске и изменении сервисов;

· понятные SLA: за сколько времени ИБ даст ответ «можно/нельзя» и с какими условиями.

Когда “айтишника по безопасности” уже не хватает

1. Признаки, что компания переросла «безопасника на полставки»

Есть несколько типичных маркеров, что роль CISO вам нужна уже вчера:

· Цифровые каналы стали критичными.
20–30%+ выручки проходят через онлайн‑сервисы, мобильное приложение, личные кабинеты, интеграции с партнёрами.

· Инциденты стали регулярными.
Ложные срабатывания, падения сервисов, странные письма сотрудникам, периодические «подозрительные активности» в журналах — это уже фон, а не исключение.

· Сложность ИТ сильно выросла.
У вас уже есть ERP, CRM, DWH/BI, интеграционная шина, несколько внешних SaaS, облако, VPN, куча подрядчиков.

· Появилась серьёзная регуляторика.
��Дн, КИИ, финансы, отраслевые стандарты — и проверки перестали быть редким событием.

· Никто не может ответить на простой вопрос:
«Кто у нас главный за информационную безопасность и кто несёт за это персональную ответственность?».

Если в этом списке вы узнали себя хотя бы по трём пунктам — это серьёзный повод завести CISO как роль, а не как «ещё одну строчку в должностной инструкции админа».

2. Когда нужен штатный CISO

Штатный CISO имеет смысл, когда:

· Компания по масштабу уже «средний+» или «крупный» бизнес.
Десятки/сотни ИТ‑систем, сотни сотрудников, тысячи пользователей, выручка сильно завязана на цифру.

· Рисковый профиль высокий.
Банк, финтех, промышленность, транспорт, логистика, маркетплейсы, телеком, крупный B2B.

· Есть своя продуктовая или цифровая стратегия.
Регулярно запускаются новые сервисы, мобильные приложения, интеграции, идёт миграция в облако.

· Требуется постоянная работа с регуляторами.
Проверки, запросы, согласования, участие в отраслевых инициативах.

Плюс — вы ожидаете от CISO не только «закрыть чек‑лист по ИБ», но и:

участвовать в стратегии;
быть спарринг‑партнёром CIO/CDTO;
влиять на архитектуру и приоритизацию проектов.

3. Когда разумнее начать с vCISO

vCISO (виртуальный CISO) — это человек или команда, которые выполняют функции CISO на аутсорсе. Часто это оптимальный старт, если:

вы — малый или средний бизнес;
бюджеты на топа уровня CISO пока не складываются;
но уже нужно: описать политику ИБ, пройти проверку, привести ИТ в порядок, закрыть явные дыры.

Где vCISO особенно уместен:

Стартапы и SMB, которые быстро растут.
Нужна стратегия и базовая система защиты, но держать штатного CISO рано.
Дочки крупных холдингов.
В головной компании есть CISO, в дочке — vCISO как «руки и глаза» на месте.
Периоды турбулентности.
Смена ИТ‑команды, массовые увольнения, слияния и поглощения, миграция на отечественное ПО.

Плюсы vCISO:

сильно дешевле полной ставки;
широкий насмотренный опыт по разным отраслям;
можно гибко масштабировать участие — от пары дней в месяц до плотного сопровождения проектов.

Минусы:

меньше операционного вовлечения «24/7 внутри компании»;
ограниченный мандат: формально он не топ‑менеджер, а внешний консультант;
критично важна правильная стыковка с вашим CIO/CTO/гендиром — чтобы рекомендации реализовывались, а не «ложились в стол».

4. Как понять, что пора переходить с vCISO на штатного

Обычно этот момент наступает, когда:

объём задач по ИБ растёт быстрее, чем успевает vCISO;
вы постоянно держите его «на максималке», по сути как full‑time;
у вас уже есть команда ИБ внутри (2–3 человека+), но нужен лидер внутри контура;
бизнес хочет, чтобы за ИБ отвечал «свой» человек с полным уровнем ответственности и полномочий.

Хорошая стратегия:
начать с vCISO → отстроить базовый контур и процессы → на определённом масштабе вывести роль CISO в штат и передать ему уже работающую систему, а не «пепелище».

Вместо послесловия: CISO как нормальная часть бизнеса

Если отбросить весь технический шум, история про CISO — это история про взрослое отношение к рискам. Компания, которая:

получает значимую часть выручки через цифровые каналы,
хранит и обрабатывает данные клиентов,
зависит от бесперебойной работы ИТ‑систем,

просто не может себе позволить относиться к кибербезопасности как к «чему‑то для айтишников». Киберриски давно стали обычными бизнес‑рисками, а не экзотикой для банков и госкорпораций.

CISO в этой картине — не герой‑одиночка и не главный тормоз прогресса. Это топ‑менеджер, который:

помогает бизнесу понимать, где он уязвим и чем это грозит в деньгах;
выстраивает систему защиты и восстановления, а не коллекцию разрозненных «коробок»;
участвует в стратегии наравне с CIO, CDTO и CFO, а не подключается в последний момент «для согласования».

Где‑то эту роль можно на время отдать на аутсорс (vCISO), где‑то она живёт внутри ИТ, где‑то сидит прямо рядом с CEO. Но в любом цифровом бизнесе вопрос «кто у нас CISO?» — это по сути вопрос «кто отвечает за то, чтобы мы не развалились от очередной атаки или утечки».

И чем раньше на него появляется честный ответ, тем меньше шансов увидеть название своей компании в новостях в контексте, который совсем не хочется читать.

Владислав Прокопович

CISO или Директор по информационной безопасности