![image](https://habrastorage.org/webt/0b/mh/kw/0bmhkwvjgyqtfqd5aywnzcmatsy.jpeg)
«Эта книга написана так, словно я беседую о мозге со своими близкими друзьями, и очень надеюсь, что вы, как и я, будете очарованы его многочисленными тайнами.
Водители такси с натренированным мозгом
Можно ли натренировать гиппокамп? Исследователи мозга из Лондонского университета задались этим вопросом и нашли идеальных испытуемых в своем городе. Лондон — сплошной лабиринт из улиц. Он не имеет такого четкого плана застройки, как Париж или Нью-Йорк. Во многих отношениях Лондон похож на Осло, только он намного, намного больше. Водитель такси в Лондоне должен помнить 25 000 улиц, а еще тысячи туристических достопримечательностей и других важных мест. Чтобы ориентироваться в большом и сложном городе, нужно затратить от двух до четырех лет обучения. И даже после этого процент ошибок на приемном экзамене близится к 50.
Когда ученые из Лондонского университета просканировали мозг испытуемых — водителей такси и мозг испытуемых из контрольной группы того же возраста и коэффициента интеллекта, оказалось, что задняя часть гиппокампа у водителей намного больше. Однако увеличился ли он в результате тренировки или большой гиппокамп помогает стать водителем? Вероятнее всего первое, так как самый большой гиппокамп был у водителей такси с самым большим стажем, а у водителей с маленьким стажем он был поменьше. Дальнейшие доказательства были предоставлены через несколько лет. Та же группа ученых просканировала мозг людей, обучавшихся на таксистов, до и после курсов. У тех, кто по окончании обучения сдал экзамен, гиппокамп стал больше. Образовались новые нейронные связи — или, возможно, даже новые нейроны? Ведь гиппокамп — одна из немногих областей мозга, где могут образовываться новые нейроны. Это исследование — один из ярчайших примеров того, как опыт формирует наш мозг.
Любить мозгом
Влюбленность заставляет наше сердце биться сильнее, а волнение — дрожать наш голос, и перед первым свиданием нам приходится частенько бегать в туалет. Поэтому мы часто связываем эмоции с телесными ощущениями. Например, мы говорим, что любим кого-то всем сердцем или что у нас «почва ушла из-под ног».
Если бы у нас не было головного мозга, мы не смогли бы любить. Но что именно в мозге отвечает за любовь — мы пока не знаем. Точно известно лишь то, что любовь — сложное и многокомпонентное чувство. Это вам не страх и не гнев, в основном ограниченные миндалевидным телом в височной доле. Изучая снимки мозга, мы можем проследить, какие части мозга активизируются, когда человек кого-то любит, и на этих снимках светится практически весь мозг. И части коры больших полушарий, особенно островковая доля, и более глубокие и примитивные части мозга, такие как базальные ганглии, и лимбическая система активизируются, когда мы кого-то любим. У всех этих областей мозга есть нечто общее — они богаты дофамином, важной частью системы вознаграждения.
Любовь имеет такой высокий приоритет и требует активности столь многих областей головного мозга потому, что любовь имеет для нашего вида большое значение с точки зрения размножения и передачи генов.
Потому что после того, как мы найдем партнера и пройдем стадию ухаживаний, нам предстоит прожить с ним фактически всю жизнь. Однако не все млекопитающие проводят с одним партнером всю жизнь. На самом деле — только 5 %. Например, койоты. Как выяснили исследователи, койоты с хорошо работающим механизмом высвобождения гормона любви окситоцина из нейронов головного мозга в большей степени верны своим партнерам. Койоты, не обладающие хорошо работающим механизмом, чаще меняют партнеров. И у людей, и у койотов окситоцин высвобождается также при родах, заботе о потомстве и кормлении.
Окситоцин в мозге способствует тому, что мы привязываемся друг к другу.
Пример, сравнимый с койотами: мужчины с низким от природы уровнем окситоцина реже женятся. Однако окситоцин, подмешанный в капли для носа, не сделает партнера более верным. И стрелы Амура не превратят незаинтересованного человека во влюбленного. И мозг, и любовь гораздо сложнее, а окситоцин — лишь одна из деталей мозаики. Еще одна деталь, также помогающая нам в поиске желаемого, — дофамин, часть системы вознаграждения.
Однако любовь бывает разной, не только романтической. Благодаря родительской любви мы способны выдерживать бессонные ночи и круглосуточный уход за ребенком, чтобы передать свой набор генов дальше. Родительская любовь активизирует особенную подкорковую область, а именно серое вещество, окружающее водопровод мозга (околоводопроводное серое вещество).
Когда работа над книгой вышла на финишную прямую, наша дочь решила появиться на свет — почти на два с половиной месяца раньше срока. Ее поместили в кувез для недоношенных детей и обеспечили всем необходимым. Тщательно регулировали температуру, кормили через зонд специальной едой, разработанной диетологами, и подавали кислород через трубочки, вставленные в нос. Пока я сидела в библиотеке больницы и дописывала книгу, мне пришло в голову, что больница все же не сможет предоставить ей все необходимое. В статьях, на которые я опиралась при написании этого раздела о мозге и о любви, говорилось, что без любви и заботы мозг детей оказывается недоразвитым. Еды, тепла и воздуха недостаточно. Недостаточно и того, что я принимала омега-3 жирные кислоты и сцеживала молоко каждые три часа, чтобы дочка могла получить его через зонд. Она не чувствовала моей любви, ей был необходим контакт с матерью, как в утробе.
При рождении мозг не полностью развит, даже если ребенок родился в срок. Мозг развивается при взаимодействии с другими людьми. Недостаток взаимодействия приводит к неполноценному развитию. В середине прошлого века многие люди, независимо друг от друга, стали замечать, что дети в больницах и детских домах становятся вялыми, утрачивают навыки и перестают набирать вес. Некоторые даже умирали. Все эти дети получали еду, одежду и тепло, но не любовь. Дети просто таяли, сидя на постели с совершенно безразличным выражением лица. Они переставали ходить и разговаривать. Врач Рене Шпиц снимал таких детей на кинопленку. Результаты его работы показали, что дети нуждаются в любви и заботе, чтобы нормально развиваться. Позже было обнаружено, что мозг эмоционально обделенных детей так ослабевал, что действительно становился меньше, чем у детей, росших с любящими родителями. Дети учатся, когда их одаривают улыбкой, когда они пробуют сделать свои первые шаги или когда их утешают при падении.
Обучение ведет к тому, что в мозге образуются сотни тысяч новых нейронных связей, в таком большом количестве, что это становится заметно как по серому, так и белому веществу и, как уже упоминалось, даже влияет на размеры мозга.
Первые два года жизни ребенка — это победа или поражение всех новых нейронных связей. Те связи, которыми не пользуются, утрачиваются.
Позже были проведены исследования, показавшие, что все равно есть различия в развитии мозга, даже когда дети не полностью обделены эмоционально. Люди не могут быть одинаково хорошими и заботливыми, и есть разница между несколькими десятками сотрудников, работающими посменно в детском доме, и одним постоянным воспитателем, который всегда на месте. Группа ученых путем жребия определила, кто из детей отправится в приемные семьи, а кто останется в детском доме. Позднее выяснилось, что у детей, попавших в приемные семьи, коэффициент интеллекта был выше.
Наш мозг решает, кто мы и как существуем в этом мире. Недостаточное развитие мозга скажется на всех сферах жизни. Дети, получавшие любовь во время роста и развития, будут не только более умными, но и более социальными и эмпатичными, чем те, кто недополучил заботы и любви.
» Более подробно с книгой можно ознакомиться на сайте издательства
» Оглавление
» Отрывок
Для читателей данного блога скидка 20% по купону — Мозг