![](https://habrastorage.org/webt/av/gs/xd/avgsxdtie2ur510temxwas5ewk0.jpeg)
Изображение: Razvan Chisu — Unsplash
Это — продолжение рассказа о новинке от знаменитого Майкла Льюиса — автора «Высокочастотной революции на Уолл-стрит». Майкл знаком нашей аудитории по фильму «Moneyball» или «Человек, который изменил всё». Его книга 2003 года легла в основу этой кинокартины, но с тех пор вышел целый спектр изданий, в которых Льюис анализирует устройство финансового рынка. Об одном из них мы говорим в нашем очередном хабратопике — разбираем и адаптируем для вас главное из небольшого отрывка, плюс обсуждаем HFT-трейдинг в целом.
Как мы обсуждали ранее, популярность нового произведения Майкла Льюиса основана не на пустом месте. В своей книге он делает ставку на разоблачительную подачу материала от ключевых игроков на бирже и приводит их личные истории, взгляды и анализирует ход событий, повлиявших не только на карьеру героев издания, но и на весь финансовый сектор. В фокусе внимания здесь — технологическая составляющая работы трейдеров и возрастающая степень влияния IT-инфраструктуры на эффективность всех процессов, имеющих место быть на Wall Street.
В одной из глав книги Льюис делится историей Брэда Кацуямы, сотрудника канадского банка RBC. После командировки на постоянную работу в США он вырос в должности от рядового трейдера до руководителя подразделения, работавшего с ключевыми инвесторами на бирже. Его карьера складывалась относительно гладко, пока руководство не осуществило крупную сделку по покупке компании, занимавшейся системами для электронного трейдинга. Практически весь ее состав влили в отдел Кацуямы, и более того — на эту ситуацию наложился старт периода повышенной активности HFT-трейдеров. Брэд понимал, что прежний подход к ведению дел устарел, и инструментарий купленной банком фирмы не позволял угнаться за технологическими возможностями высокочастотных трейдеров, осуществлявших гораздо более выгодные сделки.
Майкл пишет, что Кацуяма вовсе не был компьютерным гением и даже обращался к службе тех. поддержки, обсуждая возможные причины сложностей с актуальностью цен на акции в момент исполнения торговых команд. Он делал больше, чем того требовала его должность с годовым окладом в $1,5 млн, и именно такой подход привел к тому, что руководство банка решило окончательно свалить на него всю ответственность за разрешение проблем. Брэд согласился взяться за это дело, хотя у него на руках и не было нужной технологической базы — «только никудышное ПО от Carlin Financial» — компании, купленной банком ранее, и множество других вопросов. Главный был связан с тем, что на компьютерах его трейдеров отображалось неактуальное состояние рынка. Другой относился к неоднородности комиссий от бирже к бирже и так далее.
![](https://habrastorage.org/webt/lp/cq/dj/lpcqdjue6nmrqyaqtrav1l3lyhs.jpeg)
Изображение: M. B. M. — Unsplash
Льюис рассказывает, как Брэд начал перестраивать IT-команду своего департамента. Первым, кто пришел ему на помощь, был Роб Парк (Rob Park). Вместе с ним Кацуяма, с одобрения руководства, провел серию экспериментов. Они тратили до $10 тыс. в день, чтобы выяснить, почему состояние рынка так радикально менялось, когда трейдеры проводили ту или иную операцию.
«Мы начали укрепляться в мнении, что люди отменяли ордера», – сказал Парк. «Что это были фантомные ордера». Но, к своему удивлению Роб выяснил, что по ордеру, отправленному на конкретную биржу, он видел на экране реальное положение дел. «Я думал об этой теории… А еще о том, что другой у нас и не было», — признался Кацуяма.
С другой стороны, коллеги не могли понять, почему актуальность терялась при отправке ордера сразу на несколько бирж. Для проверки они осуществили последовательную отправку в различных комбинациях на разные группы бирж и выяснили, что чем больше площадок было в списке, тем меньше становился процент исполнения ордера. Все работало отлично только в случае с BATS — именно туда команды доходили быстрее всего. Тогда коллеги решили привлечь к эксперименту еще одного специалиста, который помог внедрить программные задержки для команд, отправляемых на близлежащие биржи. Идея состояла в том, чтобы уровнять время получения ордеров с более отдаленными площадками. Она не была логичной, но сработала. Все команды были успешно приняты.
Как мы уже рассказывали ранее, фирмы, занимающиеся HFT-трейдингом, как раз и эксплуатировали эту ситуацию. Пока команды от рядовых трейдеров блуждали по сети, высокотехнологичная IT-инфраструктура квантов позволяла извлекать выгоду из торгов. Льюис пишет, что «те, кто разобрался с проблемой, старались сразу на ней заработать». Кацуяма не стал исключением, хотя в его случае речь шла лишь о восстановлении доверия трейдеров к рынку.
![](https://habrastorage.org/webt/nw/wp/qz/nwwpqzk3_5ttvgpbxez0umiqahg.jpeg)
Изображение: Helloquence — Unsplash
Программу, выстаивающую задержки, они назвали Тор [Thor] или «Молот» [примечание — все-таки «каноническое» название молота Тора – Мьёлльнир (Mjöllnir)], начали обсуждать ее возможности с коллегами и достаточно быстро дошли до встреч с крупнейшими инвестиционными менеджерами на рынке. В ходе таких дискуссий они решили поднять еще больше вопросов, связанных с промежуточными компаниями, бравшими на себя поток чужих ордеров.
Дело было в том, что такие фирмы предпочитали не афишировать суть своих услуг и работали с ограниченным числом крупных клиентов, способных ежегодно платить сотни миллионов своим партнерам. Что стоило таких денег? Часть ответов на этот вопрос Кацуяма уже нашел — его трейдеры смогли покупать акции по более низкой стоимости, когда устранили вероятность того, что кто-то может провести опережающую сделку только за счет иной IT-инфраструктуры.
Они купили 10 миллионов акций Citigroup, а затем, когда они торговались по $4 за штуку, выручили $29 000. Это было меньше 0,1% от общей цены, но так могло казаться только тем, кто не представлял общий объем торгов. В США в рамках одного дня он составлял $225 миллиардов.
И если работать со всем этим объемом, то речь уже идет о десятках миллионов прибыли. «Это удавалось так хитро провернуть, потому что все происходило в столь крошечных масштабах при огромной частоте операций в единицу времени. Даже если бы вы попытались вывести этот процесс на чистую воду, вы не смогли бы просто так взять и сделать это. Людей обманывают потому, что они не могут вообразить себе микросекунду».
Действительно, можно с полной уверенностью говорить о том, что на эффективность торгов влияют все аспекты работы IT-инфраструктуры: от систем хранения данных, до линий связи и фактического расстояния между информационными хабами, обслуживающими биржи. Эти факторы определяют, как будет выглядеть процесс реализации торговых команд, и какую прибыл получится зафиксировать. Поэтому все больше компаний занимается технологической составляющей торгов, закупает специализированное сетевое оборудование и даже строит выделенные каналы связи, в обход городской сетевой инфраструктуры, для крупных финансовых структур.
Цель здесь только одна — опередить конкурентов, ибо здесь играет роль каждая десятая миллисекунды. С другой стороны, такой технологический арсенал доступен не всем, даже крупные брокеры и банки на тот момент не обладали возможностью проведения операций с похожей скоростью и точностью, но у них были и другие причины на то, чтобы оставить все как есть.
Об этом мы и поговорим в следующем хабратопике.