Обновить

Промпт‑инженер: почему это уже не «просто писать в чат» - и что это значит для маркетинга

Недавно разбирал, как работодатели описывают роль промпт‑инженера, и поймал себя на стереотипе: я думал, что это человек, который просто формулирует запросы к нейросетям. Оказалось, картина сложнее.

Например, в требованиях часто встречается не только работа с LLM, но и навыки доработки контента. Потому что генерация - это половина дела: чтобы получить результат под реальные задачи, нужно уметь быстро «докрутить» картинку в графическом редакторе, причесать текст, адаптировать под тон бренда. То есть промпт‑инженер - это не только про слова, а про умение доводить генерацию до продакшн‑качества.

Ещё интересный момент про стек: в российских вакансиях заметно смещение в сторону локальных решений. Компании хотят строить процессы на инструментах, которые гарантированно доступны внутри инфраструктуры и не зависят от внешних ограничений. Для маркетинга это значит, что шаблоны, чек‑листы и рабочие процессы всё чаще будут «заточены» под локальные модели и интеграции.

Роль молодая, требования ещё формируются, и это создаёт и возможности, и неопределённость: сегодня нанимают под расплывчатые ожидания, а завтра могут появиться чёткие профили компетенций.

Для маркетолога это сигнал: навык «промпт + быстрая постобработка» становится конкурентным преимуществом. Это не про то, чтобы стать инженером, а про то, чтобы быстрее закрывать типовые задачи и не зависеть от подрядчиков.

А как у вас в работе? Используете ли вы промпты как часть регулярного процесса (контент, креативы, аналитика)? Что реально экономит время, а что пока выглядит как «ещё один инструмент ради инструмента»? Поделитесь в комментариях. 👇

Теги:
Всего голосов 3: ↑2 и ↓1+3
Комментарии1

Записки из подполья незаконного архивирования фильмов

«Люди, видоизменяющие или уничтожающие художественные работы и наше культурное наследие ради прибылей или демонстрации власти — это варвары, и если законы США продолжат оправдывать такое поведение, то мы точно войдём в историю, как варварское общество.»

— Джордж Лукас, 1988 год

«Для меня её [оригинальной трилогии «Звёздных войн»] больше не существует. Я задумывал этот фильм именно так, и мне жаль, что вы увидели половину целого фильма и полюбили его.»

— Джордж Лукас, 2004 год

Ванкувер, 2011 год: мы с моей соседкой Виллой Росс сидим в одной из характерно стерильных монтажных студий Университета Саймона Фрейзера и уже не знаем, что делать: мы провели все выходные, ваяя из трёх разных копий вестерна Серджо Леоне 1966 года «Хороший, плохой, злой» одну версию — причём все три копии были незаконными рипами. В начале 2000-х этот фильм пал жертвой «реставрации», выполненной компанией MGM: вырезанные Серджо Леоне сцены были возвращены, увеличив время англоязычной версии с 161 до 179 минут; Клинт Иствуд и Илай Уоллак дублировали недостающие диалоги, а место умершего к тому времени Ли Ван Клифа занял похожий на него голосом дублёр. Монофоническая дорожка была переработана в многоканальный звук с неприятно современными звуками выстрелов. Почти десяток лет эта «дополненная» лента оставалась единственной продаваемой версией фильма; подобное очень часто происходит в эпоху ревизионистских студийных реставраций.

Наша цель была простой: спасти фильм от этой вивисекции. Мы планировали соединить звук уже не издававшегося DVD 1998 года (приблизительно похожий на звук международного релиза 1967 года) с видео из недавно привезённого Blu-ray итальянской версии. После того, как мы успешно преодолели многочисленные подводные камни, связанные с риппингом домашних видеозаписей конца 2000-х, наши надежды рухнули из-за катастрофического открытия: итальянская версия оказалась ещё сильнее отличающейся от международной, чем расширенная версия: печально известная сцена пытки была полностью перестроена, а у некоторых кадров отсутствовали начало и конец. Мы почти на десяток лет отказались от этой затеи.

Записки из подполья незаконного архивирования фильмов

Публикации