Обновить

Почему нам нужна смелость и безрассудство

После того как человек сталкивается с какой-то критической ситуацией, где его технические или организационные решения привели к проблеме, которая стоила команде много времени и сил на устранение, он может словить антипаттерн: «Замороженный троглодит».

Этот антипаттерн заключается в том, что человек начинает действовать слишком осторожно и закладывает в свои решения слишком много негативных кейсов и нештатных ситуаций.

Например, мы не можем выкатить этот MVP, потому что у нас нет роллбеков для клиентов, которые случайно пройдут регистрацию из страны, для которой у нас не настроен шардинг. Даже если вероятность этого крайне мала, а компенсационные действия в ручном режиме занимают четверть часа, человек всё равно будет препятствовать релизу и запрашивать доработки на то, что не требуется на уровне MVP.

Или когда отдел продукта просит выкатить какой-то новый функционал, который в целом ОК, но без тщательного регресса, который может сорвать запланированные активности, человек боится давать добро, хотя все бизнес-кейсы проверены, остаётся лишь место неожиданности.

То есть получается, обжегшись однажды, человек пытается не допустить появления этого риска там, где его появление граничит с фантастикой, либо не представляет собой большой проблемы.

Чтобы преодолеть появление этого антипаттерна, необходимо:

  1. Снизить значимость ошибки. То есть если все регламенты выполнены, задача прошла тестирование, но при выкатке случилась какая-то проблема, то окей — это допустимый риск, с которым мы готовы работать. Это не повод вызывать команду и отчитывать её за ошибку.

  2. Проговаривать значимые риски. Если вы соглашаетесь делать работу, которая может вызывать проблему, то проговорите три-четыре самых крупных риска и регламент компенсационных работ. Если после разговора не возникает ощущение, что это слишком опасно, — вперёд!

  3. Поощрять смелость. В большинстве случаев гораздо быстрее и эффективнее выкатить какую-то правку, собрать логи и откатить её обратно, чем тормозить разработку и решать проблемы, которых никогда не будет.

  4. Решение нетипичных ситуаций — тоже опыт. Когда человек поймёт две-три ситуации, когда нужно было разбираться с кодом, который как-то неправильно работает на продакшене, то в четвёртый раз он уже без стресса сможет оперативно решить проблему, ведь он будет к этому готов.

Но к чему геройство…

После прочтения этих рекомендаций вы можете спросить: зачем столько рисков, когда можно сделать всё правильно? Современная разработка подразумевает непрерывное тестирование гипотез, когда победителем чаще всего оказывается не тот, кто сделал правильно, а тот, кто сделал быстро и так, как это нужно клиенту. И нет лучшего способа доставлять инкременты максимально быстро, как действовать смело и иногда даже безрассудно.

Теги:
Всего голосов 2: ↑2 и ↓0+2
Комментарии0

Зуд от укуса комара или мошки — лютый биохимический прикол

Предположим, вас укусил комар прямо в попу.

Что там, вы не видите, но зудит, поэтому вы чешетесь. То есть прям берёте и начинаете водить ногтями по месту укуса. До тех пор, пока это отвратительное состояние зуда в моменте не пройдёт.

Прикол в том, что почесаться надо достаточно сильно, чтобы боль от царапин перекрыла сигнал зуда в спинном мозге. Тогда вы чувствуете облегчение на несколько секунд. Но механическое воздействие на это место усиливает выброс гистамина и цитокинов, и раздражение становится сильнее. А раздражение — главная причина зуда.

Есть ещё невероятный прикол с серотонином в этой же цепочке, но про него чуть позже.

Боль вообще-то — технология отрицательной обратной связи. Не делай, чтобы тебе не было больно. Не трогай горячее; не выгибай вот так руку; береги пораненную ногу; не бей организмом по кокосу, бей лучше камнем и так далее.

Зуд от укуса комара даёт положительную обратную связь. Чем больше зудит, тем больше зудит.

Часто бывает, что 90% итогового воспалительного процесса — это не комар и его токсины, это мы своими ногтями.

Соответственно, если вы хотите, чтобы что-то на коже заживало, нужно успокоить пользователя, отключить чувствительность в первую очередь. Потом убрать раздражение на уровне сигнальных молекул (загасить цитокиновый микрошторм). Потом уже можно заниматься починкой структуры и полирнуть сверху защитным барьером, потому что сухой роговой слой сам по себе раздражает рецепторы.

И вот у нашей лаборатории появилась задача это всё собрать. Опыт за 30 лет накопился, в регенерации тканей мы уже хорошо разбираемся, но прошло не без сюрпризов.

Зуд от укуса комара или мошки — лютый биохимический прикол

Публикации