Я долго думал, как мог бы выглядеть идеальный универсальный агент. Такой Jarvis из «Железного человека». И довольно быстро понял: фиг я смогу такого сделать. Зато можно попробовать дать агенту возможность придумать и построить себя самого в автономном цикле эволюции.

Так появился Уроборос: кривой косой агентный луп на чистом Python с доступом к git, правом переписывать свой рантайм, безопасным рестартом на новой версии и откатом к прошлой, если всё сломалось. Я поселил первую версию в Google Colab, чтобы он не убил мне комп самоэволюцией (сервера Google не жалко, у них хорошая изоляция), дал бюджет и автономность, и понеслось.

С тех пор прошло несколько месяцев. Когда я последний раз рассказывал про него публично, это был ещё милый desktop‑агент, который рисовал котиков, зависал на ютюбе и менял обои. Сейчас на Terminal‑Bench 2.1, CL‑Bench и OSWorld у него SOTA результаты, а на GAIA и SWE‑Pro получается паритет с Claude Code и Codex. Сам бы я такой харнесс не придумал, а вот автономная эволюция и куча сожжённых денег на токены — да.

В этом посте: цифры и воспроизводимость, несколько неловких историй из аудита трейсов, коротко про архитектуру, и почему я теперь почти всё делаю через него.

В последние месяцы всё чаще слышим про «reasoning-модели», способные не просто продолжать текст, а действительно шаг за шагом решать сложнейшие задачи цепочкой рассуждений (chain-of-thought). Впервые такой подход эффектно показали в OpenAI o1, но, к сожалению, подробности там остаются секретными. Недавно же команда DeepSeek наделала шуму с открытыми вариантами R1 и R1-Zero, созданными поверх их собственной большой MoE-модели DeepSeek-V3. В этом посте я не стану углубляться в вопрос «чья модель лучше — o1 или R1». Зато разберу, какие главные технические детали стоят за R1, почему Zero-версия выглядит особо захватывающе, и как именно авторам удалось обучить модель мыслить.

Хабр, привет! Это снова Антон Разжигаев, аспирант Сколтеха и научный сотрудник лаборатории Fusion Brain в Институте AIRI, где мы продолжаем углубляться в изучение языковых моделей. В прошлый раз мы выяснили, что эмбеддинги трансформеров-декодеров сильно анизотропны. На этот раз я бы хотел рассказать об их удивительной линейности, ведь нашу статью про обнаруженный эффект («Your Transformer is Secretly Linear») несколько дней назад приняли на международную конференцию ACL!

С момента выхода первой статьи «Attention is All You Need» я с жадностью и любопытством, присущими любому исследователю, пытаюсь углубиться во все особенности и свойства моделей на базе архитектуры трансформер. Но, если честно, я до сих пор не понимаю, как они работают и почему так хорошо обучаются. Очень хочу разобраться, в чём же причина такой эффективности этих моделей, и есть ли предел их возможностей?

Такому изучению трансформеров «под микроскопом» и посвящена наша научная работа, только что представленная на конференции EACL 2024, которая проходила на Мальте — «The Shape of Learning: Anisotropy and Intrinsic Dimensions in Transformer-Based Models». В этой работе мы сфокусировались на наблюдении за пространством эмбеддингов (активаций) на промежуточных слоях по мере обучения больших и маленьких языковых моделей (LM).

Кто-то ещё сомневается, что в мире машинного обучения происходит революция? Уверен, мы являемся свидетелями преобразования привычного взаимодействия с данными, поиска информации, да и вообще работы как таковой. Ведь умные ассистенты (ChatGPT, GigaChat, Bard) готовы взять на себя даже самые сложные задачи.

Но не всегда возможно сформулировать проблему в виде текстового запроса, иногда требуется информация из других “модальностей” — картинка, звук, 3D и тд. Ниже я разберу какие именно есть способы соединения больших языковых моделей (LLM) с дополнительными форматами данных, а также опишу как устроена наша новая модель OmniFusion.

В этой статье я расскажу о нашей последней работе — Multilingual Triple Match — системе для поиска ответов на фактологические вопросы, которая по своей точности обходит даже ChatGPT.

Диффузия всё увереннее вытесняет GANы и авторегрессионные модели в ряде задач цифровой обработки изображений. Это не удивительно, ведь диффузия обучается проще, не требует сложного подбора гиперпараметров, min-max оптимизации и не страдает нестабильностью обучения. А главное, диффузионные модели демонстрируют state-of-the-art результаты почти на всех генеративных задачах — генерации картинок по тексту, генерация звуков, видео и даже 3D!

К сожалению, большинство работ в области text-to-something сосредоточены только на английском и китайском языках. Чтобы исправить эту несправедливость, мы решили создать мультиязычную text-to-image диффузионную модель Kandinsky 2.0, которая понимает запросы более чем на 100 языках! И главное, на русском ;) Подробности — под катом.

К моему удивлению, в открытом доступе оказалось не так уж много подробных и понятных объяснений того как работает модель GPT от OpenAI. Поэтому я решил всё взять в свои руки и написать этот туториал.