Да, я примерно в эту сторону как раз и думал добавить отдельный блок - про связь сингулярности с “концом истории”.
ОМП сделало горячую мировую войну самоубийственной, а Холодная война заменила ее как двигатель большой науки: ядерное сдерживание, космическая гонка, огромные бюджеты.
“Конец истории” сформулировали уже на волне победы в Холодной войне: дальше, казалось, должен был начаться скучный менеджмент глобализации. Но вместе с этой победой начал распадаться и режим, который во многом тащил большую науку XX века. Вместо государственной большой науки центр тяжести ушёл в корпоративную цифровую инфраструктуру.
А когда выяснилось, что история никуда не кончилась, а из-под кровати полезло всё то, чего там, как все думали, давно уже нет, вернуть прежний режим уже не смогли.
Сейчас в военной области видна та же знакомая пластинка: надо первыми сделать AGI, и он всех победит. Возможно, у военных встреча с реальностью уже частично происходит - ну или случится раньше, чем у остальных участников забега.
Да, я примерно в эту сторону как раз и думал добавить отдельный блок - про связь сингулярности с “концом истории”.
ОМП сделало горячую мировую войну самоубийственной, а Холодная война заменила ее как двигатель большой науки: ядерное сдерживание, космическая гонка, огромные бюджеты.
“Конец истории” сформулировали уже на волне победы в Холодной войне: дальше, казалось, должен был начаться скучный менеджмент глобализации. Но вместе с этой победой начал распадаться и режим, который во многом тащил большую науку XX века. Вместо государственной большой науки центр тяжести ушёл в корпоративную цифровую инфраструктуру.
А когда выяснилось, что история никуда не кончилась, а из-под кровати полезло всё то, чего там, как все думали, давно уже нет, вернуть прежний режим уже не смогли.
Сейчас в военной области видна та же знакомая пластинка: надо первыми сделать AGI, и он всех победит. Возможно, у военных встреча с реальностью уже частично происходит - ну или случится раньше, чем у остальных участников забега.