Pull to refresh

Продюсер завтрашнего дня (часть 7)

Research and forecasts in IT
Translation
Original author: Tad Friend
Марк и Лаура Андриссен← Часть 6

На свадьбе Андриссена в 2006-м году Бен Горовиц произнёс тост о том, что этот человек давно всем известен как «ворчливый Марк», потому что «всю жизнь его никто не понимал, он прошёл её в одиночку». Никто не понимал его в его фермерском городке, никто не понимал его в Кремниевой Долине — «Чёрт, да я сам его не понимаю!» Но теперь наконец-то он стал «счастливым Марком», потому что нашёл «кого-то, кто полностью принимает его» — невесту по имени Лаура Арриллага-Андриссен. Она читает лекции по филантропии в Стэндфордской бизнес-школе.

В декабре Андриссен пригласил меня в их дом в Атертоне, в пяти минутах от офиса a16z, чтобы посмотреть телевизор. Они с Лаурой живут в современной, наполненной искусством, девятитысячефутовой (около 836 м²) вилле, построенной в стиле, который хозяйка называет «Северно-Калифорнийский пастиш». Высота потолков соответствует великанским пропорциям Андриссена. Всё вокруг одновременно величественно, минималистично и свежо. Туалет в уборной настолько визионерский, а мягкая подсветка вокруг настолько украшает пространство, что мне пришлось потратить некоторое время на поиск способа спустить воду.

Арриллага-Андриссен внесла угощения в гостиную и расположила их на столах, купленных хозяином в Costco. Шеф-повар заранее приготовил омлеты и тайские салаты. Теперь они все подогреты: в доме три микроволновки, чтобы вся еда была готова одновременно. Андриссен погладил её руку и просиял: «Привет, красотка!»

«Привет, мой дорогой!» — ответила она. Я удостоился краткого объятия, будто мы не виделись со вчерашнего дня. Арриллага-Андриссен — высокая, кажущаяся неземной, но при этом выразительная женщина. Когда они повстречались в 2005-м в канун Нового Года, на вечеринке, организованной ведущим инвестором сервиса знакомств eHarmony, и проговорили шесть с половиной часов подряд. Как говорит Лаура, Андриссен отвечал большинству критериев в её чек-листе: он был гением, он был кодером, он был весёлым, он был лысым. Последний пункт она пояснила так: «Непосредственно видеть то, под чем скрыт мозг, — это невероятно сексуально!» Со своей стороны, Андриссен почувствовал, что «она была впечатляющей! Моим самым большим опасением было то, что её идеалом является жизнь в перелётах с места на место». В одном из семнадцати электронных писем, которые он отправил ей на следующий день, он интересовался: «Каков твой идеальный вечер?» На что она ответила: «Остаться дома, разобрать почту, сделать омлет, посмотреть телевизор, принять ванну, отправиться в кровать». Марк Андриссен, Лаура Арриллага-Андриссен и Джон АрриллагаПеред вторым свиданием, он предъявил ей, по её словам, «двадцатипятиминутный монолог о том, почему наши отношения должны стать постоянными, с полным продуманным деревом принятия решений, которое также предусмотрительно включало всё моё собственное дерево решений». Они поженились, девять месяцев спустя. В ней и её отце Джоне, миллионер-разработчик из Кремниевой Долины Андриссен, кажется, нашёл себе семью, которой ему недоставало. Лаура показала мне фотографию двух мужчин, стоящих бок о бок, оба лысые, успешные, властные: «Прямо, как две капли воды».

Проведя некоторое время у телевизора, чета предаётся чтению в кровати, так что она рассказывает: «Я могу уснуть, обнимая моего возлюбленного». (Она неизменно предпочитает называть мужа «мой возлюбленный», не используя имени «Марк».) «Я расспрашиваю его о вещах, которые меня заинтересовали в течение дня, так что каждый вечер я засыпаю с человеком-Википедией, способным уходить всё глубже и глубже в тему, ссылка за ссылкой. На прошлой неделе мы говорили о аппаратном обеспечении мобильных телефонов, о том, как работает бинарный код, чего ожидать в регулировании полётов дронов, и использует ли Путин Украину как манёвр, отвлекающий от финансового кризиса в России». Как только она задремлет, Андриссен возвращается в работе в своём домашнем офисе. Подобно заряжающемуся телефону, он накапливает энергию в течении ночи.

Он нажал кнопку, чтобы развернуть экран, затем разбудил Apple TV. Мы собирались посмотреть два эпизода, завершающих первый сезон драмы AMC «Остановись и гори». Сериал посвящён выдуманной компании под названием Cardiff, которая вступает в войну персональных компьютеров в начале восьмидесятых. Шоу очевидно произвело впечатление на Андриссена. В 1983-м, по его словам, «мне было двенадцать, и я ничего не знал о стартапах и венчурном капитале, но я был знаком со всеми продуктами». Он использовал RadioShack TRS-80 из школьной библиотеки, чтобы собрать калькулятор для домашней работы. В 1992-м, будучи старшекурсником Иллинойсского университета в Урбане-Шампейне, он бросил свою работу — кодирование под Unix за $6,85 в час — чтобы объединиться в команду с ещё одним программистом и создать Mosaic, первый графический браузер для Всемирной Паутины. После выпуска он переехал в Кремниевую Долину, где вместе с неугомонным настойчивым предпринимателем Джимом Кларком (Jim Clark) запустил Netscape, чтобы сделать интернет доступным каждому, а не только учёным. Джон Доерр (John Doerr), который профинансировал их раунд A, рассказывает, что гениальность их браузера была подобна «добавлению фотографий в меню Howard Johnson. Марк Андриссен на обложке TimeНе требуется знание языка; вы можете просто указать, что вам нужно». Арриллага-Андриссен по секрету рассказала предысторию, лежащую в основе этой истории: «Netscape был основан на неспособности моего возлюбленного получить доступ к знаниям в маленьком городке, в ту пору, когда он был ещё ребёнком».

Netscape Navigator, выпущенный в 1994-м году, быстро завоевал более 94% рынка браузеров, и Андриссен предсказал, что Всемирная Паутина сделает операционные системы, такие как Microsoft Windows «неактуальными». Когда компания вышла на публичный рынок в 1995-м, его акции взлетели с двадцати восьми долларов до семидесяти пяти за штуку, и Андриссен вскоре оказался на обложке Time: босиком на троне. Но Марк 1.0 во многом был лишь бета-версией. Завязав с кодингом, своей первой любовью, он взялся за управление кодерами. При этом, он пожирал печенки Pepperidge Farm Nantuckets и медово-злаковые батончики, пропускал встречи, внезапно вспыхивал гневом при случае. «Когда вы видите, как его обуревают сомнения, это заставляет вас ощущать комбинацию воодушевления и страха», — вспоминает Джейсон Розенталь (Jason Rosenthal), менеджер, о котором Андриссен отзывался положительно. Любимым ответом Андриссена на смущение подчинённых было: «Не бывает глупых вопросов, бывают глупые люди!» Джим Барксдейл (Jim Barksdale), CEO компании, добавляет: «После совещаний я говорил Марку: “Нет нужды рассказывать тупому ослу о том, что он тупой осёл.”» Андриссен отвечает мне: «Мне нужно было заставить Netscape работать, он должен был работать — у меня не было обратного пути — поэтому я был абсолютно нетерпим ко всему, что мне мешало». Имея в виду, по его собственному пояснению: «людей». Он никогда не мог расслабиться: «Я очень параноидален. И боль в периоды падений была гораздо сильнее, чем радость в периоды взлётов».

Период падения начался, когда Microsoft включила свой собственный браузер в состав операционной системы, превратив его в национальный браузер по факту, если не по выбору. Netscape сместился из потребительского рынка в корпоративный, и начал продавать браузер и серверное ПО. Ему повезло быть купленным AOL в 1999-м за десять миллиардов долларов. Питер Кюрри (Peter Currie), CFO компании, сказал: «Мы сумели отличиться от других, мы внедрили куки и были первыми среди менеджеров загрузок из интернета, также Netscape оставил след в истории бизнеса. Быть может, лучше всего рассматривать его как классическую технологическую историю: компания создаёт, изобретает, преуспевает — и её обходят конкуренты».

В эпизоде сериала «Остановись и гори», предприниматели из Cardiff отправляются на COMDEX, большое торговое шоу, и обнаруживают, что другая компания украла их идею и обошла их на рынке. В ответ, инженер-железячник Гордон, удаляет из компьютера Cardiff интерактивную ОС — систему, которую разработала девушка-панк, гений софта по имени Кэмерон — и загружает вместо неё DOS от Microsoft, что делает разработку IBM-совместимой, жизнеспособной, и… унылой. Это была надуманная капитуляция, но Андриссен одобрительно кивнул: «Это был момент триумфа Microsoft, и Гордон прав — им нужно выжить, чтобы принять бой в другой день. Но…» Он указывает на экран, где Apple Macintosh осуществляет свой дебют на шоу. «Привет, я Макинтош», — сказал компьютер. Андриссен рассмеялся, и продолжил: «Они были изначально обречены, потому что Apple в Купертино», — в Кремниевой Долине, — «потратила три года, чтобы построить это. Находясь здесь, я был полон решимости оказаться на другой стороне этой движущей силы, потому что в успех в разработке ПО распределяется по праву сильного. Это не похоже на Coke и Pepsi и им подобных. Здесь победитель получает всё. Вторым призом является набор столовых ножей, а третьим — увольнение».

Кэмерон Хоу

В финале сезона Кэмерон запускает собственный стартап. Наблюдая за тем, как она управляет своими программистами, Андриссен мягко замечает: «Лучшими сценами с Кэмерон были те, где она была одна, в подвале, предаваясь кодированию». Я добавил, что на мой взгляд она является самым неудовлетворённым персонажем: слишком податливая, непоследовательная, без убедительной мотивации. Он улыбнулся и ответил: «Потому что она — это будущее». ▼

Продолжение следует…

Часть 1 | Часть 2 | Часть 3 | Часть 4 | Часть 5 | Часть 6 ← | Часть 7 | → Часть 8



Об авторе: Тэд Френд — постоянный автор The New Yorker с 1998-го года. Автор разнообразных репортажей и расследований, многократный лауреат премий в области журналистики.
Фото: 1. baltimoretimes-online.com, 2. fortune.com, 3. time.com, 4. iq.intel.com

Бонус: Любопытное детское меню Howard Johnson's от 1968 года.
Tags:
Hubs:
Total votes 7: ↑6 and ↓1 +5
Views 2.9K
Comments Leave a comment