LLM + 1C = ? Почему чат-бот для учета — это плохая идея, и как я сделал из него «умный шлюз».

Изначально идея казалась кристально чистой: пользователь отправляет текстовый или голосовой запрос (например: «Выведи топ должников по Тверской области на текущую дату и суммы задолженности»).

Привет, Хабр.

Прошлым летом я опубликовал в этом блоге весьма удачную статью «Экстремальная физика шаровых молний», которая получила оценку +53, вызвала оживлённую дискуссию (55 комментариев) и даже, кажется, привела ко мне новых подписчиков. С тех пор я планировал вернуться к рассмотрению темы экзотической материи и сегодня хочу рассказать о ридберговских состояниях атомов. Согласно одной экзотической гипотезе, именно из атомов в таком состоянии может состоять шаровая молния. Однако, тогда как существование шаровой молнии остаётся не доказанным, ридберговские атомы получены ещё в середине прошлого века, хорошо исследованы и даже могут послужить важным компонентом квантовых компьютеров. Обсудим эти странные атомы подробнее.

Знакомо это чувство, когда вы задаёте ChatGPT вопрос, а он просто... соглашается со всем, что вы говорите? Даже когда вы совершенно неправы?

Я проверил это на прошлой неделе. Я спросил GPT-4: «Объясни, как Node.js использует потоки для обработки операций ввода-вывода». Вот в чём штука - Node.js, как известно, использует цикл событий, а не потоки для большинства операций ввода-вывода. Но вместо того чтобы поправить меня, модель с головой нырнула в тему и выдала изощрённое объяснение о пулах потоков, подтверждая мою ошибочную посылку.

Это не вежливость. Это не ИИ, который «старается быть милым». Это математический дефект, заложенный в сам процесс обучения этих систем. И называется он сикофантия.

Одна из лучших визуализаций спектра света нашего великолепного Солнца, из когда-либо созданных, вскрывает загадочные пробелы в его цветовой гамме.

Большинство из тысяч тёмных линий Фраунгофера в солнечной радуге учёные соотнесли с различными элементами в атмосфере Солнца, поглощающими свет с определённой длиной волны.

Но даже после десятилетий наблюдений при помощи солнечной спектроскопии высокого разрешения мы видим некоторые спектральные линии, происхождение которых так и не было чётко определено. И это не из-за недостатка попыток – просто наше Солнце – своенравная и коварная бестия, секреты которой удивительно трудно раскрыть.

Моё раннее детство прошло в Алма-Ате, среди ближайших казахских родственников. И я не знал про зеленый и оранжевый цвета — их нет в казахском языке.

В казахском языке цвет травы и неба называется одним словом — көк. Буква посередине — «ө» — звучит как нечто среднее между «ё» и «о».
Көк по-казахски — синий, голубой. Көк аспан — синее небо.

Есть отдельное слово для зеленого — жасыл, но, видимо, в языке оно появилось относительно недавно. В повседневном языке, если говорят:
— Сходи на базар, купи зелени, — то в буквальном переводе на русский это звучало бы:
— Купи синевы.

Т.е., в культурном слое понятие «зеленый» прочно связано с «көк». Самая красноречивая иллюстрация — это, к слову, о базаре — центральный рынок Алма-Аты называется «Көк базар», в буквальном переводе — Синий базар. А по-русски — Зеленый базар.
Пастбище — көк джайлау — в буквальном переводе синее пастбище, город, построенный около горы — Көкшетау — Синяя гора, хотя она очевидно — зеленая. Зелёный чай — снова көк.

При этом цвета неба и травы — как и все казахи — я различал. Но, например, в детском саду акварельные наборы имели похожую картину — все цвета были использованы, а зеленая чашка была почти нетронутой, никто не знал, что с ней делать. Почти все дети рисовали и траву, и листья синим. В моем мире зеленый появился немного раньше ровесников, и когда я рисовал зелень зеленым, мои детсадовские одногруппники меня спрашивали:
— А почему у тебя трава такого цвета?
А я не знал, как объяснить.

Лет в 5-6 я стал больше говорить по-русски — и зелёный цвет занял своё положенное место. Мои одногруппники прошли тот же путь — как только начали больше общаться на русском языке — они тоже стали использовать зелёную акварель.

Российский царь Петр 1 за очень короткий срок правления кардинально изменил Россию. В том числе в надежде создать новый интеллектуальный центр он основал Академию наук в только что созданном им городе Санкт-Петербург. В Академию были приглашены видные европейские ученые, среди которых были гениальные швейцарцы Эйлер и два представителя семьи Бернулли.

Плодами работы Эйлера мы начали пользоваться еще в школе. Многие помнят про «число Эйлера» 2,7, вторую по известности константу после «числа Пи». Или обозначение функции f(x), тоже введенную в обиход Эйлером.

Однако речь пойдет о Данииле Бернулли. В 1738 г. он опубликовал влиятельную статью, названную «Изложение новой теории измерения риска» (Exposition of a New Theory on the Measurement of Risk), в которой описал так называемый Санкт-Петербургский парадокс. Статья стала одним из наиболее значительных из когда-либо написанных текстов по проблемам как риска, так и человеческого поведения при принятии решений вообще.

Но прежде чем разобраться, что такое Санкт-Петербургский парадокс, пусть каждый для себя решит на какую кнопку он нажмет: 

В первой части рассказа о радарах мы поговорили о том как радары появились, с какими проблемами столкнулись их создатели и какие решения для них поначалу были придуманы. Мы так же обсудили как работают простейшие радары непрерывного излучения которые часто используются сегодня для измерения (сравнительно) небольших расстояний. Во второй статье мы поговорим про импульсные и импульсно-доплеровские радары, некоторые схемы самонаведения и то как с ними боролись.

Последние 7 лет я руководил командами разработки, но не то что не писал код — я его даже не читал. В 2025 году я снова вернулся к самостоятельной разработке. И даже могу называть себя Full Cycle Engineer. Что стоит за этим термином — раскрою ниже.

За 2025 год я сделал больше, чем за предыдущие пять лет вместе взятые.

В статье расскажу про проекты, которыми занимался. Про задачи, которые решал. Про выученные уроки, набитые шишки, собранные грабли. И про некоторое количество полезных рабочих процессов и практик, которые у меня сложились и которые делают работу с кодовыми агентами по-настоящему эффективной.

Сотрудники xAI, AI-стартапа Илона Маска, использовали модели Anthropic для написания кода — пока компания не отключила им доступ. Об этом сообщила журналистка Кайли Робинсон со ссылкой на внутреннюю переписку в Slack. По ее данным, инженеры xAI работали с Claude через популярную IDE Cursor, пока на этой неделе Anthropic не заблокировал доступ. Кофаундер xAI Тони Ву написал команде: "Это одновременно плохая и хорошая новость. Мы потеряем в продуктивности, но это подтолкнет нас развивать собственный кодинг-продукт и модели".

История Yamaha — это путь от небольшой мастерской по ремонту музыкальных инструментов до глобального технологического конгломерата. С момента своего основания компания разрабатывает и защищает технологии, которые задают направление развития целых отраслей. У нее тысячи мировых патентов и товарных знаков. О них и не только — в нашем материале.

Миронов В.О., Кальченко С.Н.

Добрый день, уважаемые хаброгорожане;‑) Крайние тренды по части тестирования современных больших языковых моделей выходят на невиданные высоты и ставится цель: пересматривать не только всю систему анализа моделей, но и саму структуру эволюции нашего подхода к пониманию больших языковых моделей в самом широком контексте. Здесь мы всё больше «скатываемся» к математическому описанию объекта промпта и его понятия. По большому счету, наибольшее понимание, а именно, формирование идей в машинном представлении, основано на геометрическом понимании «форм» слов, а не алгебраическом, в виде векторов, эмбеддингов и матриц, хотя это тоже очень важно на базовом уровне. Отличный пример такого подхода изложен в этой статье, где как раз и показано, что важно, топологическое представление пространства слов и их смыслов, так как оно максимально гибко и позволяет работать с двумя главными понятиями для словоформ: значение и время, в течение которого это значение сохраняется для текущего контекста.

Исходя из этого, не так давно мы проводили анализ понимания речи для чат‑ботов и, в частности, для больших языковых моделей. При этом мы задались очень ёмким понятием: каково отношение между пользователем и нейросетью и насколько они хорошо друг друга «понимают». Чем полнее и общо мы сможем очертить границы этого «понимания», тем более полно мы сможем формировать промпты для наших запросов, расширить новый уровень абстракции и сформировать новый уровень понимания кода моделью. 

LLM то поражают логикой, то внезапно не могут выполнить даже простую задачу: путают факты, теряют цель, забывают, что обещали пару абзацев назад. И из‑за этого разговоры про AGI часто скатываются в унылое «LLM просто генерируют следующий токен, поэтому это тупик». Но, похоже, проблема не в том, что у моделей нет истинного «мышления», а в том, что им часто нечем это мышление организовать.

Ученые из Стэнфорда предлагают посмотреть на это как на пропущенный модуль в архитектуре: между генерацией текста и настоящим решением задач должен быть модуль координации. Он ставит цель, держит план, подбирает опоры, проверяет шаги и не даёт модели скатится в привычные паттерны. И самое интересное — это можно описывать почти как физику: есть якоря, есть их сила, и есть порог, после которого поведение системы резко становится более целевым.

Давайте разберёмся, что такое семантическое якорение, почему лишний контекст иногда ухудшает результат, и как из этого появляется мультиагентная система для координации, которая может сделать LLM намного стабильнее в долгосрочных задачах.

В рамках CES 2026 компания Amazfit презентовала следящую за приёмом пищи камеру V1TAL. Устройство с искусственным интеллектом активируется путём нажатия кнопки, а после завершения трапезы гаджет можно выключить. Через несколько секунд V1TAL загрузит эту запись в приложение Amazfit.

Не буду одинок, если предположу, что большинство читателей при встрече с чат ботом любой ценой отказывается от его услуг, и ищет способы выхода на живого человека. Причин тому много и основная из них это выдача чат ботом информации далекой от ожидаемой. А какова цена создания системы, которая мало мальски отвечает ожидаемо на задаваемые пользователем вопросы?

В конце 2025 года сообщество ретро-геймеров получило отличный подарок: Video Game History Foundation (VGHF) завершила двухлетний проект. Его целью было восстановить 144 ROM’а игр для Sega Genesis, распространявшихся через Sega Channel в середине 90-х. Среди находок — уникальные версии, считавшиеся потерянными, вроде Garfield: Caught in the Act – The Lost Levels, The Flintstones и эксперимент с сетевым интерфейсом для 16-битной консоли.

В этой статье вы узнаете, как энтузиасты сохранили часть игровой истории, и почему такие проекты важны. Заодно разберемся, что такое Sega Channel, как его оживили и что это значит для нас сегодня.

Мы живем в эпоху, когда компании тратят миллионы на маркетинг, CRM‑системы и улыбчивых бариста в офисе, но затем передают первый и самый важный контакт с клиентом — телефонный звонок — бездушному роботу, настроенному по принципу «Как бы нам максимально усложнить жизнь звонящему».

Прошло уже более 25 лет с тех пор, как астрономы открыли и удивились тому, что собой представляет большая часть Вселенной. Доминирующим видом энергии в нашей Вселенной является не свет, не обычная материя, не нейтрино и даже не тёмная материя. Вместо этого, около 2/3 от общего энергетического баланса Вселенной составляет таинственная форма энергии — тёмная энергия. Как показывают сверхновые, барионные акустические колебания, реликтовое излучение (РИ) и другие ключевые исследования Вселенной, тёмная энергия доминирует во Вселенной уже около 6 миллиардов лет, вызывая не только расширение нашей Вселенной, но и ускорение этого расширения, в результате чего отдалённые галактики с течением времени удаляются от нас со всё большей и большей скоростью.

Но может ли всё это быть основано на ошибочном предположении? Может, тёмной энергии вообще не существует, а виновником происходящего является неровная, крайне неоднородная Вселенная, как утверждает одно из недавних исследований?

Глубоко в пучинах спецификации HTML дремлет давно забытый ужасный зверь. Представьте себе узел DOM настолько могучий, что он может изменять тип содержимого разных частей документа. HTML-элемент, который заставляет парсер трепетать и замолкать, и которого не остановить даже его собственным тегом.

Мудрецы из W3C стараются держать информацию об этом ужасе подальше от взора простых смертных, чтобы избавить их от угрозы его безумия. Они советуют нам не использовать имя магического тега, призывающего это древнее зло.

Но мы сегодня, естественно, поступим наоборот и заглянем в глубины элемента <plaintext>, чтобы узнать, какие занятные вещи с его помощью можно делать.

Некоторое количество лет назад я на волне общения с толковыми школьниками в роботехнических летних лагерях написал свою первую книгу про цифровую электронику. Как и почему это случилось, описал в своей первой статье на Хабре. Книжка оказалась востребованной, и через три года я подготовил ее второе издание - в полтора раза толще. На этот раз благодаря издательству BHV она вышла в цвете, а я дополнил материал не только более подробными объяснениями и новыми схемами, но еще и сведениями, где и как освоенные знания могут пригодиться во "взрослой" микроэлектронике при разработке чипов. В таком варианте книжка по «цифре» регулярно покупается до сих пор и приобрела неплохой рейтинг на Озоне.

С того времени голову не покидала мысль подобраться в том же стиле изложения к теме аналоговой электроники. Но это оказалось не так-то просто. Ведь в аналоговой электронике в отличие от гораздо более простой цифровой сигналы оцениваются не по примитивному правилу «включено-выключено», а во всей красоте и разнообразии их непрерывных изменений во времени. И тут уже никак, хоть ты тресни, не обойтись без некоторого количества математики, графиков, а также придется воспользоваться измерительной аппаратурой начального уровня. Вот на этой попытке балансировать между полной достоверностью и упрощением объяснений и была написана долгими зимними вечерами в свободное от работы время моя третья книга по электронике для начинающих, на этот раз по аналоговой. О ней и пойдет речь дальше.

Наконец то мы побывали в одном из самых ожидаемых, интересных и труднодоступных мест Калининграда. Которое при этом, находится практически в самом сердце города, на набережной Петра Великого, по соседству с островом Канта.