Авторитет
Ниже представлен перевод статьи Peter Morville, одного из авторов книги «Информационная архитектура в сети Интернет», руководителя и основателя SemanticStudios. Автор рассуждает о том, чем стал авторитет в сегодняшнем интернет мире. Статья 2005 года, но мне кажется вполне актуальная.
У меня возникли проблемы с авторитетами. И дело не в том, что я своевольный, независимый и никого не слушаю. Я действительно такой, но речь не об этом. Меня беспокоит, что всякие блоггеры, википедиане, фолксономисты и прочие активисты социального интернета все чаще злоупотребляют этим словом.
В старые добрые времена, еще не так давно, термин "авторитетность" использовался в качестве критерия оценки печатных изданий, чаще всего, библиотекарями. Помимо достоверности, объективности и актуальности источника, оценивалась его авторитетность. Кто автор? Какое издательство? Что известно об их престиже, компетентности и репутации? Редактировалась ли книга? Рецензировалась ли она? Можно ли ее считать авторитетным источником?
Но затем понятие "авторитет" попало в лапы пользователей Technorati, где быстро потеряло свое первоначальное значение, затерявшись в густой каше из достоверностей, популярностей, мощностей, надежностей и релевантностей. В буйстве семантической анархии этими словами разбрасывались направо и налево.
У ценителей иерархии и гипертекста появился повод для беспокойства. К счастью, прежде чем облака тегов полностью заслонили солнце, на небосводе появился новый источник сияния и авторитета.
Возникло опасение, что этот процесс никто не сможет контролировать. Но появилась самая большая, самая доступная и самая популярная энциклопедия в мире, которая показала: процесс контролируют все.
Это шаг от эволюции к теории разумного замысла: точность, объективность и актуальность результата приятно удивляют. Кстати, статья об авторитете тоже не подвела:
Статья описывает три типа авторитета по Максу Веберу (традиционный, рационально-легальный, харизматический) и содержит ссылки на связанные понятия: закон, власть и доверие. Или, по крайней мере, так было, когда я в последний раз заходил на страницу. С тех пор она могла измениться.
Но хотя эта изменчивость крайне неудобна при цитировании, она не делает источник менее достоверным. Библиотекари старой закалки могут утверждать, что статьи в Википедии не являются авторитетными источниками в силу своей псевдоанонимности и немалого количества авторов. Но это мнение ошибочно. Их авторитет основан на структуре информации, дизайне и управлении сайтом, на бренде Википедии и распространенной вере в интеллектуальную честность и силу коллективного разума.
Разумеется, бывает, что так называемые тролли специально искажают информацию, бывает, что непрофессионалы добавляют ошибочные сведения; но прежде чем бросать камни в Википедию, стоит пересмотреть свою веру в авторитет традиционных печатных изданий. Ведь даже в почтенной энциклопедии "Британника" встречаются ошибки, не говоря уже о мелких, но бесспорных искажениях, вызванных субъективным мнением и корпоративной корректностью.
Любой читатель газет, книг или академических журналов скажет вам, что ситуация ухудшается. Эта отрасль переживает кризис жесткой конкуренции в условиях падения спроса. Для традиционного издательского бизнеса началась пора ошибок. Правописание и пунктуация — всего лишь незначительные потери в этой войне на выживание, в которой давно уже пали смертью храбрых все попытки проверки фактов.
В этой отчаянной ситуации появление Википедии — детища совместной категоризации и издательства снизу-вверх (наряду с относительно небольшими успехами de.licio.us и Flickr) — так вдохновило восторженных анархистов, антитаксономистов и фетишистов фолксономии, что они сразу же начали предсказывать гибель не только традиционной системы печати, но и самой иерархии.
Хоть фолксономия и родилась на основе информационной архитектуры, ее быстро присвоила Technorati. Дейв Сильфри считает, что:
Не поймите меня неправильно. Я восхищаюсь тегами не меньше их самого ярого апологета. И мне нравятся революционные идеи свободного теггирования. Но если даже Тим О'Рейли, издающий книги с лемурами и полярными медведями на обложках, начинает предсказывать смерть таксономии, это означает, что пора прояснить ситуацию.
Ведь теги — это лишь видимые, поверхностные символы гораздо более глубоких революционных процессов, затрагивающих вопросы поиска и авторитета. Википедия популярнее Британники не потому, что ее авторы лучше. Она популярнее потому, что в ней удобней поиск. Подобный успех невозможен без структуры. Фактически, Википедия имеет традиционную информационную архитектуру (со строго установленным дизайном и фиксированной панелью навигации слева) и традиционную модель управления (Джимбо Уэлс и совет попечителей являются абсолютной корпоративной властью).
Разумеется, Википедия — лишь пешка в этой революции, затеянной Google. В конце концов, Ларри и Сергей стали первыми, кто решил зарабатывать на фолксономиях в 1990 году, с появлением алгоритма PageRank, использующего ссылки для определения авторитета и релевантности. В этом смысле Google раньше всех освоил свободное теггирование. И преподал нам несколько уроков:
Google стоит около $90 миллиардов, потому что Google помогает найти то, что нужно. И Google развил систему в высшей степени эффективного поиска путем задействования многих алгоритмов, которые используют:
И хотя знаменитый Googlebombs ясно показал нам, что иногда авторитет масс может переопределить релевантность объекта, как правило, результат поиска довольно точно совпадает с запросом. Фолксономии таких систем, как Flickr или del.icio.us, замечательно демонстрируют принцип, но когда дело доходит до реального поиска, они не идут ни в какое сравнение с Google, Google Images, Google Desktop.
Герберт Саймон явно был чересчур оптимистичен, когда утверждал, что мы удовлетворяем свои потребности по принципу ограниченной рациональности. Любой, кто имел дело с процессом принятия решений, знает, что человеческое поведение скорее укладывается в рамки неограниченной иррациональности. Лучше всего описаны следующие психологические ловушки:
Теперь становится ясна удивительная сила Google, Википедии и других информационных ресурсов с эффективной системой поиска, которые влияют на то, что мы ищем, кому мы доверяем и как мы принимаем решения.
Разумеется, мы также должны признавать власть каждого индивида, данную ему открытым информационным пространством — власть выбирать свои источники и свои новости. В современной Google-экономике мы все больше становимся сами себе авторитетами.
Но настоящий бунт еще впереди. Подрастает поколение школьников (и их учителей и библиотекарей), которые пытаются примирить традиционные понятия об образовании, объективности и авторитетности, с конструктивистской сеткой коллективных истин и коллективного разума, где фолксономии процветают и у правды много граней. Жду — не дождусь.
Да здравствует революция!
Другие статьи о том куда катиться этот веб, можно посмотреть на нашем сайте Nomagic.ru
У меня возникли проблемы с авторитетами. И дело не в том, что я своевольный, независимый и никого не слушаю. Я действительно такой, но речь не об этом. Меня беспокоит, что всякие блоггеры, википедиане, фолксономисты и прочие активисты социального интернета все чаще злоупотребляют этим словом.
В старые добрые времена, еще не так давно, термин "авторитетность" использовался в качестве критерия оценки печатных изданий, чаще всего, библиотекарями. Помимо достоверности, объективности и актуальности источника, оценивалась его авторитетность. Кто автор? Какое издательство? Что известно об их престиже, компетентности и репутации? Редактировалась ли книга? Рецензировалась ли она? Можно ли ее считать авторитетным источником?
Но затем понятие "авторитет" попало в лапы пользователей Technorati, где быстро потеряло свое первоначальное значение, затерявшись в густой каше из достоверностей, популярностей, мощностей, надежностей и релевантностей. В буйстве семантической анархии этими словами разбрасывались направо и налево.
У ценителей иерархии и гипертекста появился повод для беспокойства. К счастью, прежде чем облака тегов полностью заслонили солнце, на небосводе появился новый источник сияния и авторитета.
Википедия
Возникло опасение, что этот процесс никто не сможет контролировать. Но появилась самая большая, самая доступная и самая популярная энциклопедия в мире, которая показала: процесс контролируют все.
Это шаг от эволюции к теории разумного замысла: точность, объективность и актуальность результата приятно удивляют. Кстати, статья об авторитете тоже не подвела:
Люди повинуются авторитету из уважения, так же, как повинуются властям из страха… Авторитет не должен быть рациональным или последовательным, он принимается как источник истины, запретов и позволений.
Статья описывает три типа авторитета по Максу Веберу (традиционный, рационально-легальный, харизматический) и содержит ссылки на связанные понятия: закон, власть и доверие. Или, по крайней мере, так было, когда я в последний раз заходил на страницу. С тех пор она могла измениться.
Но хотя эта изменчивость крайне неудобна при цитировании, она не делает источник менее достоверным. Библиотекари старой закалки могут утверждать, что статьи в Википедии не являются авторитетными источниками в силу своей псевдоанонимности и немалого количества авторов. Но это мнение ошибочно. Их авторитет основан на структуре информации, дизайне и управлении сайтом, на бренде Википедии и распространенной вере в интеллектуальную честность и силу коллективного разума.
Разумеется, бывает, что так называемые тролли специально искажают информацию, бывает, что непрофессионалы добавляют ошибочные сведения; но прежде чем бросать камни в Википедию, стоит пересмотреть свою веру в авторитет традиционных печатных изданий. Ведь даже в почтенной энциклопедии "Британника" встречаются ошибки, не говоря уже о мелких, но бесспорных искажениях, вызванных субъективным мнением и корпоративной корректностью.
Любой читатель газет, книг или академических журналов скажет вам, что ситуация ухудшается. Эта отрасль переживает кризис жесткой конкуренции в условиях падения спроса. Для традиционного издательского бизнеса началась пора ошибок. Правописание и пунктуация — всего лишь незначительные потери в этой войне на выживание, в которой давно уже пали смертью храбрых все попытки проверки фактов.
Гипербола фолксономии
В этой отчаянной ситуации появление Википедии — детища совместной категоризации и издательства снизу-вверх (наряду с относительно небольшими успехами de.licio.us и Flickr) — так вдохновило восторженных анархистов, антитаксономистов и фетишистов фолксономии, что они сразу же начали предсказывать гибель не только традиционной системы печати, но и самой иерархии.
Хоть фолксономия и родилась на основе информационной архитектуры, ее быстро присвоила Technorati. Дейв Сильфри считает, что:
Теги — это простое, но мощное новшество социального интернета. Сегодня миллионы людей свободно включают метаданные в свои записи и разговоры. В отличие от непопулярных в силу своей негибкости таксономических схем, теги помогают легко организовать персональную информацию и получить ее социальную оценку. Естественно, это ведет к широкому развитию фолксономии. Информация предоставляется реальными людьми, чтобы облегчить другим ее поиск. При удачно выбранной системе поиска и навигации фолксономия даст сто очков вперед любому структурированному подходу.
Не поймите меня неправильно. Я восхищаюсь тегами не меньше их самого ярого апологета. И мне нравятся революционные идеи свободного теггирования. Но если даже Тим О'Рейли, издающий книги с лемурами и полярными медведями на обложках, начинает предсказывать смерть таксономии, это означает, что пора прояснить ситуацию.
Ведь теги — это лишь видимые, поверхностные символы гораздо более глубоких революционных процессов, затрагивающих вопросы поиска и авторитета. Википедия популярнее Британники не потому, что ее авторы лучше. Она популярнее потому, что в ней удобней поиск. Подобный успех невозможен без структуры. Фактически, Википедия имеет традиционную информационную архитектуру (со строго установленным дизайном и фиксированной панелью навигации слева) и традиционную модель управления (Джимбо Уэлс и совет попечителей являются абсолютной корпоративной властью).
Разумеется, Википедия — лишь пешка в этой революции, затеянной Google. В конце концов, Ларри и Сергей стали первыми, кто решил зарабатывать на фолксономиях в 1990 году, с появлением алгоритма PageRank, использующего ссылки для определения авторитета и релевантности. В этом смысле Google раньше всех освоил свободное теггирование. И преподал нам несколько уроков:
- Эффективный поиск прежде всего!
- У революции много алгоритмов
Google стоит около $90 миллиардов, потому что Google помогает найти то, что нужно. И Google развил систему в высшей степени эффективного поиска путем задействования многих алгоритмов, которые используют:
- Полный текст. Сравнение слов в запросе и содержании.
- Информационная архитектура. Анализ структуры внутренних ссылок и вводимых вручную метаданных веб-сайта.
- Свободное теггирование. Переход по ссылкам на другие сайты.
И хотя знаменитый Googlebombs ясно показал нам, что иногда авторитет масс может переопределить релевантность объекта, как правило, результат поиска довольно точно совпадает с запросом. Фолксономии таких систем, как Flickr или del.icio.us, замечательно демонстрируют принцип, но когда дело доходит до реального поиска, они не идут ни в какое сравнение с Google, Google Images, Google Desktop.
Свободный авторитет
Герберт Саймон явно был чересчур оптимистичен, когда утверждал, что мы удовлетворяем свои потребности по принципу ограниченной рациональности. Любой, кто имел дело с процессом принятия решений, знает, что человеческое поведение скорее укладывается в рамки неограниченной иррациональности. Лучше всего описаны следующие психологические ловушки:
- Зацепление. При принятии решения на нас больше всего влияет информация, полученная первой.
- Подтверждение. Выборочное восприятие заставляет нас невольно искать сведения. которые бы подтверждали уже имеющуюся у нас точку зрения, и избегать доказательств обратного.
Теперь становится ясна удивительная сила Google, Википедии и других информационных ресурсов с эффективной системой поиска, которые влияют на то, что мы ищем, кому мы доверяем и как мы принимаем решения.
Разумеется, мы также должны признавать власть каждого индивида, данную ему открытым информационным пространством — власть выбирать свои источники и свои новости. В современной Google-экономике мы все больше становимся сами себе авторитетами.
Но настоящий бунт еще впереди. Подрастает поколение школьников (и их учителей и библиотекарей), которые пытаются примирить традиционные понятия об образовании, объективности и авторитетности, с конструктивистской сеткой коллективных истин и коллективного разума, где фолксономии процветают и у правды много граней. Жду — не дождусь.
Да здравствует революция!
Другие статьи о том куда катиться этот веб, можно посмотреть на нашем сайте Nomagic.ru