Моя лента

В конце октября 2026 года состоялся выпуск обновления открытого эмулятора терминала Ghostty 1.4 для Linux и macOS. В решении используется GPU-ускорение для вывода контента. В тестах Ghostty оказывается быстрее iTerm, Kitty и стандартного терминала macOS. Исходный код проекта написан на Zig и Swift. В новой версии Ghostty ускорена обработка данных, до 90% сокращён объем памяти, используемой для хранения истории прокрутки (scrollback), а также внесены значительные улучшения в процесс отрисовки в Linux.

У меня круглосуточно работают агенты мониторинга: они собирают бюллетени безопасности и сверяют их с тем, что стоит на серверах. В октябре они подняли сводку: 15 уязвимостей за месяц, все «critical» и «high» — PHP, Nginx, Node.js, Next.js, Java, GitLab. Я проверил каждую строку руками: что это на самом деле, задевает ли меня и чем это лечится.

Итог: две строки меня действительно задели — Node.js был не обновлён четыре дня, а заплатки Nginx не стояли, хотя автообновление включено. Две строки оказались не тем, чем кажутся. А PHP-уязвимости меня не задели по самой простой причине: PHP на сервере нет.

В статье — разбор всех 15 с командами проверки и лечения, почему я снял с сайта все сторонние скрипты и не оставил ни одного инлайн-скрипта, строгая CSP целиком, дыры, которые я нашёл у себя за два месяца, и чек-лист.

Сервер отправляет по SSE три сообщения с паузой 250 мс, а клиент видит события только через 750 мс. Собрал стенд на стандартной библиотеке Python и поставил три отметки времени: байты тела ответа, текст после декодера gzip, готовое событие. Незавершённый кадр и сжатие без промежуточного сброса дают одинаковый симптом, но задержка появляется в разных точках.

В конце октября 2026 года разработчик Марк Хармстоун (Mark Harmstone, автор проекта WinBtrfs) выпустил первый мажорный релиз проекта Moxnox — открытой операционной системы с ядром в стиле Windows NT.

В конце октября 2026 года состоялся выпуск версии открытого проекта профессиональной компьютерной издательской системы Scribus 1.6.7. Это Open Source кроссплатформенный аналог типографических решений типа Adobe InDesign, Adobe Illustrator и QuarkXPress. Выпуск Scribus 1.6 произошёл 31 декабря 2023 года.

В первой части мы разобрались, почему сервер 1С «слеп» к файлам на вашем диске C: , и подготовили поле ввода для пути к файлу. Пользователь нажал на заветные три точки ... и выбрал документ. Путь к файлу мы научились делать за 3 шага. Что дальше? Теперь нам нужна большая, красивая кнопка, которая заставит этот файл оторваться от вашего компьютера, улететь на сервер, превратиться там в данные базы и вернуть нам красивое окошко с сообщением. Давайте по шагам разберем, как спроектировать это и запустить клиент-серверный мост.

Шаг 4. Создаем кнопку действия «Выполнить загрузку». Просто нарисовать кнопку на экране мало — нужно объяснить платформе, что должно произойти при клике.

В редакторе формы нашей внешней обработки переходим на вкладку Команды (она находится в правом верхнем окне, прямо рядом с «Реквизитами»). Нажимаем зелёный плюс «Добавить» и называем нашу команду просто и понятно: Загрузить. Берем эту команду мышкой и перетаскиваем в левое верхнее окно Элементы, прямо под наше поле с путем к файлу.

На форме появится кнопка. Выделите её, откройте свойства (Alt + Enter) и в поле Заголовок укажите текст, который увидит пользователь: Загрузить.

Шаг 5. Выбор типа обработчика события. Теперь необходимо связать созданную команду с программным кодом. В свойствах команды найдите строку Действие и нажмите на пиктограмму с лупой. Платформа откроет диалоговое окно выбора. Из предложенного списка необходимо выбрать пункт: «Создать на клиенте и процедуру на сервере без контекста».

Давайте разберем, почему платформа предлагает разделение и почему выбор директивы «без контекста» (&НаСервереБезКонтекста) является наиболее правильным.

Одна задача, три API: разобрать дистрибутив Pomotroid, восстановить настольный таймер и добавить импорт и экспорт состояния. Сравниваю готовые приложения, автоматические проверки, время выполнения и фактические списания через OpenAI, OpenRouter и TeamoRouter.

Привет, Хабр. Меня зовут Любовь Вайгель. Я системный аналитик в СберЗдоровье — MedTech-компании №1 в России.

Во многих сценариях, сталкиваясь со снижением скорости ответа системы, компании приходят к необходимости внедрения кэша и довольно быстро реализуют кэширование на уровне технологий. Но правда в том, что кэширование, которое часто воспринимают как простой тактический приём для ускорения работы приложения, на практике может сильно изменить свойства системы: согласованность данных, поведение при сбоях, требования к актуальности и доступности информации. Поэтому для системного аналитика важно четко понимать, что мы кэшируем, зачем, на каких условиях и как это будет отражено в требованиях.

В этой статье я разберу пять неочевидных истин о кэшировании, которые часто остаются «за кадром», и покажу, как они влияют на работу системного аналитика.

В прошлой статье я пообещал дообучить самую маленькую модель своего лаунчера Lumi прямо на MacBook и показать, что выйдет, «даже если станет хуже». Как в воду глядел. После 328 примеров и LoRA через MLX модель решила, что 2 + 2 × 2 = 4, а «скуф» — это лодка, и набрала на запечатанном экзамене 4 из 23 вместо 6. Со второй попытки я вернул её к исходным 6. Рассказываю, что пошло не так, почему маленькой модели мало нескольких сотен примеров и почему обученную модель пока нельзя перенести в Ollama.

В первой статье серии я писал, что у крымскотатарского не было ни одного датасета, пригодного для серьёзной работы, и что начинал я с существующего речевого набора, который пришлось чистить. Во второй распознавалка научилась слышать нашу речь, в третьей синтезированный голос прочитал целый роман. Отсюда вопрос, который мне задавали чаще всего: если данных нет, на чём всё это училось?

Эта статья про данные. Оговорка та же, что и раньше, только строже: я не называю источники, архивы, издания, каналы, людей и организации, которые нам что-то передали, и не рассказываю о договорённостях с ними. Нет здесь и названий моделей, порогов фильтров и внутренних скриптов. Объёмы даю порядками величин. Зато будут метрики, методика проверки и грабли, на которые я наступил, и все цифры взяты из отчётов экспериментов, а не по памяти.

На фрилансе регулярно просят сверстать простой баннер «АРЕНДА + телефон». Брать за три слова 2 000 рублей неловко, а запускать CorelDRAW, выставлять миллиметры и переводить шрифты в кривые всё равно приходится. Рассказываю, как внутренний скрипт для генерации валидного CMYK PDF вырос в производственный сервис с динамическим разрешением Ghostscript, инспектором структуры PDF, пакетной сборкой из CSV и партнёрским режимом для типографий.

Написал приложение, которое добавляет в macOS две функции:

1. Открытие приложений сочетанием клавиш, например ⌥-1 для Chrome, ⌥-2 для Slack;

2. Открытие проектов сочетанием клавиш, например ⌥-3 откроет Option1.xcodeproj в Xcode. Работает с любым приложением.

В статье покажу принцип работы и возможности macOS о которых вы могли не знать.

Текст и код подготовлены без использования технологий искусственного интеллекта.

Привет, Хабр! Я Артур Валиев. Разработчик, предприниматель из небольшого села в Ставропольском крае и человек, который однажды решил, что написать собственный удалённый рабочий стол — хорошая идея.

Спойлер: идея оказалась хорошей. А вот количество работы я немного недооценил. Примерно на пять лет.

Но начать хочу совсем с другого.

Каждый таксист знает, как управлять страной а заодно и «Роснефтью»: кого снять в правлении и что делать с ценой на нефть, он объяснит за одну поездку от аэропорта до центра. Проверить эти знания на деле ему было негде. Теперь и государство, и крупную корпорацию можно собрать из ИИ‑агентов, и мы это сделали! Нет, не перешли работать в такси, а собрали Корпорацию Всевластия. А я таки сел за руль:-)

Всем привет! Последние пару лет экосистема обхода блокировок развивалась по принципу «больше фич — жирнее обертка». Большинство популярных десктопных и мобильных клиентов сегодня — это либо тяжелые комбайны на Electron/Flutter, либо графические обертки над ядром Xray или sing‑box через gomobile и C‑FFI, которые тянут за собой рантайм Go, сборщик мусора и жрут от 200 до 400 МБ оперативки просто в фоне.

Когда у тебя слабый ноутбук, офисная машина или телефон, на котором открыта пара тяжелых приложений, лишние 300 МБ под один только VPN начинают ощутимо бить по системе. А если речь идет об iOS, где системный лимит на сетевые расширения (PacketTunnelProvider) составляет жесткие 50 МБ, такие клиенты регулярно падают по OOM (Out Of Memory) при попытке загрузить крупные гео‑базы.

В один прекрасный день мне это надоело. Я решил взять всё в свои руки и написал с нуля собственный кроссплатформенный TUN‑клиент и сетевое ядро на чистом Rust без единой сторонней прослойки. Встречайте — Unbihex (названный в честь гипотетического 126-го элемента унбигексия). Сейчас он потребляет 18 МБ ОЗУ в режиме TUN (и 12 МБ в прокси), поддерживает полный стек современных протоколов и уже готов к продакшену.

Под катом — как это устроено под капотом, какие грабли пришлось собрать при работе с TUN под Windows и как удалось подружить ядро с популярными панелями.

Всё началось с того, что я в очередной раз копировал описание задачи из YouTrack в Claude Code. Потом комментарии к ней. Потом ещё один комментарий, который кто‑то оставил, пока я копировал первые. Потом ждал, пока агент напишет код, открывал PR, возвращался в задачу, вставлял ссылку, менял статус на Fixed — и шёл за следующей.

В какой‑то момент я понял, что из всей этой цепочки самая бесполезная её часть — это я. Агент умеет писать код, YouTrack умеет хранить задачи, а я работаю буфером обмена с ногами.

Решение вроде бы очевидное: дать агенту доступ к трекеру через MCP, и пусть сам читает, сам пишет, сам двигает задачи. Ну чтож, давайте подключим.

У меня в сумке всегда лежат три вещи: стальной камертон на «ля», ключ для вирбелей и войлочные клинья. Двадцать с лишним лет я езжу по городу и привожу в порядок чужие пианино. Утром старенький «Красный Октябрь» в хрущёвке на окраине, днём концертный рояль в музыкальной школе, вечером цифровое безобразие, которое хозяева почему-то тоже просят «подкрутить». Между вызовами бывают паузы по сорок минут, и обычно я проводила их в маршрутке или на скамейке у подъезда, глядя в одну точку. Этой весной всё изменилось, и виноват в этом мой племянник Тимофей, который однажды переслал мне ссылку с припиской «тётя Ксюша, тебе понравится, там всё красиво и само дерётся». Сразу скажу, к разработчикам я отношения не имею, я обычный игрок, а ссылку оставлю в самом конце.

Прошёл год с момента выхода первой части. Тогда нам удалось вывести изображение на экран настоящего телефона. Это была проверка того, что идея в принципе реализуема.

Дальше началась системная работа, о которой я писал в предыдущей части. Теперь ОС наращивает userspace-слой. На экран вернулась картинка — уже с окнами, кнопками и приложениями для телефона, Raspberry Pi и QEMU. На телефоне заработал и тачскрин.

Эта часть будет обзорной: посмотрим, как теперь устроены связи между программами, файловая система и поддержка C и C++, запустим SQLite и DOOM. А в конце напишем своё GUI-приложение — калькулятор. В третьей части он выводил результат в UART. В этой сделаем калькулятор с окном и кнопками.

Когда в моей Среде разработки К дошла очередь до отладчика, выбор был такой: по HTTP - проще, но с глюками, знакомыми по мобильной разработке; по TCP - быстрее, но протокол закрытый: им штатная среда говорит с тонким клиентом. Я выбрал TCP: снял обмен с провода и повторил его. RSA-1024 с PKCS#1 v1.5, 192 байта на тройном DES, NTLM, контрольная сумма по полям GUID и идентификатор, который нельзя делать случайным. Рассказываю, где спотыкался и что получилось: точки с условием, шаги, стек, локальные, вычисление и остановка по ошибке - на живом клиенте.