Информационная безопасность

Как правило, разработчики, да и тестировщики не всегда могут заранее предусмотреть, какие именно некорректные входные данные придут в их веб-приложение. Привычные методы тестирования — ручные, интеграционные и даже unit-тесты — хорошо справляются с ожидаемыми сценариями. А вот для проверки непредсказуемых нужны другие подходы.

Привет, Хабр! Меня зовут Алексей Ломай, я младший системный инженер отдела DevOps в IBS. В этой статье расскажу о фаззинге как о мощном инструменте тестирования безопасности веб-приложений. Поговорим об истории и развитии подхода, о доступных инструментах и двух вариантах реализации в CI/CD.

Информационная безопасность в классическом понимании часто работает как экстренная служба: «горит — тушим, не горим — отдыхаем». Но современная ИТ‑инфраструктура слишком сложна для такого бинарного подхода. Мы привыкли реагировать на инциденты, но гораздо эффективнее — не допускать их, управляя состоянием защищенности на постоянной основе.

HealthCare в ИБ (управление состоянием защищенности, далее HealthCare) — это переход от реактивной модели к проактивному управлению цифровым здоровьем компании. Если традиционный подход — это «скорая помощь», которая приезжает, когда сервер уже упал или данные украдены, то HealthCare — это регулярный чек‑ап и профилактические процедуры.

Результативные продукты — разговаривать с заказчиком про результат, а не про продукт

Ключевая задача современного подхода к информационной безопасности — говорить с заказчиком на языке результата, а не просто перечислять характеристики внедренных решений. Важно не то, какой продукт установлен, а то, какие угрозы он реально помогает обнаружить и предотвратить и, соответственно, какой профит приносит бизнесу.

Привет! Меня зовут Кирилл, я инженер команды киберзащиты облачного провайдера Nubes. В зоне моей ответственности решения сетевой защиты. В рамках запуска облака КИИ «ТУЧА» мне досталась задача развернуть и настроить NGFW для защищённого контура. В этой статье хочу поделиться практическим опытом первого внедрения Kaspersky NGFW без лишнего маркетинга, а с акцентом на те моменты, которые действительно важны при первом знакомстве с продуктом.

История про сумасшедшую скорость изменений. Пока мы в Ideco создавали задачи в Jira, исследовали технологии и возможность реализации модуля «LLM Firewall» в Ideco NGFW — ландшафт угроз использования AI принципиально изменился и все приходится переделывать заново.

Первое поколение LLM Firewall проектировалось для защиты чат‑интерфейсов: пользователь отправил запрос — модель ответила — файрвол отфильтровал. Похоже на известную нам работу прокси‑сервера или DLP‑решения. Но за 2025–2026 годы индустрия резко перескочила от «чатов» к автономным агентам, которые вызывают инструменты, ходят в базы данных, принимают решения и общаются с другими агентами. Концепция LLM Firewall переродилась раньше, чем полностью оформилась ‑в Agent Runtime Security. Но назвать сегодняшние stateless‑фильтры промптов «решением проблемы безопасности агентов» — значит обманывать всех и продавать «воздух».

Два года назад разговор об LLM‑безопасности сводился к простой формуле: не дать пользователю сломать чатбот (если конечно отбросить «драконовские» и не выполнимые в современных компаниях требования — ЗАПРЕТИТЬ). Prompt injection, jailbreak, утечка персональных данных — вот и весь threat model. Ответ рынка был логичен: поставить прокси между пользователем и моделью, отфильтровать вредоносный или содержащий чувствительные данные промпт на входе, проверить ответ на выходе. Но тут уже можно было столкнуться со сложностью — «фильтрующей» модели нужно было поддерживать контекст в водовороте вопросов и ответов в чате, что не просто и требует большой мощности.

В ИТ любят слово «отказоустойчивость». Оно звучит инженерно и успокаивающе. Кластеры, зеркала, репликации — всё это создаёт ощущение контролируемости. Но последние десять лет показали неприятную вещь: большинство катастроф происходят не потому, что что-то сломалось, а потому что инфраструктуру целенаправленно уничтожили. Бла-бла-бла.

Современный ландшафт киберугроз демонстрирует окончательную трансформацию фишинга из набора разрозненных мошеннических писем в зрелую сервисную индустрию, функционирующую по канонам легитимного ИТ-бизнеса. 

Фишинг на протяжении многих лет остается одним из наиболее востребованных способов получения первоначального доступа к корпоративной инфраструктуре, сохраняя свою эффективность вопреки массовому внедрению многофакторной аутентификации (MFA) и инвестициям в антиспам-фильтрацию. 

Юрий Подгорбунский, Security Vision

В новой эре кибербезопасности уже сложно справляться с большим ростом и скоростью проведения атак на инфраструктуру организации включая применяемых в ней чат-ботов или агентов на базе искусственного интеллекта (ИИ). Если сегодняшняя тема об атаках и защите с использованием ИИ, то тут можно рассматривать со следующих сторон:

  ·  Атаки на базе ИИ на инфраструктуру включая ИИ.
  ·  Защиту от атак на ИИ в организации.
  ·  Реагирование на атаки и инциденты.

Сделал себе VPN, который:

— работает через VLESS Reality, неотличимый от обычного HTTPS

— пробивает белые списки мобильных операторов через relay на Yandex Cloud

— имеет готовый код для аварийного канала через WebRTC и Яндекс.Телемост (пока не понадобился) — автоматически переключается между 4 уровнями защиты

— пропускает российские сайты (Яндекс, Госуслуги, банки) напрямую, без VPN

Весь код, конфиги, скрипты деплоя — всё написал Claude Code. Я только описал проблему и дал ему почитать несколько статей с Хабра про блокировки. Ну и бил его кнутом, пока всё не заработает.

Расскажу, как это устроено и как повторить.

Если прошлая статья о российских разработках для уничтожения данных была слишком «корпоративная» (про «кнопку стирания» для серверов, ноутбуков и ПК), то в этом случае речь пойдёт о действительно «личном» — российской прошивке для стирания данных и необратимого уничтожения носителей информации GuardDo на базе смартфонов Google Pixel. Признаюсь, ещё пару лет назад, наверное, мне сама идея бы чисто по-обывательски показалась бы подозрительной: мол, кому и зачем это надо? Но сейчас, в эпоху агрессивного и глобального закрепощения интернета, одновременно с тотальным переездом всего в «облака», это будет уже непростительно наивной постановкой вопроса. Реальность сегодня такова, что в условиях, когда для отдельного человека уже сделано невозможным контролировать свои данные в смысле хранения, использования и доступа к ним, возможность их уничтожения — это последняя остающаяся человеку цифровая свобода.

За последние годы NGFW не исчез и не стал второстепенным элементом защиты, но его архитектурная роль заметно изменилась. Безопасность всё меньше строится вокруг единственного сетевого периметра и всё больше — вокруг облаков, идентичностей, распределённого доступа, AI и аналитических контуров. Ниже рассматривается, почему это происходит и какие пять направлений сильнее всего меняют место NGFW в современной архитектуре безопасности.

Продолжаем серию материалов об изменениях в регулировании вопросов защиты информации. В этом дайджесте расскажем о том, что изменилось в январе-марте 2026.

О поиске уязвимостей с помощью LLM заговорили давно. Но когда это делают создатели самих LLM, бывает сложно разделить факты и рекламу. Вот сейчас в Anthropic заявили: «Наша новая модель Mythos так хороша в создании эксплойтов, что не станем её публично релизить, это опасно». В интернете спорят, что это значит: началась новая эпоха, где любой проект уязвим, или там просто набивают себе цену?

Однако недавно о вопросе заговорили и люди с другой стороны: мейнтейнеры важных опенсорсных проектов, включая ядро Linux. Например, Грег Кроа-Хартман заявил, что security-репорты в ядро перестали быть «ИИ-слопом» и стали полезными. А создатель cURL Дэниел Стенберг говорит о «цунами реальных репортов», на обработку которого у него уходят часы каждый день.

Мы в Kodik считаем, что это важная тема для Хабра (главное подходить к ней вдумчиво, а не хайповать попусту). Поэтому собрали и перевели несколько таких заявлений. А какие именно выводы правильнее сделать — можно обсудить в комментариях. Особенно интересно услышать ваш взгляд, если вы сами недавно имели дело с подобными репортами.

2 апреля 2026 года Межотраслевая рабочая группа «Открытая АСУ ТП» (далее — РГ «ОАСУ ТП») провела вторую конференцию «Национальная платформа промышленной автоматизации: архитектура и информационная безопасность». Конференция проходила спустя год после первой конференции, посвященной вопросам архитектуры и информационной безопасности открытых систем автоматизации технологических процессов (ОАСУ ТП).

Всем привет, меня зовут Антон Баранов, ведущий разработчик платформы контейнеризации «Боцман» в Группе Астра.

eBPF в Kubernetes перестал быть экзотикой и стал базовым механизмом для реализации L3/L4/L7‑политик, продвинутой телеметрии и runtime‑security на уровне ядра. Для инженера это значит, что без понимания eBPF‑хуков, map’ов и того, как Cilium/Calico и observability‑агенты встраиваются в сетевой стек уже невозможно эффективно дебажить и тюнить современный кластер kubernetes. В этой статье я расскажу, как мы расширили политики фильтрации трафика в Cilium, чтобы они учитывали классификационные метки, встроенные в сетевые пакеты Astra Linux, и что это дало с точки зрения безопасности и наблюдаемости. 

 В инфополе еженедельно всплывают новости о «свежих» утечках: то база ритейлера, то данные клиентов банка. Мы привыкли думать, что ценность украденной информации эфемерна — как только дамп попал в паблик, он становится бесполезным мусором. Однако реальность теневого рынка 2025–2026 годов говорит об обратном.

Даже «мертвые» базы продолжают циркулировать, перепродаваться и приносить мошенникам сотни тысяч долларов. В этом материале мы разберем, как устроена экономика вторичного рынка данных, как злоумышленники косплеят известные группировки вроде ShinyHunters и почему «баян» пятилетней давности до сих пор опасен для вашего бизнеса.

Вокруг каждого из нас постоянно что-то «шумит» в радиоэфире: брелоки от шлагбаумов, датчики «умного дома», метеостанции, беспроводные звонки. Огромный пласт бытовой электроники работает на частоте 433 МГц и не защищен от анализа и воспроизведения сигналов. Зачастую безопасность этих устройств держится на честном слове и надежде производителя, что «никто не будет в этом ковыряться».

Раньше, чтобы исследовать радиоэфир или изменить параметры сигнала, нужно было брать в руки паяльник и пересобирать колебательный контур. С приходом SDR (Software Defined Radio) правила игры изменились. Теперь радио — это не столько «железо», сколько математика и программный код. Любой сигнал можно визуализировать, разобрать на биты и собрать заново, не отходя от ноутбука.

В этой статье пройдем путь от теории к практике SDR-реверсинга бытовой техники. Вспомним необходимый минимум физики, разберем «зоопарк» доступных SDR-устройств — от копеечных свистков до USRP — и реализуем три вектора атаки на обычный беспроводной звонок: от простого перехвата до чистого программного синтеза сигнала.

В марте специалисты киберразведки PT ESC зафиксировали активность группировки Rare Werewolf (Rezet, Librarian Ghouls). На этот раз был обнаружен архив data.zip, содержащий следующую структуру файлов.

Под катом разбор вредоносных файлов, их структуры и назначения.

Существуют решения для анонимного взаимодействия в интернет пространстве, такие как Tor, I2P и Freenet, но они ориентированы на весь интернет и избыточны для простого общения. Их сложность и архитектура могут быть неудобны в условиях ограниченного доступа к сети. Поэтому возникает идея более простой и специализированной системы. XXCore — это лёгкая p2p-архитектура с доверенными узлами, построенная на PipeNet и модифицированном SSU2.

Моё мнение о срочности внедрения квантово-устойчивой криптографии изменилось всего за несколько месяцев. Настало время рассказать о причинах этого.

Уже давно ходили слухи об ожидаемом и неожиданном прогрессе в области криптографически-релевантных квантовых компьютеров (CRQC), но за последние недели мы получили два публичных примера.

Во-первых, Google опубликовала статью, в которой существенно снизила ожидаемое количество кубитов и вентилей, требуемых для взлома 256-битных эллиптических кривых наподобие NIST P-256 и secp256k1, из-за чего в архитектурах с высокими тактовыми частотами (например, в кубитах со сверхпроводимостью) реализация атаки становится возможной за считанные минуты. Авторы странным образом¹ делают упор только на криптовалюты и пулы памяти, но гораздо более важными последствиями могут стать практические MitM-атаки на WebPKI.

Вскоре после этого была опубликована статья Oratomic, демонстрирующая, что благодаря улучшению коррекции ошибок 256-битные эллиптические кривые можно взломать с помощью всего лишь 10000 физических кубитов (при условии наличия нелокальной связи, которую, похоже, обеспечивают нейтральные атомы). Такая атака была бы медленнее, но даже взлом одного ключа в месяц может привести к катастрофическим последствиям.

Всем привет! Подводим итоги марта дайджестом ключевых ИБ-новостей. Месяц выдался богатым на события. Ключевым стала утечка гос-эксплойтов на вторичный рынок — в сетевых дебрях засветились два эксплойт-кита под iOS.

Март в целом не скупился на утечки: у Claude Code случайно слили исходники, а у Cisco утекли исходники из ~300 репозиториев после компрометации Trivy. Другой заметной атакой на цепочку поставок после Trivy стала компрометация Axios на npm. В Бразилии ввели закон о верификации возраста с далеко идущими последствиями, а в США запретили импорт иностранных роутеров. Об этом и других интересных новостях первого весеннего месяца читайте под катом!